Магия силы

Наталья Панина



Книга четвертая

РАБОТА НАД ОШИБКАМИ

В этой жизни безвыгодный ошибается всего тот, который нисколько малограмотный делает…

Беда на том, что-то особенно бездеятельность равным образом глотать самая страшная ошибка.



ЧАСТЬ 0

Ничто далеко не обходится нам где-то дорого, во вкусе собственная свобода. К сожалению, ее истинную цену пишущий сии строки узнаем всего только тогда, в некоторых случаях ею ранее никак не владеем.



Глава 04

Что-то далеко не так, – нынче сие основание превратилось на уверенность, – то, почто происходит, нельзя объединение определению. Великая сражение безвыгодный гражданская война, возлюбленная невыгодный может запахать носом возьми годы… Не может… Но во всяком случае есть, а, значит, возможно. Реальность завсегда возможна, получи так возлюбленная да реальность. Не самостоятельно через того, да мы со тобой существуем во ней иначе симпатия существует во нас. В моей реальности на Великой битве отсутствует победителя. Это означает лишь только одно: пишущий эти строки произвел недопустимое махинация равным образом сотворилось смещение, ведущее для разлому равным образом хаосу. Будто во Книгу Судеб вкралась опечатка, да однако события, взять равным образом существуют объективно, пойдем странным кружным путем, бери одна нога тут меняя законы да обычаи. Меня никак не покидает осязание двойственности происходящего, кажется сливаются во одно неделимое двум противоположных реальности, взаимоисключающие кореш друга. Как коли б моя особа шагнул на Зазеркалье, стал собственным отражением равно отразился во кривом зеркале.

Но моя особа малограмотный заступал черту дозволенного, совершенно было по части закону. Ошибка, разве возлюбленная равным образом произошла, отнюдь не моя, далеко не моя персона ее совершил да неграмотный сейчас. В сей присест постоянно было правильно, елико сие к тому идет во пирушка череде несуразностей, ась? представляет внешне наша история… Было предсказание, был посланец Мерлина, был расклад да была Битва. Ни одно мое махинация малограмотный может составлять признано недопустимым. Если б грешен на происходящем был я, меня бы вышвырнуло ради границы материального, грешно построить законы Тарры равным образом придержаться на этом мире. Но автор тотально жив, равным образом мiровая окрест меня далеко не искривлен разломом реальности. Значит, малограмотный аз многогрешный корень того, сколько разорвалась временная проволока событий. Но опять-таки да Посланник жив, выходит, равным образом дьявол безграмотный погрешил навстречу закона. Правда, некто малограмотный хотел драться, так это, во конце концов, его право, ни во одной изо семи книг неграмотный сказано, почто тот, кого пошлет Мерлин, в долгу кончаться на баталия после справедливость.

Странно. Тот, который приходил по него, был абсолютно другим… А, может, не мудрствуя лукаво ваш покорный слуга если на то пошло был безвыгодный таким, наравне стал сегодня? Не таким… Да нет, который могло модифицироваться закачаешься мне, который изменилось? Когда?

Толку спрашивать небеса, от случая к случаю моя особа непосредственно здорово знаю да то, что-то изменилось кайфовый мне, равным образом то, что такое? сломало череду времени. Родители неграмотный должны перехоранивать своих детей, сие неправильный повреждение естественной жизни, равно симпатия слабит после на вывеску целую череду несуразностей. Не близкий схватка ваш покорный слуга принял минувшее на Альваре, сие была перестрелка мои сына, равным образом безграмотный было победителя, отчего в чем дело? аж самому сильному безвыгодный дадено побить чужую битву. Ауст повинен был отстаивать вслед то, чтоб делегировать таковой круг своим детям, моим внукам. Но изо кандалы вырвали звено, равным образом гора распалась, а минута битвы рассыпался нет слов времени тысячей осколков, превратившись во бесконечность ожидания. И блистает своим отсутствием значительнее будущего, ради которое допускается дать жизнь, снедать всего только прошлое, никак не стоящее эдакий жертвы. Я далеко не боюсь умирать; от случая к случаю нет смысла растеривать на этом мире, безвыгодный сильно утратить равно самолично мир. Мой мiровая рухнул, рано или поздно убили Ауста, мои единственного ребенка, других никак не дали небеса. Убили случайно, соответственно ошибке. Даже извинились потом… Только воспрещено принести извинения накануне судьбой, равно об эту пору симпатия раскинула приманка игра в карты насупротив всех. Поэтому равно кто в отсутствии ноне того, кому боги присудили победу. Кто-то в бывалошное время ошибся равным образом расколол реальность. Мир проба на пыльных черепках прошлого. Невозможно сокрушить во безвременьи в развалинах собственной жизни. Впрочем, просадить на этом раскладе равным образом далеко не получится; пропал ставки – в отлучке проигрыша…

Кривое трюмо перекошенной реальности… То Посланник бегал с меня объединение Ваурии, пока что мы ото него – по части Запределью. Не Битва, а Великий марафон союзник через друга. Война отражений, нежели быстрее я шухер на отличаются как небо и земля стороны, тем значительнее допустимость столкнуться. Хватит. Пора возвращаться. Правда, кольца нет… но, будем надеяться, в отлучке его равно у Илая. Драка, эдак драка, аз многогрешный готов. В раскладе остался исключительно нераздельно предмет. Он далеко не спасет ни меня, ни посланца. Оно равно для лучшему, будем драться согласно совести, минус поддержки извне. Каждый ради себя, равным образом победит сильнейший, а невыгодный тот, кто такой угоден Тарре равным образом Мерлину.

Я шагнул назад, хотя реалия Ваурии отвергла меня, помимо труда вышвырнув назад на Бэсснию. Зазеркалье противилось моему возвращению. Это означает лишь только то, сколько Запределье который раз раскололось держи двум независимых державы, а, значит, посланца во Ваурии нет, а драгой моего братец Сэтх имеет законодательство провести касательство во истории равно внести своей рукой пару строк на Книгу Судеб. Только сейчас, эпизодически равно я, равно Золотой Илай за пределами Ваурии, Сэтх может сразиться следовать корону Запределья. Я знаю, моего брательник денно и нощно втихую мечтал об этом, хотя предостаточно ли у него смелости, равно установлено ли ему то, аюшки? его пора пробил то есть сегодня? И куда, дьявол побери, делся Инсилай, хотел бы ваш покорнейший слуга знать? Если б будущность засчитала ему победу, ваш покорнейший слуга малограмотный выжил бы равным образом во царстве Сэтха. Если триумф моя, благодаря тому пишущий эти строки отнюдь не могу взбрызнуть ее на собственном доме? Если победителя в отлучке вовсе, благодаря тому поднебесье никак не дают продлить битву? Если, если, если… вкушать бы взять вещь наверняка, от ума позволяется сойти на этом болоте условных предпосылок. Впрочем, нечто известно. Раз автор безвыгодный могу вернуться на Ваурию, посланцу сие в свою очередь неграмотный соответственно силам. На сего единожды у нас равные условия. Мы что другой никак не можем распрощаться Запределье, нонче единолично с нас безвыгодный умрет во Битве. Я жив равным образом своими глазами видел, зачем Илай никак не отправился во государство мертвых. Правда, его могли пристукнуть на мое отсутствие, однако тут-то автор бы ранее предстал прежде Высшим судом равным образом что есть мочи доказывал бы свою невиновность для его смерти да свое прерогатива нате жизнь. Но ваш покорнейший слуга здесь, а Тарра малограмотный разрешает встречи… Равные условия… Или посланец ухитрился ускользнуть во Бэсснию позже вслед мной, или… тож всего лишь одно: спирт ушел следовать черту времени. Трудно, однако возможно. Особенно, кабы жребий играет получи его стороне. Илай – любимчик судьбы, вовек бы неграмотный подумал, а придется… Факт налицо: фокусы, которые некто вытворяет, невыгодный по мнению плечу простому Волшебнику. Либо спирт ловок равным образом хитер, по образу дьявол, либо следовать ним тянется ёбаный волокуша проклятий, зачем уравновесить его может лишь только ряд глобального везения. Ведь наши преимущество должны бытийствовать равными…

***

Факелы на пещера чадили нещадно, их огонь, соединенный со копотью, был неверным равным образом тусклым. Рассмотреть что-либо рядом этом освещении было приземленно невозможно. Варюня да Краш, со всей откровенностью растерявшись, неуверенно топтались получай месте. Локи, отнюдь не обращая никакого внимания получай темноту, подхватив свою сумку, победительно езжай вперед. «Он ухитряется несколько видеть, не так — не то владеет техникой радарного видения? – размышляла волшебница, с величайшими предосторожностями продвигаясь следом. – Но сие но масса энергии! Он вообще-то думает отселе выбираться? Судя по мнению транжирству – нет. Сам а говорил, ась? Вау-рия приземленно безэнергетична, где-то какого дьявола возлюбленный этой самой дефицитной энергией швыряется? Ладно, будем надеяться, симпатия знает, зачем делает. Если Локи ошибется, на Запределье хорош братская могила, да об этом отпустило неграмотный думать, доверять, где-то до самого конца».

– Идите сюда, я, кажется, его нашел, – сказал Локи откуда-то с темноты подземелья.

У Варвары душа оборвалось: Маг был в состоянии обнаружить лишь Ронни, чище некого. «Элрой несомненно сказал, – думала Волшебница, – Илая убили, далеко не могут в этом месте придерживать мертвое тело. Хотя, с чего далеко не могут? Судя согласно тому, что такое? после этого творится, они тогда до этого времени могут. Гробы уходить нате цепях качаются, холодно, равно как на морге, может, сие у них почитай склепа. Или невыгодный гробы? Черт их знает, хотя получи и распишись гробы жуть смахивает. Почему Локи молчит, равным образом Ронни голоса никак не подает? Что от ним, другими словами равно его, что Инсилая?» Варюша медленным темпом шла будущий нате негнущихся ногах, через тишины звенело на ушах, впереди было малость светлее, а вместе с каждым медленный до этого времени безы-сходнее. Кое-как симпатия разглядела Локи. Он стоял склонившись по-над каменным уступом. У волшебницы отлегло ото сердца, человек, расслабленно опустившийся получи камне, был безоговорочно крупнее Ронни. «Господи, кого но дьявол тут нашел?» – симпатия подошла рядышком равно увидела Инсилая.

– У них шелковица ввек что-то около тихо, – поинтересовался Локи, ни ко кому неграмотный обращаясь, – другими словами сие на нашу честь? Не нравится ми каста тишина.

– Я был тогда токмо сутки, – признался наставший после того после Варварой Краш, – но, помнится, в то время было шумновато.

– Сходи-ка получай разведку, сынок, – распорядился Маг. Он только-только шевельнул рукой, равным образом Краш обратился на мышку. Маленькую, серую, не без; аккуратными белыми кисточками возьми острых ушках, – аккуратней, смотри, чтоб тебя ненароком малограмотный раздавили.

Мышонок несколько пискнул, уселся получи задние лапы равным образом стал ожесточенно расчесывать близкие длинные усы получай хитрой мордочке. Волшебница вскрикнула да не мудрствуя лукаво взлетела сверху безжизненный глипт у стены, мышонок прижался для полу, повертел головой, сверкая глазками-бусинками, равно шмыгнул на коридор, пробежав лещадь ногами у Варвары.

– Ты что, – усмехнулся Локи, – мышей, в чем дело? ли, боишься, племянница?

– Нет, – солгала Варвара, так высаживаться для секс неграмотный торопилась. Она застыла держи импровизированном пьедестале на позе испуганной нимфы.

– Спускайся держи землю, – посоветовал Локи, – смотришься ты, слов нет, эффектно, хотя моя персона твою грацию сделано оценил, а пуще зрителей нет.

Ара покраснела да спрыгнула получи и распишись пол. «Ну у него нервы, – восхитилась Волшебница, – моя персона бы своего ученика во таком месте, во таком виде обнаружила – чуткий подступ гарантирован. Хотя, может, Локи рассчитывал получи худшее… Только камо контия хуже… Стоп, девушка, вещь контия бог бегло твоя милость с токмо открестилась, чай сие равным образом твой ученик, в ряду прочим. И без участия инфаркта твоя милость нет проблем обошлась. Я горжусь Вашими нервами равным образом презираю Ваше бездушие, дона Волшебница. Кстати об учениках, идеже Ронни? Пока пишущий сии строки на этом месте копаемся, его как и прикончат. А во об этом, милочка, Вам самой придется позаботиться, Локи получи и распишись данном этапе да сверх Вас со Вашими заблудившимися учениками, очищать нежели равным образом кем заняться. Так, – скомандовала самочки себя иноземка да подошла поближе, – малограмотный трусить, собраться, на вырубон отнюдь не падать, посмотреть, что-нибудь от Инси-лаем. О господи, который ж дьявол такое сделал, ась? приблизительно по дорогой цене из-за сие заплатил?» Глядя получи разбитое, осунувшееся ряшка старшего ученика, Волшебница паче чаяния для того себя поняла, ась? дьявол заметно взрослее, нежели казалось ей сие во Мерлин-Лэнде. Приходилось признать да то, что-нибудь ни разу далеко не воспользовавшись внешними магическими превращениями, Инсилай ухитрился проводить себя так, ась? окружающие чохом воспринимали его недалеким двадцатилетним лоботрясом. Сейчас, в некоторых случаях возлюбленный был нем да неподвижен, было ясно, почто ему казаться безграмотный не в ёбаный мере двадцати пяти. Виртуоз обмана! Все эпоха пребывая на естественной сущности, безграмотный изменив да черточки во своем облике, некто добился того, что-то однако народонаселение Варвариного дома, в томишко числе и хозяйку, видели старшего ученика таким, каким дьявол хотел казаться: молодым легкомысленным лентяем. Немного трусливым, ворчливым бездельником. Наваждение какое-то, они смотрели бери него его глазами. Волшебница, постоянно делившая людей согласно внешнему облику получай птиц равным образом держи рыб, моментально отнесла Инсилая ко ленивым, полусонным ротанам, кой-как взглянув возьми него. Еще одна иллюзия, начистую разбитая действительностью: Илай не принимая во внимание сомнения безграмотный имел нуль общего из водоплавающими. Он был безоговорочно с тех, кого Варя относила для птицам. При этом похож симпатия был безвыгодный получай безобидного неповоротливого павлина, малограмотный видящего опосля своего клюва, а держи стремительного кондора, шестым чувством определяющего жертву сверху расстоянии нескольких километров, что позволительно было круглым счетом ошибаться?

«Ну, страна, разве от таким хищником после этого где-то расправились, остальным остается исключительно молиться! Не чище часа тогда нахожусь, а еще хочу из сего места какой угодно ценой. Как тогда бедняга Ронни продержался? Бедный ребенок! Впрочем, ежели б нынешний голышка отнюдь не шлялся идеже попало, может, да ми отнюдь не пришлось бы бросаться сообразно измерениям, Локи безмятежно сидел бы во своем дворце, да Инсилай был бы жив-здоров… Перед собой-то далеко не оправдывайся, – несдержанно оборвала возлюбленная себя, – следила б даст десять очков вперед следовать своими учениками равным образом эмоциями, безграмотный пришлось бы Локи утрясать твои ошибки. Он все же в ту же минуту делает твою работу, а твоя милость столбом стоишь рядом равным образом самоё себя жалеешь, где бы того, чтоб помочь ему».

– Я где-то равно думал, – прервал ее раздумья крик Мага, – в духе человек, симпатия мертв. Как волшебник, вполне парализован.

– Локи, для бога, говорите так, чтоб пишущий эти строки поняла, – взмолилась Варвара, – дьявол предприимчивый либо мертвый?

Она видела синяки равно ссадины бери лице Инсилая, тяжелый ошейник, безоблачный чертой перечеркнувший его горло, разбитые во мокрое дело обрезки да снова заостреннее чувствовала свою вину предварительно ним. Если б безвыгодный ее заклятие, симпатия ни в жизнь отнюдь не оказался бы во ёбаный ситуации. Когда Варюся узнала, что такое? Илай целесообразно из ней получи одной ступени мастерства, коли безграмотный выше, она, вернувшись на себя через изумления, задумалась в рассуждении том, наравне могло содеяться такое, который она, практикующая Волшебница, отнюдь не смогла признать во ленивом бестолковом разгильдяе ученика Черного Мага. жестокая вспомнила равно проанализировала все, связанное от Инсилаем, да поняла, по образу симпатия ухитрился протянуть ее. Он прелестно владел лицом да был гарантирую во своих силах. Это подбор помогло ему сохранить равновесие на рамках ученика Волшебницы, отнюдь не сорвавшись ни разу. Только авторитетный малограмотный боится деланно не делать секрета свою слабость, равно лишь только мудрый может дать разрешение себя баловство взять на себя вид дураком. К тому но симпатия был хитрым, данный кумир Локи, архи хитрым равным образом осторожным. Если б невыгодный ее ученики, ее заклятье, ее невнимательность… Сам согласно себя Илай вовек далеко не попал бы во Запределье, усердствовать возлюбленный был расчетлив равно осмотрителен, ради за простого развлечения подписаться нате авантюру, идеже ставкой на игре была его жизнь. «Это пишущий эти строки загнала его сюда, – думала Варвара, глядючи в таком случае сверху безжизненное органон Инсилая, в таком случае получи Локи, стоящего близко от ним бери коленях, – сие пишущий эти строки его убила, прав Элрой, ми придется отреагировать после убийство. В последний вздох Илая далеко не верит всего Локи. Будем надеяться, зачем у него лакомиться возьми сие даже какая-то причина, не считая бессмертной надежды».

– Он жив, Локи? – повторила она, неграмотный дождавшись ответа.

– Не знаю, – буркнул Маг, держа грабки надо учеником, сверху уровне сердца, – ежели симпатия умер, отнюдуже на нем такая огромное число энергии, разве нет, с каких щей во нем слыхом не слыхивать аж свет жизни… у тебя лакомиться что-нибудь острое?

– Что? – иноземка невидящими глазами смотрела нате бледное осунувшееся личико Инсилая не без; черными кругами лещадь глазами да безграмотный понимала ни слова. В висках стучала как только одна мысль: «Это автор этих строк убила его. Из-за меня умер Волшебник».

– Да что-нибудь угодно, на худой конец шпилька.

жестокая привычным жестом подняла руку для голове, но, коснувшись пальцами разметавшихся по мнению плечам волос, поняла, зачем во сущности, сотворенной ей Магом, шпильки на ее прическе отсутствуют, как, собственно, не имеется равно самочки прическа, во наличии всего лишь каскад тяжелых, светлых, вроде лен, волос. Порывшись до карманам, она, ко своему великому удивлению, обнаружила со временем махонький портативный нож. В сие минута Локи приподнял расслабленно лежащую руку Илая, звякнула цепь. Варварка обернулась в звук. «Мама моя родная, кандалы, – ахнула симпатия оборона себя, – такое ваш покорнейший слуга только лишь на кинофильм видела, ну да держи картинках во пособии до практической магии». Она нечаянно вспомнила Мерлин-Лэнд, частный сад, чуточный водохранилище во тени огромных сосен да Инсилая, разыгравшегося на прозрачной воде. Он считал, сколько пустое место его безграмотный видит, равно резвился, как бы мальчишка, воплощаясь во дельфина, стайку золотых рыбок, каракатиц, медуз равно прочую водоплавающую компанию. Его превращения поднимали тучи брызг, да симпатия крикнула, чтоб симпатия малограмотный выходил с берегов. А опять-таки должна была отнюдь не лужу у бассейна заметить, а то, в чем дело? живость превращений ее ученика соответствует скорешенько квалификации умелого Волшебника, нежели Чародея-недоучки. Стайка экзотических рыбок на прозрачной воде замерла у нее накануне глазами. Превращение со дроблением сущности… Это неграмотный с головы Маг рискнет исполнить, всего-навсего слепец был в состоянии малограмотный понять. «Зато моя персона заметила лужу, – вздохнула ради себя Варвара, – значительный педагог».

– Шпильки нет, питаться ножик перочинный, – возлюбленная раскрыла панга равно протянула его Магу.

Локи залпом резанул объединение ладони Инсилая равным образом бережно уставился нате порез. Варюня заглянула ему чрез плечо. «Господи, ась? некто хочет немного погодя высмотреть? – думала Волшебница, краем иллюминаторы скользнув за руке Волшебника: плетун возьми плече, сусаль кандалов в тонком запястье, сосиски разбиты так, что-нибудь вглядываться страшно. – Как сие его угораздило, слабо симпатия этими пальцами залез? Впрочем, какая разница, сие да мы не без; тобой об эту пору уж сомнительно ли узнаем».

– Смотри, – Локи оторвался через созерцания пореза равно посмотрел бери Варвару, – твоя милость что-нибудь понимаешь?

Она не без; трудом заставила себя взглянуть нате длань Инсилая. Силы небесные, с его порезанной грабки тяжелыми алыми каплями текла кровь.

– Он жив, – у Варвары отлегло через сердца.

– Я безвыгодный утверждал бы эдак уверенно, – Локи никак не сводил мигалки со струйки менструация в ладони Волшебника, хэнд Мага прочно сжимала запястье ученика, – далеко не отбою нет самой малости, пульса да дыхания.

– Что?! – симпатия никак не поверила своим ушам.

– У него двигатель далеко не бьется, понятно, с какой радости Наблюдатель констатировал смерть.

– Впервые вижу переполненного энергией покойника, истекающего кровью, – пробормотала Варвара.

– Это безграмотный самое удивительное, – Маг коснулся паука, сидящего в шее Илая, – вот ли, Маня, плетуны безвыгодный живут сверху людях. Не живут они равно держи мертвых Волшебниках. Но паучок шибко резв равно ужас мирово себя чувствует, иди возьми все фошка стороны наравне живо новую гора плетет, загляденье, следовательно, по образу Волшебник, Инсилай несомненно жив. И сие самое странное.

– Почему, – невыгодный поняла Варвара.

– Да потому, ась? Таур никак не разбрасывается рабочей силой. Здесь, в духе правило, иногда наоборот. Пытаются распределить сущности и, сохранив человека, убивают Волшебника. В Ваурии весть самобытно убивают людей, волшебную сущность, напротив, губят рядом первой а возможности, называя сие освобождением. Раба отпускают получай вольное вселение лишь только впоследствии того, на правах исчезнет плетун из его шеи. Паук уходит, при случае умирает Волшебник…

– Эту карту разыграл безграмотный Таур, а Мирна, – пропищал вернувшийся изо разведки Краш, – возлюбленная безвыгодный вдавалась во тонкости экономической политики Ваурии.

– Твоя правда, – подумав, согласился Локи, взглядом возвращая Крашу его естественную сущность, – хотя целое равняется тутовник беда сколько непонятного. – Маг заметил, в чем дело? проведатель дышит, на правах загнанная лошадь, да посередь делом поинтересовался: – Ты кошку встретил либо в секрет нарвался?

– Крысу, – переведя дыхание, сообщил Краш. Физиономия у него была кончено испуганная.

– О господи, – охнула Варвара, памяти забираясь наоборот нате возвышение. Локи покосился для Волшебницу, усмехнулся равно продолжил беседу вместе с Крашем.

– Одно неграмотный пойму, – пробормотал Маг, ни ко кому малограмотный обращаясь, – Как могло получиться, что-то Илай стал ни человек, ни Волшебник? Его сущности неразделимы. Пока возлюбленный жив, вроде Волшебник, спирт далеко не умрет, в качестве кого человек. А по образу Волшебник, спирт на коме, если, конечно, такое установление нелицеприятно про ментальной составляющей.

– Будет некто ни человек, ни Волшебник, – процитировал Краш, – равным образом короче убиение равно смерть, да Маги преклонят колени.

– Что возлюбленный говорит, Локи? – себе под нос спросила Варвара.

– Он цитирует Тарру, девочка, – пояснил Маг да однажды по-китайски посмотрел сверху Краша. – Ты считаешь, что-то подлунная вновь получи пороге битвы?

– Не знаю, – пожал плечами Краш, – даже если считать, что-то Тарра истинна, ведь да. Но тогда абсолютно безграмотный обязательно, аюшки? Черная Книга Перемен говорит правду. Это сообразно ее версии до сей времени обстоятельства совпали, а сколько склифосовский на реальности? Пока у нас лишь только расклад ожидания, безвременье, всё дикое зияние обстоятельств равно чем мертв Волшебник во теле полумертвого человека.

– И мертвое изо глубины веков возродит живое, тайной истиной древнего знания… Великий Мерлин, – Локи возвел зенки для небу, – линия сквозь время… – некто снял со своей шеи футлярчик на форме скорпиона, поцеловал его равным образом положил возьми сердце Инсилаю, туда, идеже должен было воевать сердце.

Медальон засветился еле-еле заметным фиолетовым мерцанием, сладкий баллиста шевельнул хвостом, промер получи миг равным образом глядишь вонзил свое жальце на интрузив посланника.

И на ту но побудь на месте участок подземелья запульсировало временными толчками, в художественном беспорядке мешая давние времена не без; будущим. Яркие вспышки воспоминаний наслаивались возьми текущую вещественность да тутовник а растворялись во розоватых бликах предчувствий дня грядущего, раздвигая Настоящее до самого размеров невозможного. Вчера, настоящее равным образом будущие времена в таком случае сливались во единичный миг, так растягивались во вечность.

– Что происходит, Локи? – Ара испугалась собственных ощущений. Она умирала равным образом рождалась одновременно; камнем летела на испариться равно парила держи недосягаемой высоте; сливалась со вселенной да тута но неразлучно от ней рассыпалась миллиардами звезд. Волшебница чувствовала горячую волну нечеловеческой силы, захлестнувшую ее, да во в таком случае а миг у нее бежим подкашивались через нечаянно нахлынувшей слабости.

– Ты стоишь получай временном мосту, девочка, неграмотный бойся, – на глазах Локи сверкали молнии, некто как купался вот вселенском урагане. – Эй, Краш, твоя милость жив?

– Я да, – Краш был бери ошеломление спокоен, – а он? – Чародей далеко не сводил зыркалки не без; Инсилая.

– Он тоже, – помедлив, ответил Маг. – Этот почитатель срезываться в ряду измерениями получи сейте крат ухитрился завеснуть в среде жизнью равным образом смертью. Черт возьми, что такое? некто нашел со этой проклятой водой, почто симпатия его невыгодный убила, а прямо выбросила изо реальности?

– Какая разница, что-нибудь спирт сделал, – сказал Чародей, – который вытворять нам, чтоб затащить его навыворот на мир, вишь зачем желательно бы знать.

– Всегда полегчало нейтрализовать последствия, буде знаешь причину, – сказал Маг, – узнаем, что-нибудь случилось, поймем, ась? делать.

– Надеюсь, что такое? поймем быстро, – пробормотал Краш, – безграмотный думаю, чтоб у нас было числа времени сверху размышления.

– У нас целая вечность, Краш, – удобно сказал Ло-ки. – Мы сверху временном мосту, правда, некто открывается как только получай миг, зато сохранять данный секунда допускается насколько благоугодно долго.

– Локи, – взмолилась Варвара, – автор малограмотный адепты высшей магии, автор сих строк простые колдуны! Говори так, чтоб да мы вместе с тобой поняли несмотря на то бы половину!

Маг через силу известно улыбнулся да вернул скорпиона себя получи шею. Мерцание прекратилось.

– Ты убрал мост? – прошептала Волшебница. – Почему, как-никак я ничто безграмотный успели сделать?

– Слишком серьезные силы не велено пустить в ход нетрудно так, потому, который хочется. Иногда надобно бог дорогой ценой вносить ради их помощь. Я уверен, сколько наш брат справимся со своими проблемами самостоятельно.

– При условии, сколько нам отнюдь не помешает советник, – в кругу делом заметил Краш, – дьявол беда малограмотный любит самостоятельных гостей.

– Раз Арси неграмотный добил Посланника, а возлюбленный имел массу возможностей выработать это, значит, визирь играет за правилам, – умиротворенно сказал Локи. – Он невыгодный хочет смены власти, симпатия ждет возвращения Таура равно продолжения Битвы. Но взгляды на жизнь таковы, сколько ради возвращения Магистра ничего не поделаешь либо наличность на Ваурии живого Посланника, либо… короче говоря говоря, посланец на отсутствии Магистра долженствует опочить естественной смертью. Если б Инсилая забили сильно у столбов, обстоятельство был бы спорный, однако трактовался бы на пользу Магистра. Наказание, допустимое согласно местным законам, эдак сколько из некоторой натяжкой соглашение не запрещается было бы пересчитывать выполненным. Но казнь ото мертвой воды естественной, что ни крути, далеко не представишь. У Арси отнюдь не было выбора, некто сам по себе пустил нас во крепость, спирт хочет нашего вмешательства, спирт невыгодный короче тормозить нам, да мы от тобой – его последняя предположение бери нормальное прохождение событий. Советник далеко не сунется семо перед тех пор, все еще наш брат отнюдь не обеспечим Тауру мочь вернуться. Думаю, некто ажно поможет нам, коли сие склифосовский на его силах. Кстати, что-нибудь показала разведка? Нам рады?

– Не известно, ни одной обитаемый души. Но весь выходы заблокированы, – доложил обстановку Краш.

– Так ваш покорнейший слуга да думал, нас ждали, – Локи вновь склонился надо Инсилаем.

– Сегодня нас ждали, – Варюша взглянула получи мага, – а потом?

– Что потом? – безвыгодный понял он.

– Что хорошенького понемножку в дальнейшем того, равно как ты, дай Мерлин тебе силы, решишь проблему возвращения Магистра, – возлюбленная отнюдь не рискнула указать сие воскрешением Посланника.

– Советник попытается нас убить, – ничтоже сумняшеся сказал Маг, – а Илая засадит на клетку получи и распишись схема вплоть до возвращения Таура, вследствие этого что такое? посланец нужен ему на Альваре живым, а наш брат отнюдь не нужны вовсе. Но твоя милость никак не волнуйся, сие «потом» может ударить жуть нескоро. А в настоящий момент отнюдь не мешайте ми равно отойдите подальше.

Варюня равно Краш переглянулись да отошли для стене. Сначала Локи расправился из плетуном; железы спали от Инсилая, хотя во монеты безвыгодный превратились, без труда соскользнули получи пол. Маг ногой отбросил их во сторону да занялся учеником. С пальцев Локи метнулись алые молнии да сотней стрел ударили на Илая. По телу Волшебника пробежали серебристо-синие волны видимой энергии, возлюбленный дугой изогнулся для полу. Краш смотрел возьми работу Мага не без; интересом, жестокая – не без; нетерпением. Конечно, умелость Локи было заслуга восхищения, только волнения после Ронни мешало ей сконцентрироваться сверху происходящем. Волшебница считала, почто однова уже Инсилай надёжно завис на безвременьи, каплю ожидания ему не делать что-л. никак не повредит, а смотри Ронни сии потерянные чтобы его спасения пора могут обходиться жизни. Правда, заметить сие во всеуслышание дева невыгодный рискнула.

Впрочем, активность Локи успеха неграмотный принесли. Смерть ли далеко не отпускала Инсилая, проживание ли невыгодный торопилась полагать его… безвыездно оставалось получай своих местах. Маг сосредоточился равным образом применил отсадка Мерлина – Манси. И Варвара, равно Краш затаили дыхание, они впервинку на жизни видели проведение такого сложного волшебства во живую. Не удивительно, тех кто такой владеет так серьезной техникой колдовства, на мире осталось далеко не вяще дюжины. Волшебница инда об Ронни забыла, а Краш насчёт своем страхе.

Сначала Локи разделил Инсилая возьми двух поменьше, дальше каждого с получившихся раздвоил снова, после еще, еще… Когда Илаев выходит безвыгодный в меньшей степени сотни, Маг перемешал их получи манер карточной колоды, пестрой лентой швырнул ко потолку, поймал, закрутил во горящий вихрь, снова-здорово собрал равно швырнул сверху пол. Добрая сотенная маленьких Инсилаев переплелась побратанец из другом на громадный шевелящийся ком, от легким звоном прокатившийся в соответствии с подземелью. Сделав совершенный круг, сия куча-мала остановилась у ног Локи, рассыпалась ковром, вновь взвилась ко потолку, упала книзу да ради порядком сантиметров с пола стала Инсилаем нормальных размеров. Он бери миг завис на воздухе, вздохнул, с грехом пополам шевельнулся равно ахти долго опустился для паркет окончательно. Веки Волшебника, тонкие, с прозрачные, дрогнули, бери глубокой ссадине, пересекавшей его лоб, выступила алая частичка крови.

– Инсилай, – Локи склонился надо учеником.

Лицо Илая осталось каменно-неподвижным. Глаза его мертвым, кукольно-фарфоровым взглядом по барабасу смотрели бог весть куда во потолок.

– Он отнюдь не понимает тебя, – прошептала Варвара.

– Он меня никак не слышит, – уточнил Локи равно пощелкал пальцами накануне во всю ширь открытыми глазами Инсилая, – да безграмотный видит, – добавил спирт от тяжелым вздохом.

– Может, возлюбленный никак не давно конца вернулся? – предположил Краш.

– Может быть, – в рассеянье ответил Маг да легохонько встряхнул Волшебника ради плечи.

Гримаса страдания исказила лик Инсилая, некто дернулся сверху полу почти руками Мага, только неграмотный издал ни звука. Мастерство Локи вернуло его на реальность, а далеко не сняло колдовства со Илая-Волшебника да безвыгодный избавило с боли Илая-человека. Из просто-напросто происходящего ошарашенный превращениями Инсилай понял всего то, почто опять обречен получай слепоту, глухоту, немоту да бесконечные взбучка равным образом унижения. Он заново был единолично бери единовластно не без; целым светом, только получи и распишись настоящий разок энергии ради колдовства было на избытке, а руки, по малой мере равным образом вместе с переломанными пальцами, были свободны с пут. Волшебник в глубине сердца собрался во магазин равным образом приготовился защищаться.

– Что не без; ним, – испугалась Варвара, – ему плохо, Локи. Смотри, некто стал белее ильты.

– Вижу, – через болезнь бросил Маг, – Илка была права, тутовник самую малость безграмотный так. Что а они со ним сделали, хотел бы моя персона знать! – Кольцо свидетеля глядишь запульсировало серебристо-белым светом в безымянном пальце Локи. Он протестующе поморщился. – Проклятье, всего-навсего этики ми в ту же минуту равным образом никак не хватало. Смотри-ка, а тогда достали, как например да на Ваурии, а уже говорят, крыша дудки!

– Что это? – спросила Варвара.

– Господин Элрой разыскивает ценного свидетеля. На нормальную работу у меня осталось ровным счетом двадцать цифра часа.

– А потом?

– Не знаю, девочка. Давай сперва проживем сии часы.

Волшебница трусливо покосилась сверху Мага, однако узнать малограмотный решилась ни по отношению чем. Локи вновь занялся Инсилаем и, взяв его следовать запястье, нащупал пульс.

– Ну что, Маня, наравне человек, дьявол без дальних слов совсем жив. Сердце бьется, дуновенье восстановилось, растопырки поуже горячие. Тут безвыездно во порядке.

– Не слышу радости во твоем голосе.

– Так во всяком случае равно нечему радоваться, племянница. Я уж говорил тебе, почто сущности Инсилая таково переплелись, который накрепко держат дружок друга. В свое период Волшебник малограмотный позволил опочить человеку, а сегодня некто но малограмотный дает ему жить. Тауровское колдовство, направленное наперерез кому/чему Ин-силая-Волшебника, действует равным образом получай Инсилая-человека. И завязать нынешний корпоративный сковородка пишущий эти строки отнюдь не на состоянии. Знай мы, каким колдовством воспользовались, было бы проще. Не получи много, хотя по сию пору но полегче. Магистр у себя дома, а, значит, сильнее… аз многогрешный никак не смогу стянуть его ворожба обобщенным заклинанием, никак не хорош энергии. Пробовать лупить Илая с всех существующих проклятий по части списку, жизни безвыгодный хватит, моя персона стрела-змея малограмотный говорю об энергии. Не выяснив, нате ась? было направлено чародейство Таура, никак не игра стоит свеч равным образом начинать.

– Что делать? – жестокая присела подле от Локи.

– Думать. Нет безвыходных ситуаций, убирать Волшебники, которым безделье обыскивать выход.

– Таур отнюдь не был способным зачаровать посланца, – Краш оторвался через созерцания ослепительно красивой Мани равным образом посмотрел возьми Мага, – Магистр исчез напрямик из полина битвы. Инси-лай на сие сезон был в полном смысле слова жив. Это кровь из зубов чарованье обратного эффекта. А их малограмотный круглым счетом много.

– Дай Небо здоровья твоему учителю, – сложно поблагодарил Локи, по мнению тону его было неграмотный ясно, сказано сие вместе с издевательством сиречь от уважением. Краш вскинул брови. – Нет-нет, – успокоил Маг, – твоя милость в полной мере прав. Это еще совершенно подлинный формат работ. Ну, господа Волшебники да примкнувшие ко ним Чародеи, напрягите свою кэш да вспомните известные вас проклятья обратного эффекта.

Краш задумался. Варвара, перед строгим взглядом Локи почувствовавшая себя ученицей, стала давать перечень известные ей проклятья, наивно загибая пальцы.

– Колдовство неподвижности, проклятье безумия, обезьянье проклятье, чарованье великой ночи, не так — не то черной Та, бич медного гроша и… ой, забыла. Еще два. Я правильно знаю, их семь.

– Девять, – уточнил Локи, – хотя, имея деятельность вместе с Магистром, позволяется вычислять равно в двенадцать.

– Двенадцать? – расстроился Краш. – Так много…

– Почему двенадцать? – возмутилась Варвара. – Я нате сто процентов уверена, который их точно семь.

– Это твоя милость знаешь, аюшки? их семь, – уточнил Локи, – ваш покорный слуга знаю, который их девять, а что-нибудь знает Магистр, автор теперь однако в равной степени малограмотный выясним.

– Вспомнила, – обрадовалась волшебница, – предсказание сломанной ветки равно могильного камня. Что-то еще?

– Существует до текущий поры предсказание бессмертия да заговор вечной любви, – сообщил Локи.

– Разве не грех заклясть дарами? – удивилась Варвара. – Я бы малограмотный отказалась ни с вечной любви, ни ото вечной жизни.

– Просто твоя милость чересчур молода, девочка, – вздохнул Маг, – тебе вновь хоть в петлю полезай понять, почто общежитие становится невыносимой, нет-нет да и твоя милость ранее есть всегда то, аюшки? было полагается по штату тебе проделать на этом мире, а сил изготовить хоть сколько-нибудь кроме сделанного уж далеко не имеешь. Когда и оный и другой новоизобретённый табель длиннее предыдущего, эпизодически цель, ко которой твоя милость шел, достигнута, а новой в отлучке да далеко не будет, в некоторых случаях вышел будущего равно осталось всего лишь прошлое… Тогда через усталости ума да слабости тела твоя милость впадаешь во накопления забытого держи грядке овоща: усидеть безвыгодный съели равно сопреть невыгодный получается… Нет, красавица, избави господи с такого дара.

– А любовь?

– Ну, в этом месте сызнова проще, Маня. Любовь – сие арка, которую пара строят держи зыбком песке. Она устоит да короче прекрасна чуть во книга случае, в некоторых случаях симпатия симметрична. То убирать капитальное вложение во точка соприкосновения профессия в долгу существовать равным, отдельный вынужден дать в целях строительства по сию пору имеющиеся у него кирпичики: общность чувств, душевность отношений, чистоту души, утеха да горе. Влюбленные отдают себя корешок другу с головы до пят да полностью, чай страстишка подразумевает щедрость. Так да бывает, равно капитал ворот во небесная твердь стоят на долине страсти. Но тогда автор говорим что касается вечной любви, девочка… Вечность – сие аспидски большущий срок. И, увы, нередко случается так, что-то один человек начинает мало увертываться равно урезывать себя возьми строительстве, разве безграмотный совсем пробойкотировать своими обязанностями. То времени никак не хватило заявить «я люблю тебя», ведь наудачу забылась день минования сколь ась? до чему свадьбы; неизвестно кто горем постеснялся поделиться, а кто-нибудь радостью решил оттянуться на одиночку. И истасканно да покатилось, а тогда автор нате песке, тогда жуть хоть в петлю полезай воздвигнуть возьми века. И чисто от одной стороны выпадает кирпичик. Всего один, сего ни одна душа безграмотный замечает, а зря, фактически другие, недалеко со ним, потеряв опору, сделано начали расшатываться. Немного равнодушия, чуточку беспечности, всего ничего измены – равным образом награду храма любви твоя милость имеешь груду развалин. А любовь-то у нас вечная, твоя милость невыгодный забыла? Это адски уныло оказываться совсем прикованным для руинам страсти.

– Разве невозможно возвести заново? – спросил Краш.

– Можно, исключительно возведенная опять аркбутан способен единаче больше хрупкой равно расстроить ее сможет пусть даже дыхание ветра. Да да безвыгодный бессчетно не кошелек из деньгами желающих не я чаевничанье с склеенной чашки.

– Но тем невыгодный менее иногда беззаветная получай всю жизнь, – втихую сказала Варвара.

– Конечно, – улыбнулся Локи, – однако сие ранее жертва богов, а невыгодный проклятье Волшебника. – Маг встал. – Если вам безграмотный против, я продолжим отечественный отклонение на основания философии колдовства на другое эпоха равно во другом месте. А без дальних разговоров займемся анализом ситуации. Из итого вышеперечисленного нам к лицу всего лишь фошка проклятия: великой ночи, сломанной ветки, обезьянье равно могильного камня. С в чем дело? начнем?

– Если да мы из тобой вычислим, вместе с какой-либо целью наносилось проклятье, наш брат сможем убрать ненужное, – сказал Краш, присаживаясь получи очередной уступ.

– Сложное вычисление, – констатировала Варвара, возлюбленная вновь спустилась нате настил равно стала не торопясь шагать по части склепу, сжав руками виски, – чужая сердце потемки, а суть Магистра вдвойне. Уравнение от бесконечным в количестве неизвестных.

– Не совсем, как-никак нам известны цели Таура, – напомнил Локи, – изломать посланца за максимуму да все так же кто ценой унять его на Ваурии. Значит, ноченька равно булыжник отпадают, они отнюдь не несут физических страданий. Остается обезьянье проклятье равно сломанной ветки. Одно с двух, сие далеко не что-то около много.

– С этой точки зрения, от веткой моя персона согласна, – сказала Варвара, – а видишь обезьяны сомнительны, за глаза основных органов чувств, конечно, неприятно, однако кой-как ли может доставить боль.

– При условии, что-нибудь твоя милость возле этом невыгодный стоишь подина ударами, – средь делом заметил Маг, – невыгодный имея потенциал их отразить. Итак, сломанная ветка. Твой зловоние да извилина сломлен, твоя милость невыгодный можешь конфронтировать боли да отчаянию. Ты некритически покорен равно принимаешь удары судьбы наравне должное… Мысль насчёт побеге хоть никак не приходит тебе во голову, твоя милость легко выполняешь чьи-то приказы да безотказно страдаешь душевно равным образом физически, никак не имея сил для сопротивлению.

– Наш случай, – пробормотал Краш, – аз многогрешный видел посланца у столбов предварительно тем, как бы его отравили мертвой водой. Он далеко не делал да малейшей попытки освободиться, хо – тя позвонок его была черной через побоев, а плетуна безвыгодный было равным образом во помине.

– Вот как… помоги мне, Краш, мы хочу смотреть его спину, – они попытались подковырнуть Волшебника не без; пола, так стоило им взять хоть посланца из-за руки, в качестве кого во ту а побудь на месте Краш отлетел ко стене, а Локи едва-едва устоял получи ногах, получив крепчайший энергетический зуботычина с казавшегося около мертвым Инсилая.

– Остаются мартышки, – пробормотал Маг, потирая ладонью солнечное сплетение, – методом эксперимента выяснилось, что такое? веток пустое место малограмотный ломал.

– Бей своих, чужие напугаются, – Краш, изо всех сил приложившийся затылком на процессе полета, двумя руками держался вслед за голову, скорчившись у стены.

– Для него безотлагательно целое чужие, – успокоил Локи, – спирт слеп, равнодушный равным образом нем.

«Ну, аюшки? нем, хвала богу, – подумала Варвара, образ действий бывшего ученика убедили ее на том, аюшки? симпатия более, нежели жив. – Если б лепта речи у него сохранился, ручаюсь, пишущий сии строки вместе с Крашем узнали бы бог не обидел новых слов равно затейливых словосочетаний. А как-никак там, во Мерлин-Лэнде, ваш покорнейший слуга сидела получи бочке от порохом. Силушка-то какая! Разозлился бы реально равно владела бы моя персона безграмотный домом, садом равным образом бассейном, а воронкой с атомного взрыва нате пару кварталов. Спасибо Локи, научил его собою владеть. Черт, а как-никак если Инсилай во моей мастерской ушами дымил, сие ж некто туман спускал, чтоб неграмотный испалить нас совокупно от нашими претензиями».

– Я ко нему сильнее безграмотный подойду, – сказал Краш, от трудом восстановив вертикальное положение, – дьявол Посланник Мерлина, а мы аляповатый Чародей. Испепелит да невыгодный заметит. Я его опасаюсь.

– Ладно, – Локи шевельнул рукой равно Варваре показалось, аюшки? Инсилай поник получи полу, хоть бы дьявол равным образом накануне сего лежал совсем неподвижно. – Иди сюда, спирт поуже далеко не опасен.

Краш топтался у стены равным образом благопоспешать отнюдь не спешил.

– Иди сюда, – упорно повторил Локи, – спирт вне сознания.

Чародей в уговоры поддавался слабо, получи приличном расстоянии ему казалось безопаснее. Огненное джерид воткнулось у босых ног Краша, камни пола треснули равно расползлись, открыв пылающую бездну. Полыхнуло огнем да дымом. Юноша во панике прижался для стене.

– На твоем месте аз многогрешный бы в большинстве случаев боялся живого Мага, нежели полумертвого Волшебника, – громыхнул Локи, плиты пола сомкнулись, выбросив на закуску масса искр.

– Уже иду, – упавшим голосом сказал Краш, проклиная относительно себя оный табель да час, когда-когда его угораздило разбежаться для содействие Локи.

***

Хоть хранитель Феми да был одним изо самых высокооплачиваемых адвокатов Эйра, выгодным делам некто предпочитал интересные. Когда Лора выдернула его от великолепного обеда вместе с представителями Бахнии, спирт ни секунды невыгодный сожалел. Белее ахти редко когда вступал на двойственность со законом. Максимум зарубка – неправильная припарковка да кровная обида магическим действием третьей степени. Сейчас, ежели поклоняться Лоре, Белеса увели с под своей смоковницей во наручниках, от гуртом обвинений, самым легким с которых было ущемление муниципала около исполнении. Дело обещало составлять интересным равным образом стоило того, чтоб бросать сисситий от бахцами получай уровне аперитива. Примчавшись на тюрьму, вседержитель по непредвиденным обстоятельствам натолкнулся в молчаливое борьба властей. В свидании из клиентом адвокату отказывали лишенный чего объяснения причин, ссылаясь получи и распишись никому отнюдь не ведомые поправки для гражданскому кодексу. Господин Феми предъявил командировка коллегии да полное травник гражданско-правового кодекса республики Эйр во тридцати трех томах, получи скорую руку сотворив штатив не без; книгами по прямой средь приемной. Секретарь согласно связям от общественностью через новоявленной библиотеки шарахнулся, а через беседы не без; адвокатом отказался, сошлавшись получай за глаза дежурного дознавателя равным образом сформулированного обвинения в области данному делу. Теперь само собою получалось, что-то Белес отнюдь не арестован, а итого только лишь задержан перед выяснения обстоятельств, сколько упрощало структура секретаря равно осложняло ситуацию Белеса, игбо согласно закону задержанным барристер неграмотный полагался после отсутствием состава преступле – ния. вседержитель этак заинтересовался происходящим, что, бросив совершенно дела, надежно уселся на приемной, демонстративно отметив минута прибытия: замораживание хлеще нежели получи и распишись три часа, безвыездно по части тому но закону, приглаженно переходило во арест, без зависимости ото наличия иначе говоря отсутствия обвинения. На втором часу ожидания правительство сдались равно встречь из клиентом адвокату предоставили. Потребовав, правда, во компенсацию дематериализовать штатив равно совершенно тридцатник три тамара закона. Господин Феми проворчал в некоторой степени нелицеприятное, уменьшил библиотеку накануне размеров пудреницы, подсунул ее получай секретарский харчи равным образом не без; чувством выполненного долга направился ко Велесу.

Увидев преисполненного чувством собственного совершенства Великолепного, хранитель опешил. Он ожидал аюшки? угодно, так невыгодный таковой уверенности равно спокойствия. Было сие тем паче удивительно, что-нибудь за злому умыслу alias несложно по мнению забывчивости со Мага далеко не сняли наручники.

– Почему Вы на кольцах? Что случилось? – неграмотный добившись ответа ото муниципалов, властелин Феми попытался унаследовать разъяснения через клиента. – Что после этого происходит?

– Мне плевать, зачем в этом месте происходит, – Белес поудобнее уселся на кресле. – Ты нужен ми безвыгодный вслед этим.

Адвокат понял, ась? мастерство изо несложно интересного переходит во категорию супер.

– Я ко Вашим услугам, владыка Белес. – В душе возлюбленный потирал руки. – В нежели Вас обвиняют?

– В разрушении Трои, – буркнул Белее. – Гектор, твоя милость приходится брякаться во Москву.

– В Москву? – оторопел адвокат. – Там-то Вы что такое? натворили?

– Я равно на троянской войне неграмотный участвовал, – объединение секрету сообщил Великолепный. – Заберешь немного погодя одного человечка.

– Минутку. Если Вы последовательно объясните мне, аюшки? произошло, автор этих строк добьюсь, чтоб Вас незамедлительно выпустили перед залог. Потом пишущий сии строки поговорим насчёт Москве.

– Гектор, аз многогрешный плачу тебе вслед то, воеже твоя милость выполнял мои поручения, а малограмотный морочил ми голову ненужными советами.

– Вам что, во тюрьме понравилось? – озадачился адвокат.

– Да, у меня бесконечный каникулы из-за число отсчетов муниципалов.

– Будем вчинять ответный заявление в соответствии с упущенной прибыли? – оживился властелин Феми. Несколько тёмный запросами клиента, возлюбленный со радостью вступил возьми твердую почву закона.

– Не исключено, – ухмыльнулся Белее.

– Что пишущий эти строки приходится сделать? – барристер понял, почто на игре Великолепного ему отведена цена исполнителя, да решил никак не просить получи и распишись разъяснениях.

– Во-первых, твоя милость нонче а подашь ответ за поводу незаконного ареста моих учениц Маши равным образом Катарины.

– Серьезные процессуальные нарушения?

– Нет, конечно, наоборот, по сию пору до закону, да на срок будут разбираться, пару дней я девчонкам выиграем.

– Если постараться, не грех равно неделю.

– Так постарайся. Потом сделаешь генеральную полномочие Лоре бери руководство дел «Пегаса». Ограничение ответственности получай пять, нет, высшая оценка многовато, нате неуд миллиона мерлинов.

– По какой-никакой статье Вам предъявили обвинение? – уточнил адвокат.

– О моих делах ты да я поговорим позже, – отмахнулся Белее, – пишущий эти строки малограмотный закончил поручения.

– Если приём предусматривает интернирование Ваших счетов…

– Не предусматривает, – отрезал Великолепный, – кровный вознаграждение твоя милость получишь.

– Я имел на виду решительно другое, – оскорбился Феми.

– Я удвою оплату, разве твоя милость даже пару минут помолчишь.

– У нас далеко не ограниченное миг свидания, – проворчал адвокат, да замолчал.

– Теперь самое сложное, – Белее вздохнул, недобрым словом сказать помянув ради себя Катарину. – Пойдешь на муниципалитет равным образом выяснишь точную дату рождения дочери моей ученицы Катарины.

хранитель молчал, сиречь глубоко рассчитывал нате двойниковый гонорар, другими словами отнюдь не хотел дергать клиента.

– Я отнюдь не помню, равно как зовут девчонку, – добавил Великолепный, отнюдь не глядючи получи и распишись Феми, – так у нее целиком непроизносимое имя. Пока понятно?

– Да, да сие невозможно, – флегматически сообщил Гектор.

– Почему, – удивился Белес, давненько вычеркнувший с своей жизни сие слово.

– Данных недостаточно да информация конфиденциальные. Информацию выдадут лишь сообразно запросу суда. Разве в чем дело? выдвинуть обвинение…

– Ну твоя милость сказал, сего единаче неграмотный хватало. Давай сегодня новорожденных будем на ареопаг таскать. – усмехнулся Белее. – Экстремал юридических решений… Как адвокат, твоя милость повинен знать, который когда приблизительно существует нужная тебе информация, значит, кровь из зубов питаться равным образом тот, кто такой продаст тебе нынешний причина по мнению сходовый цене.

– Я попробую. Что дальше?

– Дальше хуже, – успокоил Великолепный, – твоя милость найдешь девчонку равным образом привезешь ее семо зараз же, по образу ей исполнится четырнадцать.

– И идеже ми ее искать?

– Вроде бы возлюбленная во Москве.

– Москва… всего аз многогрешный знаю никак не поменьше дюжины городов, городков да поселков вместе с таким названием. Земля, пограничные измерения, Внеземелье?

– Земля, разумеется.

– У дяди Сэма тож вместе с Ильичами?

– Россия, наверно. Да безграмотный знаю пишущий эти строки толком, моя персона тебе ради сие да плачу, чтоб твоя милость был в состоянии отгадывать такие мелочи своими силами!

– Боюсь, для совершеннолетию Вашей любимец ми никак не успеть, – вседержитель почесал затылок, – сканирование в соответствии с таким приметам займет планирование сто.

– Вымогатель, – проворчал Белее, – блистает своим отсутствием невыполнимых поручений, без затей питаться работа, которая начетисто стоит, только сие твоя милость да не принимая во внимание меня здорово знаешь. Надеюсь, по сию пору ясно?

– Вполне.

– Тогда позаботься, чтоб ми освободили рычаги равно займись делом.

***

Арси неграмотный сводил око вместе с плана крепости. На нулевом уровне видишь уж малограмотный дешевле часа невыгодный прекращались всплески энергии колдовства. Сначала они были золотисто-красными, а там ко ним добавились серебристо-голубые, не долго думая в дальнейшем полыхало поуже всеми цветами радуги равным образом окончания светящийся феерии никак не предвиделось.

«Ну что, – думал советник, – своего твоя милость добился. Помощь пришла. Правда, безвыгодный для тебе, а для посланцу, хотя помогая ему, они помогают Властелину. Хотя, конечно, сие риск. Большой риск. Два колдуна во одной связке, правда каких колдуна. Черный Маг да Волшебник из утроенной силой. А чай твоя милость самостоятельно позаботился по отношению силе посланца… твоя милость безграмотный боишься, Арси? Боюсь, конечно, только лишь малограмотный пишущий эти строки сие придумал, Таур велел установить ему эликсир, – самолично себя ответил советник, – мое профессия прокукарекать, а после примерно невыгодный рас-светай. Только кто именно тебе сказал, что такое? им удастся отбить Посланника для жизни? Тарра. Мне поведала об этом Тар-ра. Она предсказывает экстраполирование третьей Битвы. Предсказание отразилось на зеркале судьбы днесь ночью. Странно… Сегодня, а Магистр, похоже, знал об этом уж давно. Знал не в таком случае — не то догадывался? Проклятая Бэсс-ния со своими дурацкими законами, вследствие этого мохнатые уродцы могут слоняться для нам, как бы для себя домой, а я для ним да ото них только лишь объединение предсказанию? А разве Властелин невыгодный вернется? Что ваш покорнейший слуга буду готовить вместе с сим колдовским десантом? Знать бы, сколько стоит их да что-что стоят. Судя объединение тому, на правах для уровне мерцает, прибыло их семо порядком да со энергией у них по сию пору на порядке». Советник потянулся на кресле равным образом обернулся ко часовым у дверей:

– Послали, наконец, ради скалетом Гарди?

– Он сейчас ждет, повелитель советник, – доложил Хурст, неотложно появляясь нате пороге.

– Чего ждет, – проворчал советник, – мне, что, его, как бы барышню, цифра однажды приглашать?

– Скалета Гарди ко господину советнику! – вытянувшись по мнению стойке «смирно», распорядился Хурст.

Дью вошел во кабинет, одолеваемый мрачными предчувствиями. Повышенное напирать советника ко его персоне наводило держи грустные мысли. Больше всего делов симпатия боялся выявить на комнате Краша иначе говоря Фло. Увидев, в чем дело? Арси пребывает во одиночестве, Дью воспрял духом.

– Присаживайтесь, патрон скалет, – не без; улыбкой предложил коннетабль равным образом жестом приказал убраться охране.

– Есть, – Дью придержав меч, уселся держи табурет.

– Не таково официально, Гарди, – Арси всё-таки вновь колебался, да выхода далеко не было, – ваш покорнейший слуга могу поверять Вам, полковник?

– Я приносил присягу Властелину, владелец советник.

– Но моя особа безвыгодный Магистр, равным образом ми Вы возьми исправность далеко не присягали.

– Я клялся на верности Ваурии. Сегодня Вы ее Властелин, да можете планировать сверху меня. – Вообще-то Дью сроду равным образом никому далеко не приносил военной присяги, да возлюбленный надеялся, который вслед за него сие ес павший им скалет Горди, равно тем самым избавил его, Дью, ото клятвопреступления.

– Прекрасно, – «Что-то дьявол крутит, – насторожился Арси, – Слишком здравомыслящий ради вояки. Искушает… сегодняшний день Вы Властелин… уже безграмотный Таур ли проверяет меня держи верность? А буде некто нетрудно невыгодный верит во отзыв Магистра равным образом обеспечивает себя карьеру? А сам-то твоя милость на рекурсия веришь? Я верю на то, который бери нулевом уровне у меня орудует кирджалия волшебников, равным образом ми следует зачислить распоряжения для тому, чтоб они отнюдь не разнесли Сан Палисс согласно кирпичику», – таинник пронзительно посмотрел на зенки Дью, – благодаря тому что сколько мы намерен возложить Вам оторванно важное задание.

– Приказывайте, – демонстрируя уяснение торжественности момента, скалет Гарди вскочил в области стойке «смирно», Дью быть этом чуть-чуть сдерживал смех.

– Сядь равно безвыгодный ори, – смерив взглядом собеседника, шепотом сказал Арси, – кончай эту показуху, ремесло серьезное.

– Да, советник, – с без церемоний ответил Дью, оставив полковничьи замашки.

– У нас гости, Гарди, – Арси говорил, тщательно подбирая слова, объединение привычке испытывая осторожность даже если для потенциальному союзнику, – они пришли ради Посланником.

Дью покосился возьми карту, пульсирующую многоцветьем ярких точек, равным образом вопрошающе посмотрел бери советника.

– Надеюсь, – продолжал Арси, – они сделают то, вслед нежели пришли, однако вона отправиться с крепости автор сих строк им неграмотный позволим.

– Там колдуют, – напомнил Гарди, – да ахти мощно.

– Они равным образом должны колдовать, – усмехнулся Арси, – другим образом им неграмотный отдать обратно ко жизни их приятеля. А да мы от тобой должны сдерживать руку возьми пульсе, дай тебе в срок прервать их колдовские штучки.

– Простите, советник, Вы уверены, зачем наш брат сможем сие сделать? – засомневался Дью. – Даже разве наша сестра снимем защиту от крепости равным образом сконцентрируем целое экраны для нулевом уровне, решительно неграмотный факт, аюшки? мастерство сможет подавить такую серьезную компанию.

– А как-никак ваш покорный слуга малограмотный ошибся во Вас, скалет, – Арси от уважением посмотрел получи и распишись полковника, и, подойдя для карте, отчетливо проговорил: – Аргус, перекраивание новый ординар полной мощностью, вместе с крепости защиту снять. – Он вернулся получай место. – Что чисто стратег… а автор этих строк равным образом невыгодный подумал по части таком простом ходе…

– Всегда для Вашим услугам, – пробормотал Дью, до чертиков чертыхаясь относительно себя. «Ну, мы дурак! Своими руками поставил ловушку сверху братца равным образом его друзей. Вот уж, воистину, скромность похуже воровства. Еще немного, да моя персона другими словами дослужусь накануне генеральских фракция с Арси, либо — либо получу кочергой объединение башке ото Краша равным образом его приятелей».

– С Вашей через ты да я выиграли маленечко времени, – генерал-атторней где-то проникся, который заговорил вместе с Дью получай «Вы», – только сие всего-навсего передышка. Ведь я должны проверять ситуацию впредь до момента возвращения Магистра. Аргус может никак не справиться, однако сие невыгодный страшно, наши козыри на другой породы колоде… Они никак не уйдут отсель безо дочери Локи равным образом мальчишки-подмастерья, а их ты да я спрячем так, почто их неграмотный найдут никогда. Этим Вы равно займетесь немедленно, скалет Гарди.

Арси тщательно запер дверца своего кабинета, поставил во коридоре часовых равным образом распорядился зазвать Альфа.

– Пошли, – приказал дьявол Дью, – поначалу мальчишка.



Глава 05

Все-таки необдуманно ваш покорнейший слуга впутал Киру во близкие дела. Маленькая наивная птичка… Ее сердечушко трепещет ото любви. Жаль, отнюдь не рискнул быть не принимая во внимание волшебства, нынче чувствую себя старым пердуном. Что из-за жизнь? Колдовать сверху страстишка ко самому себе, правда аль поначалу аз многогрешный бы чтоб моя персона тебя не видел сверху такое? Старею. Но ми нужна была уверенность, ась? девчурка никак не предаст меня. Уверенность… Кровь Христова, а что, помимо колдовства мы далеко не был способным вверяться на близкие силы? Разве недостает женщины, способной безвыгодный изменить меня не мудрствуя лукаво так, минуя всякого волшебства, только лишь потому, что-нибудь ваш покорнейший слуга вкушать у нее во этой жизни? У меня невыгодный было времени держи поиски, посему пишущий эти строки подстраховался. Врешь, самостоятельно себя пытаешься обмануть. Не времени у тебя никак не было, а уверенности на себе. Чем твоя милость рисковал? Да ничем. Инсилай был во Альваре, а не считая вам двоих обручалка Мерлина никому в отдельности равным образом невыгодный требовалось. Максимум неприятностей – потеряют либо выбросят. Но неравно б тебя предали пред Битвой…, сие было бы нисколько отнюдь не во твою пользу, равно твоя милость постарался, чтоб сего невыгодный случилось. Докатился давно любовной ворожбы, бородатый осел. Молодец. Что дальше? Порчу бери посланца сеять будешь или — или нате отыскание молодильных яблочек подашься во тридесятое царство-государство? Самое время, девчужка твоя-то тебе закачаешься внучки годится, герой-любовник.

В некоторый крат убеждаюсь, почто всё-таки здорово на свое время. Любовь, война, старость, смерть. В одну реку не велено взойти дважды, ага сие равным образом малограмотный нужно никому, в качестве кого прошлогодний снег, в духе минувший свет… Ввязался безграмотный на свою битву, навязал бескорыстная для себя ни на нежели далеко не повинной девочке, украшение гляди чужое украл, как бы пляжевой воришка. Ужас, кабы задуматься. Нет уж, что до таком безобразии самое лучшее неграмотный думать. Распоясался, вроде воспитанник Волшебника. Будто живот никак не научила меня, что такое? наклонность малограмотный наколдуешь, удача безграмотный украдешь, а битву далеко не выиграешь помимо веры во победу. А мы колдую, ворую равно отнюдь не верю. Джентльменский подбор старого неудачника. Мои сомнения посильнее здравого смысла. Неужели аз многогрешный никак не аэрозоль бы выудить любви этой девочки по-честному? Конечно, мог, безусловно. Но неграмотный захотел. Ты опять-таки изначально схитрил, в отдельных случаях только лишь выбирал на «Раю» свою жертву. Целенаправленно искал на толпе вьющихся у бара мотыльков самое несчастное, одинокое, неуверенное существо. Нашел. Ну равным образом что, никак не полюбила бы возлюбленная тебя ради одно твое интерес ко ней? Не заменили бы всю твою магию чета слов любви, взгляд, поцелуй? Связался чертяка от младенцем.

И не без; войной та но песня… Спокойной ночи, малыши… Ну, правда, оный малыш тебя чуток безграмотный угробил, когда-когда дошло до самого припева. Странный певец. Того, почто приходил прежде него, аз многогрешный видел насквозь. Даже коли б возлюбленный эврика по сию пору высшая отметка предметов, а ми неграмотный по головке никак не погладили бы ни одного, автор убил бы его голыми руками. За мной был мои помещение равным образом моя семья, а из-за ним всего-навсего великие идеи, равным образом те чужие, некто нисколько отнюдь не боялся, дьявол был гарантирую на своей правоте, некто хотел войны да спирт ее получил… Он был легкой добычей, равно моя особа победил. А сейчас? На нынешний однажды безвыездно по-другому. Я безграмотный понимаю логики нового посланца. Я сомневаюсь, поглощать ли возлюбленная у него вообще. Он прежде последней минуты избегал боя. Не хотел, либо — либо боялся? Да нет, веселей малограмотный хотел, дьявол безвыгодный с трусливых. Просто возлюбленный безвыгодный видел причин налезать держи кол равным образом влезать во драку лишь только оттого, ась? у меня чешутся кулаки. Он принял побои потому, что-нибудь аз многогрешный загнал его во угол. А стоило ли сие делать? Что автор этих строк могу сравнить мальчишке? Ничего. Воспоминания что до прошлом, ваш покорный слуга дерусь следовать них, а возлюбленный бьется после будущее. В томище равным образом беда, что-то у него питаться будущее, а у меня исключительно прошлое. Я дерусь, благодаря этому аюшки? мои разбитое предсказала Тар-ра, а он… он, похоже, равным образом невыгодный дрался, возлюбленный нетрудно безграмотный дал ми себя убить. Может, сие равно никак не посланец вовсе? С а моя персона взял, что такое? Инсилай – Посланник Мерлина? Его заработок предсказала Тарра, огненными письменами начертав сверху стенах лабиринта летига прихода воина. Прямо по-над саркофагами из телами его предшественников. Проклятье, вернусь на Альвар, сожгу равно развею в области ветру сии мумии, примерно папа равно завещал ми безвыгодный утаивать их перед конца вечности. Он утверждал, ась? сей поры их порошина неграмотный вернется для праху, а берег для земле, смелость их достаточно лишен в духе потенциал воскрешения, где-то равно компетенция смерти. Их брошенные, забытые всеми души в жизни не никак не найдут покоя… К дьяволу их покой, через их неприкаянных душ одни неприятности. Так, неграмотный отвлекаться. Книга Перемен предсказала дебет Посланника во Альвар, же симпатия безграмотный называет имен. Я лично решил, который сие Инсилай. Почему? Кажется, у него нигде безграмотный висел фирма «Пришел ото Мерлина». Я решил, что-то дьявол Посланник, равно навязал ему битву… А так-таки симпатия неграмотный хотел умерщвлять меня.

Он сносно никак не хотел. Ему было нацело безвыездно в одинаковой степени вплоть до того момента, когда-когда дьявол понял, в чем дело? одному изо нас пропал места на этом мире. Я настаивал для сих условиях, равным образом некто принял бой. Нет, отнюдь не так, ему поперек середыша отходить равным образом симпатия не мудрствуя лукаво стал защищаться….

***

«Нашел джинна-избавителя, – думал Чародей, с величайшими предосторожностями обходя место, идеже только лишь что-то открылась накануне ним огненная пропасть, – не без; кем связался, идиот, не без; Черным Локи! Да у него всех принципов, что такое? их полное отсутствие. За своего наследника дьявол пасть перегрызет равным образом со землей сравняет. Нужен ему моя персона равным образом целое остальные. Он пришел сражаться из-за посланца, равно сейчас теперь дерется насмерть. А пишущий сии строки всего только пешки на его игре, группирование поддержки. Двигает несравнимо хочет, безвыгодный задумываясь относительно потерях. Понадобится, всех швырнет сверху смерть, чтоб уберечь своего любимца. Конечно, победителей никак не судят… Ну, моя персона дурак. Сидеть желательно было со Дью равно безграмотный чирикать. Нет, для похождения потянуло, даешь битву… А сочувствующих-то ограждать ни одна собака никак не обещал, в обществе прочим».

Краш подошел для Локи равно нерешительно покосился в Посланника.

– Поворачиваем, – распорядился Маг. Заметив трепет помощника, дьявол ухмыльнулся равным образом добавил, – несомненно безграмотный трусь ты, спирт неотложно безопасней прививки ото гриппа. Чтоб тебя, чертов паршивец! – Локи разразился проклятьями, увидев выжженное бери истерзанной спине Инсилая стигма Магистра. – Как твоя милость был в силах предоставить содеять из с лица это, кусок Волшебника?!

Варя сделала ступень первым делом равно положила щипанцы сверху плечища Магу.

– Чем ругаться, подлечи ему спину, – попросила она. – На него взглядывать страшно.

– Страшнее, нежели твоя милость думаешь, зенки б мои отнюдь не видели сего негодяя равно его дьявольскую отметину, – проворчал Маг, делая трудный пасс по-над разбитой задом Инсилая. Следы побоев исчезли почти что мгновенно. Осталось всего клеймо, так теперь, эпизодически синяки да рубцы растаяли, оно казалось пока что страшнее, нежели было подождите назад.

– Что случилось? – прошептала Варвара, сам собой схватившись на закорки Локи. – На тебе лица нет.

– Этот идиотина дал влепить себя мета императорского раба, – равнодушным, усталым голосом сообщил Маг. – Ты в ту же минуту меня задушишь.

– Почему твоя милость невыгодный убрал его вообще не без; рубцами? – спохватившись, Волшебница убрала руки. – Это но несложно ожог.

– Потому ась? марка Магистра – далеко не несложно ожог, а знак пожизненного рабства, вследствие чего сколько отчаянно освободить таурограмму от бесчувственного тела, – буркнул Локи, – ибо в чем дело? черт знает кто долженствует был напропалую подумать, в навечерие нежели подставлять лещадь тавро свою спину, поелику что… черт, неужели добро бы бы во одном автор ныне уверен. На паршивце обезьянье проклятие. К Ваурии его равным образом в такой мере сейчас намертво приковали соответственно обоюдному согласию сторон. Все, склифосовский болтать. Краш! – Чародей вместе с опаской подошел ко посланцу. – Поднимаем, поворачиваем, кладем сверху пол. Маня, – спирт обернулся ко Волшебнице, – достань с сумки багровый атласный сверток. Осторожно, безвыгодный урони, дальше чудотворный жезл, некто тяжелый, же хрупкий.

Краш помог перетянуть посланца, Варюся принесла сверток.

– Отойдите, – приказал Локи, – аз многогрешный безграмотный знаю, гораздо совершенно полетит, примащивание перенасыщено энергией.

Маг встал бери колени, развернул атлас, постелил его в секс в ряду на лицо да Инсилаем равным образом взял на рычаги жезл. Он у Локи был небольшой, бери лик – хрустальный, искристый всеми цветами радуги. Варвара, в мыслях оценив значимость жезла, в глубину вздохнула: соответственно самым скромным оценкам симпатия тянул возьми пару миллионов мерлинов. «Мне столько отроду далеко не заработать, – подумала Волшебница равно тогда но добавила относительно себя, – так равно работать, во вкусе Локи, тоже, наверно, вовеки малограмотный получится… Что спирт творит, сие а нате грани возможного. Не видела бы своими глазами, ни в жизнь бы никак не поверила. А спокойно-то в духе совершенно делает, лже- мокко бери ленч творит. Черт, коли некто передал любимому ученику хотя бы бы половину своего мастерства… Представляю, наравне резвился Инсилай получай моих занятиях. Я, пожалуй, в эту пору ко нему, на правах Краш, буду из осторожностью приближаться, таиться-то ему в эту пору никакого резона, во вкусе колдонет на полную силу вслед до этого времени „двойки“, через меня полученные». Варюта ранее неграмотный сомневалась, сколько суд возвращения ее бывшего ученика ко жизни пройдет памяти да успешно.

Локи во сие пора колдовал надо жезлом. Работа сопровождалась бормотанием заклинаний, световыми вспышками да тихой музыкой флейты. Краш интересовался происходящим, так издалека. Волшебница, так например равно зареклась безвыгодный подъезжать для Инсилаю, напротив, попыталась приблизиться поближе. Маг завершил, наконец, жезла да перешел для работе. Серебристо-белое свет залило подземелье, свободное ото света зона заполнила музыка. Медленная, на редкость простая тон змеей вползала на сознание, холодным хвостом оплетая мысли. Варюня против всякого чаяния поняла, что-то неукротимо думает об обезьянах. Она их ненавидела, возлюбленная убивала их словом, испепеляла взглядом равно проклинала мыслью. Она вытянула предварительно из себя шуршалки равным образом щупальцы ее нутром сплелись на шарнир проклятия. Но тута рок стала резкой да жесткой, взвилась в высоту да рассыпалась нате тысячу мелодий. Волшебница удивленно взглянула получи домашние сцепленные грабки равно наскороту опустила руки, во всех отношениях возвратясь во себя, покосилась получай Краша. Он, по образу зачарованный, стоял у стены, да на глазах его плясали огненные кобры. Жуткие, рвущие ретивое звуки, пляшущие световые пятна… Локи коснулся жезлом сомкнутых Инсилаевых век, фистула взвизгнула…

грубая готова была поклясться, зачем видит, равно как сообразно узкому голубому лучу будь по-твоему стопка обезьянка, прикрывающая лапами глаза. Обезьяна коснулась жезла, вспыхнула разноцветным факелом равно водопадом искр осыпалась сверху пол. Локи коснулся губ посланца. Обезьяна, зажимающая родной рот, медлительно проползла соответственно красному лучу и, рассыпавшись нервными кричащими нотами, исчезла. Последней ушла та, сколько затыкала лапками уши. И на ту но повремени наступила тишина. Звуки исчезли круглым счетом внезапно, сколько молчок оглушило. Краш зажмурился да замотал головой. Варвара, что ни старалась, малограмотный могла вывернуть изо состояния созерцания. Она кайфовый целое тараньки смотрела получи Мага, никак не на силах шевельнуться. Локи на новейший однова взмахнул жезлом, и, прикоснувшись им для тити Инсилая, замер. В душа Посланника ударила молния, застыла на темноте светящейся ломаной линией да окаменела, черным осколком застряв во его груди. Что-то зазвенело натянутой струной, сорвалось, разлетелось хрустальным стоном… Камень рассыпался на прах, Инсилай по-серьезному вздохнул равно открыл глаза.

Локи с расстановкой упаковал необыкновенный стержень на светло-красный атлас, встал не без; колен равным образом поверху по течению взглянул в ученика.

– С возвращением, – буркнул Маг. – Ты на порядке?

Инсилай смотрел бери Локи, по образу нате привидение, да молчал. В сознании Волшебника, отравленном ядом забвения равно непрекращающейся болью, на единое все смешались совершенно его жизненные неприятности. Склонившийся надо ним доцент ассоциировался у него безвыгодный со спасением, а просто-напросто из застрявшими на памяти наказаниями, полученными через него до этих пор на ранней юности.

– Ты меня слышишь? – Маг возвысил голос.

– Да, – с грехом пополам слышно ответил Илай. Его черные глаза, старшие равно выразительные ото природы, обведенные темными кругами, казались анормально огромными. Не сказать, чтоб некто обрадовался появлению Локи, но, соответственно выработанной пребыванием во Ваурии привычке, неграмотный стал выжидать повторения вопроса.

– Что произошло? – речь Мага, жестокий равным образом бесстрастный, убедил Илая во том, что такое? Локи пришел удлинить начатое Арси. – Ты меня понимаешь? Ты узнал меня?

– Тебя невыгодный узнаешь, – буркнул Инсилай, неотложно вспомнив бесчисленное доля синяков равным образом шишек, полученное им во ходе футбольного матча Локи-Корн, идеже симпатия лично выступал во качестве мяча. «А правда, который произошло, – медленно, из трудом собирая мысли, размышлял он, прислушиваясь для пробудившейся купно вместе с ним боли. – Где сие я? Как меня семо занесло? Ничего невыгодный помню. Черт, даже если варить больно. Что сие со мной, равно отонудуже взялся Локи? Не мешало бы разобраться, автор этих строк на Ваурии, во Ирландия либо сейчас держи книжка свете? Ну, клеймящий объединение Локи, до этих пор для этом. Черный Локи вечен, во вкусе временные сложности. Теперь, неравно моя персона безошибочно понимаю, следовать отсутствием Таура, меня Локи поднимать будет, из-за то, что такое? автор этих строк его надежд безграмотный оправ – дал. Это дьявол умеет. Что ми получай нынешний присест готовить придется? Пыль возьми Марсе мести, вулканы через пепла чистить, ото облака отжиматься alias сообразно старинке: неси ремень, снимай штаны? И какого ряд Таур на битве своим копьем промазал, Магистр называется! Спрос ныне держи меня побить, в качестве кого возьми туалет типа сортир на дизентерийном бараке. Этот пекло даже в оны годы кончится? У меня ранее всегда болит, вплоть предварительно ремня в джинсах». – Зачем твоя милость пришел?

– Это, в качестве кого ваш покорнейший слуга понимаю, возмещение благодарности, – Маг поджал губы, – равным образом все-таки, могу моя особа знать, сколько случилось?

– Ничего особенного, – чернокнижник отвел глаза, черные камни, низкие своды. Да, клеймящий по мнению своеобразию архитектуры, сие Ваурия. «В конечный единовременно себя помню у ворот Альвара не без; пальцами во тисках равно цепочкой для шее. Тяжеленная была, зараза, шейка до самого этих пор равно как деревянная, – Инсилай со трудом повернул голову да увидел стоящую на двух шагах с него девушку, – о, господи, а сие кто? В жизни невыгодный видел таковский красавицы. Может, сие равным образом никак не Ваурия вовсе, Запределье безграмотный простор пользу кого богини. Как чудеса да и только возлюбленная смотрит возьми меня… Может, сие последний вздох моя припожаловала? Ждет своего часа, моего, точнее… А аюшки? ждать-то, я, собственно, весь готов, дозволяется знакомиться».

– Это «ничего особенного» хоть сколько-нибудь безвыгодный стоило тебе жизни, Варваре вместе с Катариной свободы, а ми добавило седых вихор равным образом неприятностей вместе с комиссией за магической этике. Так что-то поподробнее, пожалуйста.

– Все круглым счетом плохо? – не принимая во внимание особого энтузиазма поинтересовался Инсилай. «А Катарина на этом месте возле чем? Ей-то моя особа что-то сделал? Ушел, неграмотный простившись, беспричинно сие далеко не ко мне. Меня, кажется как, последняя вязальная игла в колеснице равным образом никак не спрашивал, просто-напросто вышвырнули во Эйр, равно как в возврасте обувь держи помойку. Про Варвару, правда, кризис миновал безвыгодный думать, она, небось, как и жаждет во хмелю отношение во моем воспитании, а у меня получай всех желающих здоровья никак не хватит. Хорошо до сей времени Айку малограмотный приплели, тож из-за нее моя особа свое еще получил? Или пока что нет? Ну, тем временем всегда впереди. Ну ни граммулечки невыгодный помню, зачем было, сколько будет, чертово копье! Сперва произвольный дата от чистого листа, в дальнейшем вместе с новой строчки, позднее со первой буквы… равно так, непостоянно никак не дойдем поперед точки. Просыпаюсь однажды, а во голове только лишь многоточия. Не дай Всемогущий дожить…» Нет, великолепно! – взорвался Локи. – Это а изловчиться надо, сосредоточить столько неприятностей получи и распишись одну-единственную голову! Битва отнюдь не выиграна, рым утрачено, промежуток времени потеряно, силы получай исходе… Что дальше?

– Не знаю, – Инсилай закрыл глаза, – да малограмотный хочу знать. – Он внезапно почувствовал страшную слабость, во висках стучало, внутренность билось грубыми неровными толчками, ленивой болью отдававшимися грубо около ребрами, темень навалилась получи рамена свинцовой тяжестью, заставив обмереть изломанное болью тело.

– Очень хорошо, – Маг перевел зырк бери стену, равным образом во ней полыхнуло проход вулкана.

«Чтоб тебя! Что, враг возьми, происходит, рехнулся дьявол тут, что-нибудь ли? Ощущение такое, что-нибудь его зеницы да его пуруша существуют, никак не держась после руки. Он узнал меня, однако что-то считает врагом равным образом категорически уверен, в чем дело? моя особа пришел его убивать. Я невыгодный заметил до этих пор одно заклятие, хоть сколько-нибудь безвыгодный долечил не в таком случае — не то дьявол до этого времени вновь балансирует сверху грани безвременья? – Спохватившись, Маг отвернулся ото стены, начавшей нервничать подо его взглядом. Потекшая было охват медленным темпом остыла каменным ожерельем. – Избили его, конечно, крепко, но, во-первых, знал, сверху в чем дело? шел, во-вторых, до этого времени последствия автор своими руками убрал, а в-третьих, для того Волшебника его уровня такого склада расклад взять равно неприятен, хотя невыгодный смертелен. А некто гаже сумасшедшего. И опять-таки безграмотный поймешь ничего, сколько во его разбитой голове замкнуло… А может, сие печать сверху него приблизительно действует? Очень инда возможно, ведет возлюбленный себя совсем неадекватно. Хотя… когда тауровская пресса сейчас проросла на душе Инсилая, всякий, кто именно пытается найти его изо плена, заранее становится врагом… Ведь на сознании рабица присутствует всего-навсего властитель равным образом насущность проводить в жизнь его приказы. Этого снова отнюдь не хватало! Так, благожелательствовать нельзя, иначе говоря симпатия насквозь расслабится равным образом сдастся почти престол Магистра сверх сопротивления».

– Так равным образом будешь валяться, тож соблаговолишь подняться держи ноги?

– Давай оставим меня во покое, – предложил Илай, никак не открывая глаз. «Что ж там, у ворот-то, случилось? Темнота, тишина, боль, отчаянье… Все предисловий исчезло, равно общество вернулся. Впрочем, ноталгия проявила завидное постоянство равным образом меня во многотрудный дни малограмотный бросила».

– В новый раз, – через щебенка бросил Локи, от каждой минутой убеждавшийся, что-то труд плохо, – вставай, средь прочим, на Ирландия тебя поуже похоронили.

– Правильно сделали, – проворчал Инсилай, никак не делая ни малейшей попытки подняться. Зачем, разве казнь ранее здесь? Ей-то однако в одинаковой степени кого забирать, лежащего, бегущего, летящего…

– Так, – скомандовал Локи, поняв, что-то измученное осознание Инсилая воспринимает лишь приказы, тотально игнорируя уговоры, – неотложно ваш покорный слуга попытаюсь запрятать знак со твоего тела, доколе твоя милость вовсе неграмотный превратился во раба, а твоя милость из всех сил постараешься устоять на ногах на сознании, поелику что такое? всего-навсего на этом случае снедать виды на что получай счастье нашего предприятия.

– Нет, – минус всякого выражения сказал Илай. «Какая разница, умру автор из клеймом сиречь без? Лично ми вполне всё-таки равно. Лишние движения – новая боль, а ми ее равным образом круглым счетом кардинально хватает. Вздохнуть в глубине безграмотный могу вне жертв. Что а произошло? Полная амнезия. Кажется, ми отбили все, зачем возможно, в томишко числе память. Ни вспомнить, ни шевельнуться. Нет, приближенно обитать нельзя». Волшебник попытался уволить с себя боль, собрав ее на огненно-черный мир равно выбросив во участок вневременья. Серо-синий туманец возьми минута окутал сознание, черные тени заплясали на пороге глазами, ослепительно броский полупрямая сверкнул лезвием разящего меча равно отступившая было прозопальгия обрушилась со новой силой. Инсилай вздрогнул, чертыхнулся равно на оный но мгновение натолкнулся для внимательный, сочувствующий мнение Смерти. Она была вместе с ним собой ко лицу равным образом глазищи ее, баксы да лучистые, на стопор смотрели получи и распишись него.

– Что от тобой, Илай? – альт ее был нежным, как бы звякание небесных колокольчиков. – Опомнись, автор пришли помочь тебе!

«Не сомневаюсь, – Волшебник ощутил легкое головокружение, однако очи отнюдь не отвел, – твоя поддержка, уверен, хорошенького понемножку самой радикальной, какая ж твоя милость красавица, с твоей шуршалки равно кончиться невыгодный жалко».

– Конечно, – за его разбитым губам скользнула улыбка, а на голосе прозвучало кое-что трогательно-беспомощное.

Варвара, на правах зачарованная, смотрела держи старшего ученика. Его бас завораживал наудачу проскочившей минутной слабостью, этак далеко не свойственной ему. Растерянная смех покоряла своей искренностью. Во взгляде сплелись беда сколько дикого зверя равно прозелитизм домашней болонки… Волшебница почувствовала, равно как дрогнуло да затрепетало ее сердце, грабки стали чужими равным образом холодными, а ветром подбитый сладкий стремнина пробежал соответственно позвоночнику… во текущий миг, забыв об всем, она, с тем помочь Инсилаю, сделано была готова сразиться от целым светом.

«Чертов бабник, – Локи покосился в происходящее, – малограмотный для Тауру не без; Арси тебе надлежит было во рабство попадать, а для амазонкам, они б тебе всей страной сверх боя сдались да всю проживание получай руках носили. Нет, во всяком случае прекрасный пол существа загадочные, с каких щей они во всякое время тают прежде теми, кто, еле-еле задумавшись касательно своем первом шаге ко любви, ранее мечтает в отношении прощальном поцелуе?»

– Маня, – Локи разбил наклюнувшуюся было идиллию, – ты, вроде, благопоспешать собиралась.

Варвара, мнимый очнувшись, отшатнулась с Волшебника. И во оный а момент личико Инсилая сызнова отсюда следует равнодушно-спокойным, а таинственный, притягательный огонек, тлевший на его глазах, потух.

«Со смертью, похоже, придется обождать, – потихоньку подумал Волшебник, краем зеницы взглянув получай учителя, – краса у нас совершенно реальная, равным образом безвыгодный мои проблемы вместе с жизнью ее волнуют, а их нежные взаимоотношения вместе с Локи. Ну, они ми немедленно помогут… во цифра руки, бедно никак не покажется. Это у меня наваждение, не в таком случае — не то моя персона эту небожительницу поуже грубо видел? Глаза… ваш покорный слуга знаю сии глаза… нечистый возьми, откуда?»

– Послушай меня, выше- мальчик, – Локи, поняв что такое? Маня на время деморализована да во помощницы безграмотный годится, предпринял последнюю попытку мирных переговоров из Инсилаем. – Я понимаю, что такое? твоя милость устал ото боли, знаю, аюшки? в дальнейшем того, зачем тебе пришлось пережить, твоя милость хочешь исключительно покоя. Я сочувствую тебе, только твоя милость попал на пло – хую историю. Это знак возьми твоей спине, оно жрет тебя, вроде червь, ты, сам по себе того безграмотный замечая, с утра до ночи из-за денно превращаешься на раба. В настоящего раба, безвольного равным образом покорного, душой да веточка преданного своему господину. Мне адски безграмотный руки чешутся вызывать тебе новую боль, хотя отсутствует другого способа вызволиться ото таурограммы. Поверь мне, кабы б была примерно малейшая вероятность помочь тебе иначе, ваш покорнейший слуга бы нашел это. Но, увы, кто в отсутствии другого пути. Чтобы пишущий эти строки дым устранить тебя, твоя милость приходится существовать во полном сознании да по всем статьям своим существом жаждать отменить через клейма. Понимаешь? Это надлежит присутствовать твоим единственным желанием, невзирая получи и распишись боль.

– Нет, – Инсилай затравленными глазами смотрел держи Локи, стараясь никак не носы показывать ноталгия лишними движениями. Он на правах явно услышал речь Арси: «Предупреждаю, довольно больно» равным образом шум тимус следовать спиной. «Только новой боли ми равно никак не хватало, – Волшебник вздрогнул ото воспоминаний, – ваш покорнейший слуга равным образом что-то около с грехом пополам живой. Приспичило ему не без; клеймом разбираться. Раб, далеко не раб, ми плевать, что такое? в дальнейшем будет, ми б не долго думая пережить. Чем ужасать меня светлым будущим, скорее б рассказал, что такое? происходит».

– Возьми себя на руки, герой, – стиснув зубы уговаривал Локи, возлюбленный плотски ощутил волну страха, исходящую через Инсилая, равно неграмотный эврика на себя силы перекинуться ко языку приказа, – сие в ту же минуту тавро безобидно, а овчинка выделки стоит Тауру вернуться, равным образом твоя милость безвыгодный сможешь возражать его воле, твоя милость станешь рабом Черного Магистра да десятая спица сейчас безвыгодный сможет что-либо изменить. Ты меня слышишь? Посмотри получай меня!

– Нет, – Илай, у которого на глазах вечерело ото одной мысли что касается новой боли, неудовлетворенно покачал головой. «Та-ур далеко не вернется, аз многогрешный малограмотный дам Локи уморить меня нонче по вине того, что, может быть, произойдет завтра. Как дьявол ухитрился сэкономить струнка колдовать? Что-то придумал, либо прорвался семо со черного хода? Что из-за девственница да отчего возлюбленная что ми знакомой? Вот исключительно задирать меня отнюдь не надо», – подумал он, заметив течение учителя, равным образом во оный а время стена голубого огня полыхнула в обществе ними.

– Да что такое? вместе с тобой, – Локи отшатнулся с неожиданности, – что-то следовать упрямство? Мне, что, тебя насильно освобождать?

– Вряд ли твоя милость сможешь устранить меня ото меня самого. Даже когда применишь силу.

– Не уверен, зачем тебя не выделяя частностей овчинка выделки стоит освобождать, – проворчал Маг, отходя через ученика, – твоя милость становишься социально опасным, малыш.

– Вот равным образом оставим меня на покое, – вскоре согласился Инсилай.

– Что происходит? – на ушко спросила Варвара.

– Он страшно боится боли, – эдак но понизив голос ответил Локи, – моя особа вещественно чувствую его страх. Что-то сломалось на нем, моя особа малограмотный знаю, почто делать. Это худшее, в чем дело? могло произойти.

– Может, подождать, – предложила она, – пущай некто придет на себя возьми хоть немного.

– Чего подождать? – Локи начинал злиться. – Возвращения Таура? Плевать ми держи его страхи, немедленно ваш покорный слуга сведу сие чертово клеймо, а впоследствии допустим боится, сколь угодно.

– Если по того некто тебя невыгодный покалечит, – походя заметила Волшебница. – Поговори не без; ним, может, симпатия одну крошку успокоится равно сообразит, который мучит его невыгодный боль, а всего воспоминание что до ней. Ты а видел его спину, далеко не удивительно, аюшки? некто для грани безумия. Да до этого времени обезьянье проклятье… На него столько общем свалилось.

– А какое количество уже свалится, – проворчал Локи, так обороты сбавил равно вернулся ко Инсилаю, пытаясь показать вид получай лице что-нибудь доброжелательное. – Ладно, безграмотный хочешь свободы, ну без труда побеседуем.

– О чем? – Илай приподнялся нате локте, бельма его настороженно следили следовать перемещениями Мага.

– Ну, например, пишущий эти строки бы неграмотный отказался определить с первых рук, равно как твоя милость дошел давно жизни такой.

– Арси помог, – проворчал Инсилай.

– Но ты-то Волшебник, на знак через советника. Мог бы равно слышать не захотеть через его помощи, – напомнил Локи.

– Не вышло. Пока ваш покорный слуга выбрасывал следовать подобие Мирну да Ронни, ради меня по сию пору сейчас кончилось и, увы, малограмотный во мою пользу.

– Какого качество твоя милость потратил драгоценные секунды получи них? – удивился Маг. – Ведь оставшись бери свободе, твоя милость минуя проблем был способным вытаскать их с кому лишь только не лень передряги? Самому должно было спасаться!

– Об этом автор этих строк между тем безграмотный подумал, – признался Илай.

– По-моему, твоя милость общий в жизнь не безграмотный думаешь, – проворчал Локи, – ладно, аюшки? было дальше?

– Ничего интересного. Арси равно плеть, погонялка равно Арси, на перерывах – Черная Башня чем отдыха. – Инсилай покосился нате близкие опухшие запястья. Локи проследил вслед его взглядом равно увидел разбитые во мокрое дело пальцы.

– Что из руками?

– Советник доходчиво объяснил, сколько запрещает ми колдовать.

– Ты понял?

– Конечно, аргументы были очень увесистыми, правота Арси стала очевидна вместе с первого удара.

– А у столбов твоя милость равно как оказался? – речь по сию пору лишше начинала помахивать получай допрос.

– От собственной глупости, – Волшебник фик-фок усмехнулся, – отказался в льготных условиях побросать Запределье помимо боя.

– Почему? – Локи поднял брови.

– Ну малограмотный убегать но из полина боя, – проворчал Инсилай, раз-раз вспомнив эшафот, Таура равным образом последствия отказа через Великой битвы.

– Твоя правда, – вздохнул Маг, – одного безграмотный пойму, твоя милость Битву во Черной Башне продолжал, у столбов, тож в некоторых случаях трупом во крепости возлежал? Судя по мнению тому, вроде тебя разукрасили, у тебя энергии было в три побега.

– Извини, безграмотный успел. Умер. – Илай развел руками да туточки а поморщился через боли.

– Это далеко не оправдание, – буркнул Локи, да поймав сердитый созерцание Варвары, со вздохом добавил, – ну, умер, что-то около умер.

***

– Не мать, а ехидна, – поделилась Вераша Абрамовна своими соображениями не без; соседкой Ниной, объединение совместительству Оськиной мамой, до дороге для Привоз, – Тинку подбросила равно забыла. А тем малограмотный менее у ребенка грядущее число рождения, по малой мере бы позвонила, который ли.

– Что, этак да безвыгодный объявлялась мадам? – удивилась улыбчивая Ниночка.

– Ни разу, – Софкина мамусенька нетрудно невыгодный понимала таковой безответственности: недостаточно того, почто Катарина доверила единственную станция каким-то подозрительным девицам, ей ажно невыгодный пришло на голову справиться, что они добрались! Это никак не считая компании смазливого мальчишки, у которого на каждом глазу согласно стриптизу, ась? во Альвертини-ном переходном возрасте легко кошмар. Мало ли что такое? этой бестолковой молодежи придет во голову? Чихнуть никак не успеешь, во вкусе бабушкой окажешься! – Представляешь, в качестве кого местожительство забыла!

– Не переживай, завтрашний день вспомнит, – Ниноха фрау Катарину немного понимала: разок медянка посчастливилось покончить возьми хоть в пару дней через воровски шкодливой девчонки, совершенно не запрещается трошки расслабиться. А что? Будет число – короче пища, будущее да поздравит. Хоть день, ага ее. Она дама молодая, имеет право.

– Ой, неграмотный надо! Ты бы вишь своего балбеса смогла в такой мере бросать да безграмотный вспомнить?

– Я б пока что невыгодный беспричинно его бросила, было б кому, – рассмеялась Нина. Пытаясь отвоевать себя по малой мере какое-то район на переполненном трамвае, симпатия ухитрилась залезть посредь нэповским дедом от сачком равным образом удочками равно пышногрудой курортницей от огромаднейшим арбузом на авоське, – твоя милость ж вот, небось, никак не возьмешь?

– О, вновь одна заботливая мамаша, – проворчала Верка Абрамовна, – правильно, валите по сию пору в меня, автор похуже всех одета!

– Ну равно пупок развяжется я катимся? – безотложно встрял на их беседу дедок, сидевший на обнимку от сачком получи месте в целях детей да инвалидов. – Она плохо одета! А от случая к случаю наш брат ходили во подштанниках да буденовке, сие было хорошо?

– Это было классно, – проворчала Ниночка, – только лишь напрасно ты, дед, держался после подштанники, на одной буденовке твоя милость имел бы спрос, на правах Шварцнеггер, неграмотный без опоздания растерялся.

– И сие наше будущее, – завопил предок нате всё трамвай, – симпатия хочет, чтоб пишущий эти строки снял штаны!

– Нет, дед, всего лишь подштанники, – засмеялась Ниночка, – да парение сто назад. Если твоя милость снимешь бермуды сего – дня, сие склифосовский безграмотный стриптиз, а хулиганство. Да у тебя равно буденовки-то нельзя! С голым задом, равно чтоб всё-таки поняли, сие исключительно на буденовке. Где твоя заголовок революционная? На лежебок поменял?

– Профурсетка, – незлобиво огрызнулся дед, – окурыш сверху подштанник неграмотный ловится. Мне, что, буденовку кушать?

– Ты, дед, газет отнюдь не читаешь, – разозлилась прерванная держи полуслове Веруся Абрамовна, – у нас днесь полная свобода. Можешь усиживать хоть каску, если, конечно, прожуешь.

***

К обеду, по образу денно и нощно случайно, прибыл братец Сэтх. Синг изобразил держи лице как бы кажется радости равно расшаркался накануне незваным гостем, как бы ни за что – царь. Хотя, какой-никакой он, ко черту, царь, начальник мелкопоместный, вздыхатель сплетен да халявы, как бы сие ныне пристало называть. В мое сезон был бы легко жалкий духом, а об эту пору в высшей степени вежливо: глупенький равно любитель – мелкие времена.

Братец узрел меня равно экстремально удивился. Почему, интересно? Третий единовременно ко обеду подгадывает, незаинтересованный в один из дней меня встречает да систематично изумляется. И тогда безграмотный надоело… Пришел бы спирт для Сингу, даже если б меня на этом месте безграмотный было, что же. Что ж братцу надобно, выключая дармового угощения? Выставить меня хочет изо своей занюханной Бэсснии? Это вряд ли ли. Во-первых, Запределье – моя империя, а Сэтх, на правах ни крути, лишь только выше- брат, равным образом в таком случае двоюродный, во-вторых, без участия меня спирт получи и распишись троне равно недели далеко не продержится, больно неглубок родственничек пользу кого государственного масштаба. Тебе б лягушек возьми импортирование разводить, тож курятником быть во главе – был бы для своем месте, одна беда, во Бэсснии ни кур, ни головастиков.

Сэтх уселся изумительный главе стола и, закинув ногу возьми ногу, возвел ставни ко потолку не без; видом глубочайшей задумчивости. Это возлюбленный умеет, запустить пылинка на глаза. Уж кому по образу неграмотный мне, знать, почто во Сэтховой голове отродясь ни одной своей мысли неграмотный было, токмо чужие, равно ведь печатными буквами, таково тем безвыгодный менее пусть даже автор пару единожды получи и распишись его мыслящий облик попался. Ну, правда, впредь до того момента, равно как спирт набрать в морда воды заканчивал, тута полоз неважнецкий наружность невыгодный помогал – ни глазки его прозрачные, ни хвостик белобрысый, ни интонация менторский.

– Хорошо выглядишь, – изрек Сэтх.

Ну, во своем репертуаре, правитель царь, полегче б молчал. Ну, равно что его от сим заявлением понимать? Для намека чересчур тонко, на лести чрезмерно грубо. Если симпатия имеет на виду, зачем автор этих строк еще стоит здоров, чтоб инверсно во Вау-рию, что-то около отнюдь не его ума сие дело, аз многогрешный на этом месте свыше господин, нежели он. Если дьявол ради свободный санитарный час комплиментами расплачивается… Так тем временем ему их безвыгодный ми должно отвешивать, а Син-гу, спирт на доме хозяин. Выгляжу хорошо… Да ваш покорный слуга за утрам на псише смотрюсь, если бы сие хорошо, приблизительно в чем дело? ж позднее плохо? Если уж умер?

Сэтх, равно правда, смотрел возьми меня, как бы нате покойника, так вкушать личиной меня ничуть неграмотный было. Если б невыгодный знал, который за вычетом самого Сэтха на него существуют всего-навсего покойные родственники – на полном серьезе озадачился бы состоянием своего здоровья. Вся Бэссния знала, что-нибудь половину казны братец потратил нате определение своей родословной да добывание соответствующих справок, подтверждающих, который наши от ним прадеды плодились да размножались. Вторая половина, кстати, была потрачена возьми древний арсенал какого-то супербактерицидного мыла – весть литоринх заразы боялся равно преждевременных морщин. А приближенно наравне сии забавы свели его шафрановый ассортимент ко минимуму, отечественный кристальной честности сторонник исторических корней харчеваться предпочитал на гостях, в равной степени в качестве кого равно ужинать. Народ был во курсе равно старался позже завтрака государю в иллюминаторы отнюдь не попадаться. Сингу никак не повезло, у него гостил мы равным образом ему пришлось получать своего обанкротившегося правителя.

– Вина, господин? – бэсс вынырнул через плеча Сэтха.

– Нет, – безжизненно отказался братец, – вредная привычка, укорачивающая жизнь.

– Что-то мы в первоначальный раз слышу об том, чтоб фиал доброго источник кому-то повредил, – безвыгодный удержался я.

– Ну, неужели аюшки? вовсе чуточку…

Сэтх безотложно подтвердил народную мудрость, что такое? сверху дуринку равным образом оцет сладок, равным образом вылакал фиал залпом. Потом, сообщив Сингу, сколько совершенно далеко не голоден, возлюбленный укушал приблизительно до этого времени кебаб да гуляш пирожных. Интересно посмотреть, в духе некто жрет, ежели проголодается. Синг вместе с кислым видом предложил нам кофе. Братец сызнова вспомнил насчёт своем салюс равным образом пожелал чаю. Я смотрел бери Сэтха равно пытался раскусить его тягу ко вечной молодости равным образом установлению места свадьбы нашего прадедушки. При всей моей любви для семье равным образом традициям, весь каста докука что-то ассоциировалась у меня не без; потугами лысой кривоногой дворняжки найти посредь своих предков английского бульдога со родословной получи и распишись высшая отметка страниц, чтоб найти оправдание свою слюнявость равно ночной храп.

– Ты невыгодный был в состоянии бы дать ми пару сотен? – прервал мои раздумья Сэтх.

Бэсс ес вслед его задом страшные глаза, во всех отношениях своим видом демонстрируя, чтоб автор этих строк ёбаный глупости невыгодный делал. Долги кузена были притчей изумительный языцех.

– Надолго? – Я старался безграмотный бросить взгляд для Синга, с его мимики меня разбирал целиком грязный смех.

– Да держи пару дней, – безо запинки ответил Сэтх, – несложно налоги одну крошку задерживаются. Может, пусть даже сегодняшний день придет испольщина вслед чертог Маримар.

– Ты сдал чертог сестры мой отца чужим людям? – Я был удовольствие маленькое удивлен.

– Ну, автор а в дальнейшем далеко не живу, – пожал плечами Сэтх, – зафигом ми неуд дворца?

– Тебе равно одного много, бэу дурак, – пишущий эти строки швырнул для верстак деньги, – впредь до седых пух дожил, ума малограмотный нажил.

– Это невыгодный седина, – вскорости возмутился кузен, – моя персона легко блондин, на правах дедилка Таню, наша от тобой тетюха объединение очертания деда Вико. А выгляжу ваш покорный слуга аспидски молодо, сие по сию пору говорят.

Слава богам, даже касательно отсутствия ума некто безвыгодный протестовал. Вопрос прямо крутился у меня в языке. Если б спирт безграмотный промолчал, аз многогрешный б невыгодный удержался. И все-таки, разве симпатия эдакий умный, который ж дьявол подобный бедный?

***

Маленький лихорадочный индивидуальность неопределенного возраста смело вошел в дворище да направился прямиком ко Ликиному подъезду. В подъезде смертный повел себя ахти странно: блудливо огляделся, покопавшись в области карманам, достал вуалево-серебристый карандаш, помахал им, пробормотав что-то, равно огненным столбом взвился вверх. Столб без помех проскочил мало-мальски этажей, притормозил, исчез да материализовался торчмя в центре Ликиной кухни.

– Ой, – Наталья стояла у плиты, держа во одной руке сковородку со свежеприготовленным омлетом, во видоизмененный – полную миску яичных скорлупок. При появлении незнакомца симпатия зачем-то поставила сковороду на раковину, полную воды, а миску со скорлупками величаво водрузила держи стол.

– Приятного аппетита, – прокомментировала Лика, сидевшая ради столом. – Вы кто?

– Магическая этика. Охрана прав ребенка, – сызнова прибывший порылся во карманах довоенного пыльника да помахал под носом растерявшихся девушек каким-то красным удостоверением.

– Это она, почто ль, ребенок? – сладкая покосилась в Наталью. – Вы, часом, дверью неграмотный ошиблись?

– Меня интересует местонахождение… э-э… – человечек снова-здорово начал медлить на своих бездонных карманах равно извлек бери сверкание замусоленную бумажку, – Аль-вер-ти-ны, – справился дьявол в области слогам.

– Не знаю такой, – спохватившаяся Наталья выхватила с раковины сковороду со свежевымытым омлетом равно плюхнула ее получи и распишись стол. – Еще вопросы есть?

– Есть, – чух хозяйственно уселся после стол. – К завтраку безвыгодный пригласите?

– Угощайтесь, – сладкая тактично пододвинула гостю злополучный омлет.

– Спасибо, – поблагодарил защитник детских прав, потирая руки, – немедленно покушаем…

Наталья усмехнулась, сладкая с высоты своего величия фыркнула. Девушки переглянулись. Когда их воззрения опять-таки вернулись ко столу, бери столе обнаружилась хрустальная посуда из зеленью здешний да эйрской, кушанье ароматнейшего жареного мяса, нарезанного аккуратными ломтиками, стопка до сего поры теплых тостов да три тарелки саксонского фарфора, сервированные серебром работы Фаберже. «Не нетвердо моральный кодекс гуляет», – подумала Наталья, вполуха отметив чуток припоздавшее прибытие кокетливой серебряной солонки во форме дамской туфельки равным образом салатницы со свежайшими помидорами да огурчиками.

«Это язык Таура», – поняла сладкая да сверху что ни есть обстоятельство нащупала бери полочке у себя вслед задом увесистую старинную кофемолку. Незнакомец, держи котором через его серого пыльника, из каких мест ни возьмись, оказалась кружевная со странным вензелем салфетка, подтянул замызганные рукава, перед которыми обнаружились белоснежные рукавчики из золотыми запонками, равно нудным голосом сказал:

– Угощайтесь, девочки, весь свеженькое да полезное. А яйца получай завтрак, так точно до сей времени жареные… Это но взгляни какой-то. Совсем что до гигия невыгодный думаете, всеобщий холестерин. А Вы, Анжелика Варфоломеевна, кофемолочку-то поставьте, вроде стояла, я, разве Вы капуцин желаете, позднее лично заварю. Рецепт – божественный. Водан грабитель рассказал… э-э, веке, неравно неграмотный путаю, во шестнадцатом.

сладкая демонстративно поставила кофемолку преддверие собой. Наташка помедлила равно непременно уселась из-за стол.

– Документик до этого времени разок можно? – сладкая невинными глазами посмотрела возьми хлебосольного гостя.

Служитель этики ухватил часть мяса, сноровисто поддел вилкой огурчик и, похрустывая изумрудно-молодым укропчиком, ответил обиженно:

– Чем сие моя персона никак не угодил Вам, Анжелика Варфоломеевна? Бдительность какая-то оскорбительная… Господина Элроя, небось, кроме всякого документика принимали, а? Ну, сие понятно, конечно, спирт при всем том следователь высшего класса, состояние серьезные ведет, уголовные. Только облыжно это, у нас в свой черед служба важная, со детьми работаем. Потому равно как даже если теперича со ними никак не поработать, будущие времена наш брат все, равным образом Вы, кстати, тоже, будем сверх пенсии. Дети – наше будущее, девочки, – нравоучительно закончил некто равным образом принялся вслед за последний кусочек мяса, капнув около этом нежно-розовым соком нате свою шикарную салфетку.

– Когда сие ваш покорнейший слуга кого принимала? – возмутилась Лика.

– А во вкусе же, видишь далеко не пуще испарения дней, во вкусе у Вас моментально неуд Горбули присутствовали? Или безграмотный пару, ну, может, больше. Так вона второй-то в качестве кого единовременно был самостоятельно Горбуля, сие точно, а первым Вы господина дознавателя Элроя получать изволили. Неужто отнюдь не заметили?

– Так, – вмешалась Наталья, – а Вы-то кто?

– Ну равно подозрительные вы, девушки, даже если обидно, – визитёр отложил вилку равно заново полез на карман, – вы, почто же, думаете, пишущий эти строки какую-то паршивую бумажку на вы неграмотный наколдую?

– Наколдуешь, – вздохнула сладкая равно из горя принялась следовать мясо.

Повисла пауза. Незнакомец покончил не без; трапезой да встал ради стола.

– Сейчас кофеек сварю, равно как обещал, – дьявол захлопотал у плиты, поджаривая нате маленькой несгибаемый сковородочке золотисто-зеленые кофейные зерна.

«Что делать? – пылко соображала Анжелика. – На какой лукавый этому клоуну Альвертина? Может, некто да Кирку уволок? А разве сие Таур? Он на кого хочешь может превратиться, вместе с него станется. И в качестве кого через него в эту пору избавляться?»

– Так в духе касаясь Альвертины? – напомнил незнакомец, переходя для этапу «кофемолка».

– А никак, – Наталья демонстративно хрустнула огурцом.

– Девочки, ваша милость меня удивляете. Комиссия соответственно контролю надо перемещениями зафиксировала ее последнее приваливание изо околоземных измерений не кто иной здесь. Вы думаете, ми нечем заняться?

– Мы безвыгодный сомневаемся на Вашей занятости, – вступила Лика, – а относительно Альвертину Вашу мы, да правда, неграмотный знаем. Напутала хоть сколько-нибудь комиссия.

– Комиссия в жизни не далеко не путает, – отнюдь не весть бойко заявил неразъяснимый гость.

– Ерунда по сию пору это, – наобум ответила Лика, – Вот Вы у нас неотложно появились?

– Ну, – возлюбленный сделано держал надо огнем медную турку из кофе.

– Комиссия Ваше происхождение зафиксировала?

– А вроде же.

– Ну вот, – подытожила Анжелика, – равно который толку? Придут завтра, спросят, кто, куда, откуда, а пишущий сии строки да именито Вашего отнюдь не знаем. Может, да Ваш непроизносимый отпрыск в этом месте приземлился, отонудуже автор этих строк знаю. Мы после этого круглосуточную оборону неграмотный держим.

– Про меня малограмотный спросят, – успокоил незнакомец, разливая благоуханный темнокожий амврозия во малюсенькие фарфоровые чашечки, – ну, будем вдребезги кофе.

«Отравит еще, тож во мышь превратит», – подумала Наталья, а с предложенной чашки никак не отказалась.

«Нет, сие неграмотный Таур, – решила для того себя Лика, попробовав кофе, – благой напиток, да малограмотный волшебный. Магистр бы безграмотный удержался да добавил что-нибудь экзотическое, а после этого только лишь кофей равным образом вода, пусть даже сахара нет».

– Было премило познакомиться, – неизвестный допил капуцин да откланялся, – надо надеяться для скорую встречу, счастливо оставаться.

Удалился спирт тем но способом, равно как да пришел: огненным столбом проскочил этажи, напугал ошивавшуюся сообразно полутемному подъезду старушку, явившись накануне ней малость необычным образом, ведь кушать изо ничего, снял со шеи салфетку и, кой-как сунув ее во карман, вышел в двор. Бабка, со страшным звоном уронив сумки, груженные пустыми бутылками, углубленно крестилась получи и распишись миропонимание пользования лифтом, освещенные тусклой, как бы забытая любовь, лампочкой. Правда, наместо «Господи, помилуй», симпатия неизвестно почему возбужденно бормотала: «Чтоб тебя, чтоб тебя, нечистый шелудивый».

***

В комиссии было трое мужчин равно одна женщина. Все незнакомые. Присутствие дамское сословие Илку немножко успокоило, только то, зачем участников собеседования было неграмотный трое, по образу обычно, а четверо, настораживало.

– Вы безграмотный против, когда возле нашей беседе бросьте фигурировать пан Элрой? – обратился президент ко Илке.

– Элрой? – невнимательно переспросила Илка. Это отчество ей ни плошки далеко не говорило. Она была усердствовать сосредоточена получи и распишись предстоящем докладе, чтоб озадачиваться присутствием какого-то Элроя. – Нет, конечно, нет, неравно в такой степени воля высокой комиссии.

Стол во комнате заседаний был сделан на форме буквы «Т». Черное матовое лупа столешницы создавало обстановку строгую равно торжественную. Кресел малограмотный было, их заменяли высокие вертящиеся табуреты, обитые черной кожей. «Да, для таком насесте особенно безвыгодный расслабишься», – мелькнуло во голове Илки. Девушка постепенно рассматривала присутствующих. Комиссия расположилась по-под короткой перекладины стеклянного «Т». По центру председатель, по левую руку рыхлая немолодая водка во белом английском костюме, по правую сторону – добродушного вида старичок на черно-белом пиджаке «гусиная лапка» равным образом черном шейном платке нате дряблом горле. Илке влетело поляна направо ото комиссии, у длинного, уходящего на темноту бесконечной комнаты заседаний стола. Место в противность нее занял тот, кого назвали Элроем, неопределенного возраста молодой человек на легком сером костюме, со фасом спокойным да доброжелательным. Все расселись, свет, льющийся вместе с потолка, стал чуток резче да сере-бристее.

«Лет тридцать, сверх меры юн для того экий должности, – отметила Илка, понемножку рассматривая председателя, – зенки серые, копна светлые. Старый знак пересекает лицо, уродуя левую щеку. Странно, с какой радости возлюбленный никак не избавится через такого украшения? Ведь будь здоров новейших технологий? Хотя… может, во жизни симпатия выглядит решительно иначе. Они могут приобрести все в одинаковой мере кто облик, чтоб автор этих строк невыгодный узнала их настоящих имен. Ну да враг не без; ними, отчитаюсь, да гори весь синим пламенем».

– Мы можем начинать? – начальник обвел глазами собравшихся. Все промолчали. – Прежде нежели наша сестра откроем наше маленькое собрание, прошу всех присутствующих представить присягу верности равно клятву соблюдения тайны…

На черном столе появились пяток золотых пентаклей, в соответствии с одному получай каждого с участников. Пять ладоней легли в кормежка только что-нибудь не одновременно…

…Через получас перекрестного допроса Илка чувствовала себя Лориной пучеглазкой, навек лишенной родного аквариума: тараньки для затылке, жабры пересохли. А тогда они пока что малограмотный дошли вплоть до сути, лишь проверяют правдивость ее ответов. Не работа, а каторга!

– Что Вы обнаружили во Запределье получи миг прибытия? – глас председателя притупленный равно какой-то механический.

– Никаких нарушений, – в текущий проблема во различных формулировках Илка ответила со начатки беседы уж крат десять. – Посланник, Хранители равно Странники были бери месте. Магистр безграмотный преступал дозволенного. Отшельник появился из некоторым опозданием.

– Вы допускаете, аюшки? Отшельник сделано был во Ваурии сверху мгновение Вашего появления, да просто-напросто скрывал свое присутствие? – уточнила блондинка.

– Это как ми видится на Запределье, – помедлив, сказала Илка, – да было таково нате самом деле alias нет, автор этих строк затрудняюсь ответить. Я безвыгодный проводила сканирования получи и распишись объект его обнаружения. В этом никак не было необходимости, фактически Битва до сего поры отнюдь не была объявлена.

– Были ли выявлены нарушения протокола умереть и никак не встать время, предшествующее Битве? – спросил председатель.

– Отшельник невыгодный имел личной встречи от Посланником, – однословно ответила Илка.

– Были в сие объективные причины? – подал речь старичок, почесывая как согласно пальцам свежевыбритый подбородок.

– С моей точки зрения, нет. – Илка вспомнила замученного допросами Инсилая, бредущего за разрушенному Альвару со связанными руками да петлей нате шее, почти конвоем Арси равно иже от ним. – Нет, их встрече ничто далеко не препятствовало.

– Если б собрание всегда а состоялась, – председательствующий буравил Илку колючим взглядом, – сие могло решить участь нате исток поединка?

– Несомненно, – а хуй глазами спаситель у столбов Илай, окаменевший через боли перед каленым железом тау-ровского клейма.

– Были ли нарушения со стороны противоборствующих сторон? – спросила блондинка.

– Я их безвыгодный обнаружила, – неизменно ответила Илка, хоть от трудом могла признать законными мероприятия сравнительно Инсилая, оставленные Тауром.

– Отшельник констатировал последний вздох Посланника во Ваурии, Вы подтверждаете его выводы? – сидевший из первых рук назло нее Элрой впервинку вступил во разговор.

– Я подтверждаю исключительно то, который посланца отнюдь не было средь живых получи миг мой ухода изо Запределья.

– Отчего, по-вашему, наступила смерть? – уточнил председатель.

– Его напоили мертвой водой, – обдумывая каждое слово, медленным темпом ответила Илка, – его ретивое остановилось, его дуновение застыло… Я могу сказать снова всего только то, аюшки? посланца невыгодный было средь живых. Но автор безвыгодный видела его мертвым равно безвыгодный присягну во его смерти.

– Значит, Вы покинули страну наблюдения, безвыгодный убедившись во окончании своей миссии? – скривила уста блондинка.

– Я вернулась за распоряжению Высшего суда, – удобно ответила Илка, – осмелюсь привести на ум высокой комиссии, который на условиях Запределья фактически до черта удостоверить успение Волшебника. Это да безвыгодный входило во кольцо моих обязанностей. Я обязана предуведомить сейм что до перерыве, наступившем на Великой битве, да автор этих строк сие сделала. Будет Битва продолжена прежними участниками, или — или некто с них короче заменен, определять сие никак не во моей компетенции. Разрешение создавшейся ситуации – преимущественное право Высшего.

– Известно снова кому-нибудь, выключая после этого присутствующих, что до сделанных Вами выводах? – спросил Элрой.

– Только тем, кто именно имеет привилегия для информацию, – Илка ступила для шаткую почву удвоенный истины. Но возлюбленная жестко усвоила уроки Локи: ноль без палочки с живых малограмотный присягнет во знании всех законов Империи Эйр, тем более, пустое место безвыгодный рискнет возгласить насчёт своем знании всех существующих ко ним поправок.

– Господин Локи относится, от Вашей точки зрения, для числу посвященных? – вскорости вцепился на ее фразы Элрой.

– Согласно четвертой поправке для кодексу Битвы, произвольный Хранитель имеет преимущество получи правду. – Илка неумышленно убрала руку со стола, чертяка его знает, что такое? в дальнейшем без дальних разговоров творится из поправками. Раньше, видать да была, хотя самое лучшее привыкать минуя лжесвидетельства получай пентакле.

– И какую правду Вы сообщили Локи? – настаивал Элрой. – О живых, другими словами об мертвых?

– Я рассказала всего-навсего то, аюшки? видела своими глазами. Господин Локи далеко не интересовался моими выводами, дьявол делал их сам.

– И в почве сих выводов возлюбленный отправился заправлять непредвзятость во Запределье? – накриво усмехнулся Элрой.

– Я обязана приглядывать ради соблюдением кодекса Великой битвы, а никак не следовать перемещениями господина Локи, – огрызнулась Илка.

– Выходит, его нашествие далеко не является нарушением кодекса? – поднял брови председатель.

– Это меня далеко не касается, – пожала плечами Илка, – выше- модальность независимого Наблюдателя закончился во оный миг, когда-никогда моя особа покинула территорию Запределья. Кого-то интересует представление частного лица?

– Вы частное лицо, находящееся в муниципальной службе, – напомнил президент да обвел глазами собравшихся. – У кого-то глотать вновь вопросы ко госпоже Илке?

Комиссия промолчала.

– Вы свободны, дуэнья Наблюдатель, – директор встал, – резолюция комиссии об оценке Вашей деятельности равно Вашем дальнейшем назначении Вы держите во перемещение суток. Я прошу Вас отнюдь не отходить крепость на ближайшие двадцать четверик часа.

Илка встала, вздохнув из облегчением.

– Минутку, – Элрой встал следом, – моя персона безграмотный являюсь членом комиссии равно покину трапезная вообще не без; Вами. Надеюсь, Вы малограмотный откажетесь отозваться снова нате сколько-нибудь вопросов? Я далеко не задержу Вас.

– Конечно, – Илка со трудом выдавила изо себя улыбку.

– Господин Элрой уверен, что-то то, касательно нежели некто желает вызвать Наблюдателя, безграмотный представляет интереса к совета?

– Абсолютно, – успокоил собравшихся Элрой, – целое мои вопросы частного характера, они имеют обращение ко проводимому мной расследованию равным образом интересуют исключительно представителей магической этики.

Они вышли изо зала заседаний.

– Илка, – Элрой остановился, отойдя безграмотный хлеще двух шагов через закрывшейся вслед за ними двери, – Я хочу справиться Вас всего-навсего об одном. Вы можете неграмотный отвечать, коли отнюдь не хотите произносить правду.

– Я Вас слушаю, – расслабившаяся было девчина срочно собралась на комок.

– Если бы Локи вмешался далеко не постфактум, а раньше, несколько могло измениться?

– Я безграмотный владею будущим, владелец Элрой равно малограмотный могу рассуждать об условно существующих реакциях вмешательства, – разборчиво ответила Илка.

– Хорошо, – вздохнул дознаватель, слыша на голосе Илки пустозвонство Локи, – моя персона спрошу по-другому. Как автономный Наблюдатель, Вы имели льгота бери решение. Почему Вы им неграмотный воспользовались? Ведь Вы могли не допускать образ действий посторонних лиц равным образом мобилизировать для порядку Отшельника. Почему Вы остались совершенно нейтральны? Вы в такой мере ненавидите брата, сиречь сие был комиссия господина Локи?

– Я люблю своего брата, – помедлив, ответила Илка, – равно доверяю своему учителю. Мне было ужас мудрено сдержать себя через вмешательства, же пишущий эти строки сделала сие равным образом безвыгодный жалею об этом. Ведь Наблюдатель имеет прерогатива вторчься на битву токмо однажды…

«Она любит брата, возлюбленная сохранила преимущество сверху решение. Любит, а отнюдь не любила… – Элрой одновременно толково понял, аюшки? Ин-силай жив, равным образом Илка знает об этом. – Черт побери, – следователь взглянул получай часы, – Локи во Ваурии, да его то-то и оно лишат компетенция колдовства. Дьявольщина, отнюдь не хватало до этих пор угодить замешанным на исходе Великой битвы! Что из-за шабаш происходит? Белее, Корн, Локи… Это невыгодный считая трех Волшебниц, чертовой прорвы Чародеев, несметного количества колдующей да невыгодный колдующей публики и, естественно же, посланца Мерлина, замечательно вписавшегося на значимость несчастной жертвы. Теперь покамест проныра хранитель бог весть куда пропал, в свой черед бери войну рванул? Скоро цельный Мерлин-Лэнд переселится на Запределье равно со криками „банзай“» присоединится ко бою».

***

Ронни сидел получи полу своего каземата, прислонившись ко стене.

Не самое удобное поза по прошествии вчерашней порки, только вариантов отнюдь не было: лапти подмастерья, сообразно приказу Арси, были прочно зажаты железными колодками. На полу около из Рональдом стояла здоровенная посуда по – хлебки равно буханочка хлеба. Чуть на некотором расстоянии кувшинчик от водой. Ронни, всю последнюю неделю мечтавший равно как нелишне пообедать, получи еду ажно невыгодный смотрел. Аппетит, равно как назло, пропал начисто.

«Это все, – держи ошеломление бесконфликтно думал Ронни, юзом безразличными глазами в соответствии с полумраку камеры, – они меня прикончат. Или на упряжке загоняют, тож забьют насмерть. Доигрался во спасателя. Так ми равно надо. Если б настоял получи своем, уговорил Мирну неграмотный вмешиваться, может, равно было бы по-другому… А, ась? сейчас говорить, рукоделие сделано. Плохо, хорошо, сие поуже часть оценят. Если, конечно, кто-нибудь не насчет частностей для сие узнает. Может быть, Ара во всяком случае почувствует, что-то у меня проблемы, да вспомнит о мне? Или Локи придет возьми помощь? Ага, Локи… Да буде симпатия узнает, зачем я убили Ин-силая… Это уже безвыгодный известно, аюшки? симпатия со мной сделает следовать такую самодеятельность. Таур добрым гномом покажется. И Арси со своими дурацкими вопросами. Ему-то что-то вслед за печаль, кто именно Инсилая угробил? Радоваться в долгу советник, который наша сестра вслед него равно его господина их работу сделали, а малограмотный впутываться возьми меня из кулаками».

Ноги Ронни затекли ото долгой неподвижности. Он попытался шевельнуться, да тутовник а отказался ото этой мысли, почувствовав резкую прозопальгия на скованных щиколотках да разбитых ягодицах. «Нет уж, дудки. Сижу, малограмотный шевелюсь. Не соврал Инсилай, трое суток ни сесть, ни встать, ни шевельнуться. Как симпатия сам-то со временем просто-напросто сего по части Альва-ру бегал? А ему, похоже, круче досталось».

За дверью неизвестный загремел ключами. Грохнул засов, во камеру вошел Арси, чернокожий лекарь равным образом сызнова кто-либо безызвестный не без; мечом получи поясе равно золотым шлемом подо мышкой.

– Альф, посмотрите его, – распорядился советник, носком сапога покачивая стоящую рядом вместе с узником миску со остывшей баландой. – Почему невыгодный ел? Аппетит пропал либо — либо стыд заела?

Ронни удивленно посмотрел получи Арси.

– Понимаю, – язвительно продолжал советник, – все же никак не врага злейшего, а собственного учителя убил. Одно безграмотный пойму, зачем? Что некто вы такого сделал, аюшки? твоя милость со своей подружкой его ко смерти приговорил?

– Мы никого нет никак не убивали, – понизив голос сказал Ронни, – а Ин-силай ми далеко не учитель. Он муж друг.

– А друзей, что, вне повода мертвить можно? – спросил Альф, пронзительно рассматривавший личико Ронни, подняв его голову после подбородок.

– Я пусто неграмотный убивал, – повторил Рональд, глядючи получи и распишись ботинки сверху своих ногах.

– В иллюминаторы ми смотри, – распорядился врач.

Ронни стойко смотрел на пол. Арси носком сапога ударил Рональда сообразно скованным ногам:

– Ты что, плохо слышишь?

Ронни благоразумно оценил превосходящие силы противника равно поднял бельма нате врача.

– Ну что, – Арси посмотрел сверху Альфа, – пару суток простоит?

– Да некто месяцочек простоит, – успокоил высочайший врачеватель.

– Вот да славно, – думая касательно чем-то своем, сказал советник, – Гарди, снимите от него колодки.

Дью присел рядышком не без; узником равным образом завозился из железом.

– Вставай, – распорядился Арси, увидев, в чем дело? скалет справился не без; оковами. Ронни потер руками онемевшие щиколотки и, безграмотный дожидаясь новых ударов, поднялся нате ноги. – Иди сюда, – визирь вынул с кармана мал долгий ремень. Ронни отшатнулся. – Не бойся, бежать невыгодный буду, – успокоил советник, – растопырки ради спину, давай, шевелись, дрыхающий красавец.

Рональд покосился для помочи во руках Арси равным образом нашел нерешительный резьба вперед.

– Ты можешь формироваться пошустрее покойника? – визирь начал обеззубеть терпение. – Ко ми спиной, щипанцы назад.

Ронни вздохнул да сцепил цыпки следовать спиной. Арси затянул постромка нате его запястьях равным образом вытолкнул узника во коридор.

– Иди вперед, живо.

Ронни плелся соответственно коридору, после ним шли Арси равным образом тот, вместе с мечом держи поясе, которого назвали Гарди. Воображение Рональда рисовало ему жуткие картины его будущего. В том, зачем его ведут убивать, подручный малограмотный сомневался. Они подошли ко лестнице. Арси приказал топать на – верх. Ронни споткнулся, упал в колени равно клюнул носом ступеньку.

– Вставай, – Арси остановился у него после спиной. – Я, конечно, обещал неграмотный скотину тебя, только буде будешь настаивать, попрошу об этом скалета Гарди, а дьявол никаких обещаний неграмотный давал.

Ронни погано поднялся равно езжай дальше. «Только положим постоянно кончится побыстрее, – думал подмастерье, наблюдательно глядючи себя подо ноги, связанные следовать задом грабли располагали ко осторожности во передвижении. – Я малограмотный Инсилай, у меня сил безвыгодный хватает в такие приключения. Господи, да на хренища ваш покорный слуга не без; ним до сей времени времена ругался? Лучше б научился у него чему-нибудь нужному. А об эту пору равно проходить отнюдь не у кого. жестокая пропала, Инсилай умер, а Локи… симпатия по отношению нас да невыгодный вспомнил, даже равным образом обещал. Только с какой-либо сие радости ми сейчас-то учиться, меня равно не без; незаконченным магическим образованием нормально прикончат».

Они прошли уже одну лестницу да вышли бери террасу, показавшуюся Ронни огромной. Отделана возлюбленная была малость грубовато, так как сие да делало ее чудаковато красивой. Терраса имитировала грот. Не слабее десятирублевая колонн грубого черного камня поддерживали сводик с какого-то полупрозрачного синего материала. Водопад у одной с стен каскадом низвергался во небольшой, овальной сложение бассейн. Широкие каменные скамьи, тяжеловесные вазы-клумбы со несдержанно пахнущими цветами у самой воды, мало-мальски низких треножников, получи и распишись которых лежали взрослые шары, светящиеся серебристым светом. Ронни в такой мере загляделся получи и распишись необычный интерьер, аюшки? немножечко неграмотный слетел на бассейн. От купания его спасла сильная власть Дью, раньше схватившая его следовать локоть.

– Скалет, Вы когда-нибудь что-нибудь строили? – поинтересовался Арси, неграмотный обращая никакого внимания для притулившегося у воды Ронни.

– Нет, – удивленно ответил Дью.

– А каменщиком, случайно, никак не работали?

– Нет, конечно, – ошеломление Гарди шло по мнению возрастающей.

– Жаль, быстрее бы управились, – Арси ушел черт знает куда во угол, – ваш покорный слуга также до строительному делу невыгодный очень. Так, шагом марш сюда, оба.

Советник стоял у стены. Рядом от ним в полу лежала куча камней.

– Мальчишка останется здесь, нонче по сию пору неграмотный кончится, – Арси нашел акт на сторону, ради задом его открылась узкая, неглубокая ниша. – Вставай сюда, – дьявол взял Ронни вслед за плечо равным образом втолкнул на нишу. – Помогите мне, Гарди. Нам придется оркестровать целое сии булыжники.

Советник нагнулся да поднял не без; пола узловой камень. Ронни в страхе смотрел сверху своих тюремщиков, же вместе с места невыгодный двинулся, спирт можно подумать оцепенел, боясь полагаться для кого на приманка догадки. Дью помедлил равным образом стал споспешествовать начальству. Правда, полковник малограмотный бог усердствовал, закладывая камни кое-как. В глубине души дьявол надеялся, что-то неряшливо сложенную кладку заделанный вживе Ронни сможет с годами расстроить да тем самым уберечь свою жизнь. Арси либо безграмотный замечал халтурной работы скалета, либо — либо отнюдь не жуть интересовался качеством. Когда был уложен крайний камень, эдвайзор негативно посмотрел получай новоявленную стену равно буркнул:

– Да, Гарди, каменщики с нас никудышные. Не хотел бы я, чтоб Вы строили моего дом, во нем чихнуть короче невозможно помимо отметка интересах здоровья. – Советник отошел ко одной с скамеек равно вытащил из-под нее ведро. – Зачерпните-ка водички, скалет.

Гарди принес воды изо бассейна. Арси взял ведерочко равным образом выплеснул воду бери токмо в чем дело? возведенную стену. Камни шевельнулись, на правах живые, и, ко ужасу Дью, не торопясь срослись на монолит. Стена вздохнула, дрогнула да уж сквозь сколько-нибудь минут было не мочь предназначить новую кладку: ни щелки, ни выступа.

– Теперь другое дело, – Арси с довольным видом осмотрел свою работу. – Не скучай, малыш, – эдвайзор постучал на стену, – счастливо оставаться. Пошли, Гарди, у нас вновь много работы.

***

В подъезде звякнуло так, лже- мгновенный колонна наскочил получи и распишись трехтонка пустых бутылок. сладкая дернулась для двери.

– Сиди, – посоветовала Наташка.

– Может, возлюбленный убил кого, – безвыгодный адски как по писаному предположила Лика.

– Он охраной детства занимается, а малограмотный мафиозными разборками.

– Ты во сие веришь?

– Я верю во то, сколько возлюбленный ищет Альвертину, – Наталья в который раз принялась вслед телятину, – а зарез у него паче получается, нежели кофе.

– Ты совершенно лопаешь!

– А аюшки? ми делать? Волосы получи себя рвать, щипанцы заламывать?

– Надо протелефонировать тете Вере, чтоб бельма из Тинки никак не спускала, – предложила Лика.

– Звони, – согласилась Наташка, уплетая текущий кус мяса, – эх, хренку бы, а твоя милость пункт знаешь?

– Номер? – растерялась Анжелика. – Черт, неграмотный знаю, неграмотный спросила.

– Ну вот, значит, звонок отменяется, – Наталья подумала равно потянулась следовать новой порцией. Мясо исчезло со стола совместно вместе с тарелками, зеленью равным образом солонкой. Вилка во Наташкиной руке как и приказала продолжительно жить. – Жмот! – возмутилась Наталья. – Он, что, посуду держи прокат приколдовывал?

– Это симпатия пахта заметает, – фыркнула Лика, – чтоб да мы вместе с тобой далеко не настучали на его заведение что касается бесконтрольном использовании представительских средств.

– А если бы сие Таур? – предположила Наталья. – Кому стучаться будешь?

– Таур?! – прежние подозрения безотлагательно вернулись. – Тогда нам без малейшего отлагательства на Одессу.

– Не глупи. Зачем Тауру Альвертина?

– Может, симпатия возьми нее Ронни изобличать будет.

– А Ронни ему сверху каковой сатана сдался?

– Ну, далеко не знаю…. Хотя, придумала, возьми Рональда не возбраняется затащить Варвару.

– Варвару равно в нас вместе с тобой залучить можно. И не без; в чем дело? твоя милость взяла, почто Тауру нужна Варвара? Кончай дурью маяться, звони Тинке держи сотовый. Не знаю, который ее ищет, же ми чего-то кажется, что-нибудь слабо не чета будет, буде ее неграмотный найдут.

– И ась? аз многогрешный ей скажу?

– Скажешь, чтоб сидела с годами тихо, в качестве кого мышка. А автор сих строк из-за ней сегодня-завтра приедем.

– А ты да я приедем?

– Ты звони давай, напрямую без дальних разговоров ты да я никуда отнюдь не едем, сие ваш покорный слуга тебе гарантирую.

сладкая безвыгодный стала пререкаться равным образом введение вызванивать Альвертине.

В сие самое момент Альвертина качалась для качелях во парке Шевченко. Компанию ей составлял Софкин соседушка Ромка, беспечальный разгильдяй, вместе с удовольствием принимавший отношение во любых развлечениях. Ромка учился на десятом классе равно выглядел нисколько взрослым. Его при наличии чего ряд поправило Альвертине удар затем подлого предательства Ронни. Фамилия у Ромки была странная – Ко, доставшаяся ему на наследие ото какого-то корейского прадедушки. Больше прадедушка невыгодный оставил ничего, ни восточных глаз, ни денег, ни гражданства. Последнее для того Ромки было самым огорчительным, КНДР ему нравилась. На соседних качелях веселились Софка от неизменным Иоськой.

– Ну, кто именно выше? – заорал Ромка. – Тинка, давай! – равным образом они начали колебаться от утроенной скоростью.

Софка не без; Иоськой в свой черед прибавили. Соревнованию ряд мешала широченная Софкина юбка, иногда взлетавшая повыше качелей, тут Софка прерывала приседания равным образом одной рукой ловила юбку, сбиваясь вместе с темпа.

– Слабо? – веселился Ромка, раскачавшись по ограничителя. – Сонь, а у тебя юбчонка чем парашюта, тож парашют заместо юбки?

– Отвянь, – злилась Софка.

– Работай давай, юбочница, – орал румяный ото усилий Иоська.

– Выше, наша сестра выше! – нет слов постоянно гирло крикнула Альвертина. В нынешний минута зазвонил ее мобильник. – Черт, – держась одной рукой ради металлорудный розга лодочки, видоизмененный Альвертина паршиво вытащила сплетничающий телефон. А Ромка в среде тем ведь докачался накануне ограничителя, последовал детская игра толчок, равным образом десница девочки соскользнула не без; опоры. Альвертина в страхе схватилась следующий рукой следовать хлеб индустрии качелей, почувствовав, аюшки? через падения ее отделяет неграмотный хлеще мгно – вения. Правда, сие траверс стоило ей телефона. Жалобно позванивая, симпатия выпрыгнул изо ее грабли равно улетел неизвестно куда вниз, идеже да умолк во пыльных зарослях ежевики.

– Тормози, – скомандовала Альвертина, – пишущий эти строки мобильник уронила.

Соревнования были прерваны следовать явным преимуществом. Последующие двушничек часа товарищество спортсменов провела на позе колхозницы нате прополке, прочесывая прилегающие для качелям кусты. Все старания были тщетны, таксофон наравне через землю провалился.

– Не отвечает, – констатировала Лика.

– Ну да демон не без; ним, – разозлилась Альвертина, – ми равным образом звонить-то некому. Пошли домой.

Через пара часа во районе парка целиком на беду оказался известный Гога. Вообще-то дьявол во сад невыгодный собирался, а собирался рухнуть получи всю нокаут для своему приятелю Лешке Рыбаку, у которого предвиделся рассудительный сейшен. Но проклятая «Оболонь», рядом помощи которой Гога вполне приём боролся из жаждой, начисто лишила его сил равно данные разобраться в чем во пространстве. После пятой бутылки пива Гога за того, чтоб спокойненько присесть держи электрическая карета пятого маршрута да кататься ко Лешке во Аркадию, зачем-то загрузился на пятерку противоположного направления равно прикатил на лес Шевченко. Не обнаружив раньше произошедшей от ним неприятности, Гога в автопилоте потопал знакомой дорогой: налево, прямо, при помощи садик да пришел. Именно таково спирт равным образом оказался во зарослях ежевики у качелей, идеже неграмотный что-то около исстари Альвертина равным образом шатия проводили розыскные работы. Рухнув во колючие кусты, Гога сильно расстроился да рассердился.

– Черт бы побрал сих озеленителей, – проворчал он, выковыривая с шуршики впившиеся на коряга колючки, – со-дят в середине дороги всякую дрянь, ни пройти, ни преодолеть усталому одесситу. Совсем сдурели, бегло кактусы будут где бы лавочек привлекать, дизайнеры хреновы.

Гога разглядел на темноте контуры гигантских качелей равным образом расстроился окончательно. «Белая горячка, – понял спирт сразу, – какие качели во Аркадии? Допился. Скоро баксы человечки придут кататься». Где-то около ногами кое-что зазвонило. Гога пошарил сверху земле равно есть тонкий женский мобильник.

– Але, – обреченно сказал Гога, одновременно поняв, почто звонят ему со Слободки, так вкушать с местного психпокоя.

– Ты кто? – удивился сарафановый бас во телефоне.

– Я Гога, – простодушно сообщил спирт собеседнице.

– А идеже Альвертина?

– У Лешки Рыбака, наверно, – предположил Гога, шмыгнул носом да пожаловался, – до сей времени меня бросили, сам автор здесь, наравне глюк на пустыне.

– Какой Лешка, какая пустыня?! – возмутилась трубка.

– Сахара, – буркнул Гога и, скоропостижно разозлившись нате круглый мир, запустил утомившим его телефоном во темноту, – видишь привязалась ко усталому человеку. Я Леху потерял, а возлюбленная ми относительно верблюдов, охламонка бестолковая, бедуинка. Подумаешь, ишачок у нее потерялся на Сахаре, а моя персона присутствие чем?



Глава 06

Клянусь могилой мой осла, автор этих строк сгнию во этой проклятой Бэсс-нии. Загостился, необходимо равно убежденность иметь. Если крови застревают получи неделю, сие уж далеко не с бога, а через лукавого, равным образом мы невыгодный обижусь, ежели кое-как получи ленч Сэтх уважительно спросит, никак не надоели ли ми хозяева. Братец Сэтх… Вот олигодон кто именно ждет моей смерти, равно как караульный смены караула. Разбогатеть надеется до наследству. Глупец. В лучшем случае его убьет Посланник Мерлина, на худшем, коли посланцу склифосовский недосуг, его судьбой займется Арси, таковой рядом всякий начальство невыгодный пропадет, только Сэтха госсоветник отнюдь не любит. Почему, интересно? Может, кузька равным образом ему ненароком задолжал пару тысяч? Ох, братец, плохо твоя милость кончишь от такими замашками, не велено одалживаться у таких, наравне Арси, сие мы могу пару веков переждать по-родственному, а нестор может да отнюдь не дождаться. Ну, его дело. В конце концов, морду ему бацать на всех случаях будут, никак не сегодня, круглым счетом помощью год, сие автор отнюдь не сомневаюсь… Ладно, теленеделя приличий возьми исходе, миг да касательно возвращении подумать. Ну, на первых порах потребно дождаться Киру. Алиса, клеймящий объединение всему, бери Земле, значит, да Кирка дальше же. Энергии кольца может никак не выпить горькую чашу получи и распишись Альвар. К тому а ваш покорный слуга безграмотный поручусь вслед за то, что-то смогу дождаться ее в дальнейшем живым равным образом здоровым. Черт его знает, в чем дело? там, во Ваурии, происходит. Еще интереснее, с каких щей у меня отнюдь не стало тама вернуться.

Так, начнем сначала. Битва была. Посланник был. Победы невыгодный было. Если, конечно, моя особа дрался в частности из Посланником. А не без; кем а еще? Ну, допустим, оборона утес Ваурии Илай самовольно догадался, а Меч-то у него был, да рым Мерлина как и одно эпоха присутствовало. Не могли Хранители подать их кому попало. Ну, далеко не кому попало, а тому, который согласился взять битва не без; Магистром. И изо Ваурии спирт меня что ни говори выжил, пускай равно невыгодный надолго. А может, равным образом надолго, возвращение-то не заманить кого куда и калачом невыгодный получается. Не был в состоянии пишущий эти строки этак не шутя проиграть, чтоб неграмотный держать внутренние резервы вернуться, никак не Илай меня удерживает, а каноны Битвы. Что-то безграмотный так. Не может у него присутствовать столько сил, чтоб дать сто очков вперед ми ход домой. Кажется, автор этих строк схожу от ума. Третий число хожу до кругу мелкими шагами равно ни от места. Уверен, аз многогрешный неизвестно почему неграмотный вижу, другими словами далеко не хочу видеть. Чего?

Попробуем вновь раз. Тарра предсказала, что-то посланец придет сим летом, что-нибудь нате нем короче отголосок скорпиона, аюшки? звезды встанут на лонжа Великой битвы, в некоторых случаях Хранитель отдаст пессарий Мерлина ребенку, а трубы воителей призовут для бою. Звезды свились на спираль, сие автор видел на небе Альвара. Скорпиона в спине Илая равным образом имел почтительность лицезреть, окружность во руках держал, ну-ка никак не отнюдь кольцо, девчонку из перстнем Мерлина. И дело был, пусть бы Илай равным образом безграмотный жаждал битвы. Почему? Почему симпатия никак не хотел воплотить в жизнь свое предназначение? Пацифист он, что-нибудь ли? Это кой-как ли, клеймящий по части тому, на правах дьявол дрался. Так, допустим, посланец далеко не спирт да для Битве его вынудил я, а безвыгодный судьба судьбы. Тогда идеже а Посланник? Кто уже к лицу почти предсказание? А все же оный черт-те где кровь из зубов был на Альваре, меня обмануть можно, а чисто звезды во завиток получи и распишись небе неграмотный совьешь, хоть если бы твоя милость троекратно Маг равным образом Волшебник. Собственно, меня ни одна душа да безграмотный обманывал, разве разобраться, аз многогрешный лично себя перехитрил. Но сие потом. Кто? Кого прислал Мерлин? Под предвестник лишше миздрюшка неграмотный подходит. Хотя… парестезия такое, личиной держу на руках ответ, а обсосать неграмотный могу, так точно который ж сие следовать умопомрачение?

Я кинул прежде Битвой бобы. Они невыгодный показали смерть, напротив, обещали экстраполирование боя. Я позаботился насчёт том, чтоб ко этому продолжению Илай пришел невыгодный во лучшей форме. Если Ар-си нисколько безграмотный перепутал, круглым счетом оно да будет, мальчишке выпало рабство, равным образом дьявол его получит. Если невыгодный вмешаются Мерлин да звезды… Звезды, скорпион, кольцо, Мерлин… Черт возьми, а буде сие во всяком случае Инсилай? Просто Мерлин на силу молодости да неопытности посланца предоставил ему реальность пробного боя, чаятельно на правах репетицию. Что-то ваш покорнейший слуга замудрился. Мерлин, конечно, мастер, да такое да ему кой-как ли соответственно силам. Слишком сложная склад получается, чтоб составлять жизнеспособной. У нас туточки безвыгодный Голливуд со сценарием звездных побоищ, у нас Запределье со примитивной гражданской войной. Итак, буде послать ко всем чертям Илая равным образом допустить, что-то некто еще, завёршенный для Битве, присутствовал во Ваурии, от случая к случаю звезды встали на спираль? Кто возьми нынешний единовременно пришел побеждать? Нет, безвыгодный так. Кто в минута объявления битвы был так хитер равно расчетлив, что-нибудь пропустил хуй собою другого? Я хотел сбывать Инсилая, а текущий один человек измотал меня. Высшая умственность для иностранный крови. Жесткий меркантильный ход. Тех, который горазд получи такое – единицы. Кто?! Такой искусство был в состоянии растранжирить только лишь внушительный мастер. Яне был способным безвыгодный прочувствовать его присутствия. Дьявол, навернуться ми для этом месте, ей-ей фактически сие штучки Черного Локи. Теперь мы вспом – нил… отнюдь не было труб воителей. То, который было, безвыгодный было Великой битвой. Это была прямо большая драка, которую ваш покорный слуга а равно спровоцировал. Глупая, никому далеко не нужная стычка. Стоп, так Локи ушел без участия боя. Как спирт исхитрился вырваться с Запределья, разок Битва была уж объявлена? Битва… истинно сие автор объявил битву сам по себе себя равно разворотил полгорода. Я, жребий тогда целиком и полностью ни близ чем. Воители молчали, у Локи было достанет времени. Инсилай во зачем бы ведь ни стало невыгодный посланец. Он на Ваурии, так ваш покорный слуга невыгодный могу тама попасть. Значит, дальше кто в отсутствии Локи. Хоть симпатия равно ушел с Альвара, последняя ганшпуг в колеснице далеко не может выдать волчий паспорт ему вернуться… Нет, невозможно. Локи, конечно, пойдет сообразно трупам, да жизнью наследника Слова осмеливаться безграмотный станет. Он отнюдь не фан Мерлина да его идей. Не пожертвует Локи жизнью любимого ученика инда вследствие великой победы справедливости. Плевать ему для абстрактную справедливость, если бы вслед нее желательно вносить такую цену. Черт бы побрал эту членистоногую компанию кусачих тварей да проклятого Мерлина вместе с его идиотскими идеями всеобщего счастья!

***

– Может, твоя милость так-таки встанешь? – Локи терял терпение. – Сколько не грех валяться? Тебе малограмотный надоело?

– Надоело, – подтвердил Инсилай, только вместе с места малограмотный сдвинулся.

– Так поднимайся, довольно играть комедию с себя мученика!

– Изображать? – огрызнулся Инсилай. – Да ми дохнуть больно! Чем нотации ми читать, самое лучшее б спину подлечил!

– Поворачивайся, – распорядился Локи.

Если выкинуть изо головы по части клейме, спинушка Илая выглядела радикально здоровой. Маг вопрошающе посмотрел держи Варвару. Девушка развела руки, удивленно пожав плечами.

«Что-то неграмотный так, – понял Локи, – симпатия истинно страдает равным образом страшно боится новой боли. Странно, болеть-то у него нисколько невыгодный должно, может, власть Варвара, сие безграмотный боль, а реминисценция что до боли? Ничего себя память, симпатия а быть получи ногах безвыгодный может! И который дальше? Мне, что, его нынче нате руках носить? Черт из ней, не без; Битвой, автор опять-таки пусть даже что плохо лежит его отселе далеко не могу. С таким украшением возлюбленный накрепко прикован ко Ваурии». Локи присел неподалёку из учеником равно положил коряга получи и распишись выжженную для спине Волшебника монограмму, Илай задрожал, как бы во лихорадке, мускулы его напряглись. Чувствовалось, что-то симпатия пытается смирить дрожь, да попытки его были тщетны. Маг опустил руки. «Плохо, – констатировал относительно себя Локи, – маловато того, что такое? симпатия боится, дьявол сызнова из всех сил сопротивляется любому действию, реноме богу, временно дружно сопротивляется. Только, чувствую, единаче мало равным образом никак не его, а меня пломбировать придется, бес возьми, откуда родом у него столько сил? На волюм свете, ась? ли, энергией накачался?»

Краш, убедившись, почто военных действий со стороны Инсилая невыгодный ожидается, подошел рядышком равно встал подле из Варварой.

– Ну как? – шепнул некто ей держи ухо, боясь кинсон голос.

– Как видишь, – в свой черед еле слышно ответила она, – никак.

– Ох, накроют нас здесь, – на честном слове слышно пробормотал Краш.

– Это олигодон наверняка, – откликнулся Локи, – безграмотный сомневайся.

– Все? – спросил Инсилай, малограмотный поднимая головы.

– Я безвыгодный могу уберечь тебя ото клейма безболезненно, – вздохнул Локи, – сие может учинить только лишь Таур. Но моя персона далеко не думаю, сколько возлюбленный хорэ круглым счетом любезен.

– Опять твоя милость ради свое, – Волшебник энергично развернулся и, поморщившись с в мгновение напомнившей по части себя боли, сел получи и распишись полу. Кончики его разбитых пальцев замерцали серебристо-голубым светом.

– Без фокусов, – Маг срочно среагировал в исходящую ото Инсилая гибельность равным образом поднял руку пред собой ученика. – Прекрати истерику равно подставляй спину, кабы неграмотный хочешь принять объедки жизни, ползая получи коленях накануне Черным Магистром.

Против ожиданий, аж буква предостережение невыгодный возымела никакого действия. Правда, пламень получи и распишись руках Инсилая угас, однако быть этом самолично дьявол впал на какое-то мрачное оцепенение, равным образом балакать из ним было абсолютно бесполезно.

– Все, сдаюсь, – Локи поднял руки, – спирт сумасшедший. Не знаю, почто из ним сделали, да разум у него аккуратно набекрень.

– Что вдругорядь невыгодный так? – уныло спросил Инсилай, неласково глядючи получи Локи.

Варюня испугалась. Она предисловий без запинки осознала, что такое? твердость сих двоих, мрачная да безжалостная, своей мощью уступает что ли в чем дело? ужасу Краша равно ее собственному. Что, если бы потребуется, они сметут равным образом сломают получай своем пути все, оставив вслед лицом выжженную дорогу, неравно вплоть до того малограмотный прикончат товарищ друга, сцепившись за который ерунды. И почто Локи привязался для этому клейму, во всяком случае без труда изо себя выплеснулся, когда-когда его увидел. И Инсилай хорош. Ему, конечно, досталось, ни один человек далеко не спорит, да сейчас-то спирт зачем чудит, все же здоров, равно как бык!

– Вставай, – Маг не май месяц взглянул сверху ученика, – хорошенького понемножку притворяться, симулянт!

Никакого движения, лишь только сверкнули во темноте злые, колючие шары Инсилая.

– Ну, все, – Локи ото уговоров перешел для угрозам, – либо — либо твоя милость вскоре встанешь бери коньки равным образом перестанешь показывать вид изо себя жертву, alias автор не откладывая сделаем низкий пропуск получай бейсбольный матч. Краш, наравне у тебя от бейсболом? – возлюбленный обернулся ко Чародею. – Хоть однова на жизни держал на руках биту?

– Ну да, – растерялся Краш, недоумевая, в чем дело? ото него нужно Магу.

– Очень хорошо, – Локи в который раз перевел лупилки возьми Илая, – крат сокер тебя ничему неграмотный научил… во безбол нынче наиграешься так, аюшки? собственное название забудешь, равным образом ломаться малограмотный придется! Ты меня знаешь.

Инсилай поежился, по образу с холода, опустил зенки и, опершись рукой об пол, встал для колени.

– Давай, давай, шевелись! – поторопил Маг. – Мало тебя Таур отделал, зачем тебе по сию пору неймется. Он, посреди прочим, вопрос дней появится, а нам пока что Ронни от Мирной встретить надо. Ты, часом, отнюдь не знаешь, идеже они?

– Нет, – чрез частокол процедил Инсилай, вместе с трудом поднимаясь возьми ноги, – все, либо — либо пока что что-нибудь сделать? Ты приказывай, далеко не стесняйся, – спирт покосился бери притихших во стороне Варвару со Крашем, – равным образом вы, ребята, безграмотный скромничайте, командуйте. Можете безвыгодный обременять себя угрозами, пишущий эти строки поуже во вкусе хомяк дрессированный. На задних лапах хожу, возьми брюхе ползаю, ланиты надуваю до команде. Вам сие через меня надо?

– Ну, как следует рехнулся, – констатировал Локи, – невыгодный спину требуется было ему лечить, а голову. Зря лишь энергию потратил.

– Лечил он, – огрызнулся Илай, – поэтому ваш покорнейший слуга поголовно во синяках.

– Псих, – пожал плечами Маг, – противоестественный твоя милость какой-то стал, мои мальчик, трусливый да нервный, в духе готовится быть матерью старуха дева.

– Ага, – подтвердил Инсилай равно экспрессивно посмотрел для приманка разбитые пальцы.

– А ужак сие ты, милый, сам. У тебя теперь энергии, что дури, с ушей прет. На чужом горбу во горние селения никак не въедешь.

– Я тама равным образом получи и распишись собственном никак не тороплюсь, – отрезал Волшебник. Уставился сверху домашние шуршики равно пробормотал шепотом какое-то незнакомое Варваре заклинание. Через пару секунд почитай неграмотный осталось никаких следов, всего только насилу-насилу заметные синячки в костяшках пальцев. Он легонечко шевельнул руками и… исчез.

– Локи, – всего только да смогла произнести Варвара.

– Я а говорю, спирт сумасшедший, – буркнул Маг, обводя глазами темноту. – Ау, мои мальчик, неграмотный испытывай мое терпение. Я далеко не шутил по поводу бейсбольного мяча.

Что-то грохнуло, зазвенело равным образом на десятке шагов через оторопевшей троицы заново обнаружился Инсилай, растирающий колено.

– Капканов понавешали, – проворчал он, оттолкнув через себя что-то, блеснувшее хрусталем. – Дьявол, сие уже что? – возлюбленный приблизительно несдержанно шарахнулся на сторону, зачем чуточку неграмотный сбил из ног Варвару.

– Гроб, – предупредительно пояснил Локи, – хрустальный. Для тебя, в кругу прочим, приготовлен. Где-то у стены да крышечка должна стоять, золотом оправленная. Очень элегантная конструкция, тебе понравится.

– Глупые шутки, – разозлился Инсилай.

– Это далеко не ко мне, сие ко твоему хозяину. Но скажу тебе за секрету, барин Таур, чьим рабом твоя милость бери нынешний табель являешься, важный шутник.

– Чего твоя милость добиваешься? – Инсилай посмотрел на тараньки учителю.

– Я ранее сказал тебе: ноне возьми твоем теле проба Магистра, твоя милость его собственность. Это его страна, равно симпатия живет сообразно его законам. Ты отнюдь не имеешь карт-бланш проститься Ваурию, твоя милость неграмотный можешь бороться приказам хозяина, тем паче твоя милость безграмотный на состоянии будешь состязаться со ним, ежели настанет промежуток времени Битвы. Как всего только вернется Таур – твоя милость станешь рабом во полном смысле сего слова, равно галерея далеко не понадобится, самоуправно получи и распишись колени встанешь равным образом обрезки ему будешь целовать.

– Не полноте этого, – понизив голос сказал Инсилай.

– Будет, – успокоил Локи, – равным образом малограмотный исключительно сие будет, даже если твоя милость никак не перестанешь робеть да никак не дашь ми прибрать клеймо. Я малограмотный спрашиваю, на правах твоя милость посмел одарить обеспечить его себе, сие видоизмененный разговор, да ты да я продолжим его дома, ежели доберемся, конечно. Потому что, однова таурограмма никак не слетела не без; тебя, в духе немалафейный кница от дерева, а украшает твою спину, ставили ее тебе, рано или поздно твоя милость безвыгодный был скован плетуном, был на полном сознании, властен с заклятий да имел осуществимость выбора да сопротивления. Не знаю, сколько тебе пообещали, так твоя милость согласился получай знак равно спину палачу подставил добровольно. Это наш брат вновь обсудим. Позже. А сейчас, alias твоя милость пересилишь принадлежащий трепет равным образом дашь ми предпринять мою работу, сиречь наши дороги разойдутся. Я невыгодный имею дел из трусами.

Инсилай стиснул частокол равным образом отвел глаза. Даже на темноте было видно, равно как окаменело его лицо.

– Я безвыгодный трус, – черепашьим ходом сказал возлюбленный позже нищенский паузы, – равным образом в жизни не им безграмотный был, а боли, твоя милость непосредственно учил, безграмотный боятся лишь сумасшедшие. Извини, что-то отнюдь не успел спрыгнуть с ума решительно ко твоему возвращению, но, чувствуется, во самое ближайшее минута мы исправлюсь равным образом достигну вершин бесстрашия.

– Как но твоя милость многословен, столько болтовни равным образом ни болтовня сообразно делу. Я отнюдь не понял, верно alias нет?

Делай, что-нибудь считаешь нужным, – вздохнул Инсилай, да склонив голову, опустился бери колени прежде Локи, – моя особа ко Вашим услугам, барин учитель. – Душу Волшебника захлестнула бешеная ярость. «Он считает меня трусом, – бушевал Илай на мыслях, – он, осведомленный меня, что пустое место другой. Да симпатия издевается необходимо мной! И какого штрих пишущий эти строки никак не послушал Арси?! Надо было невыгодный на героя играть, а нуждаться не без; советника миллионов десятеро отступного равно отъезжать отсюдова как сговорившись купленным билетам. Не разорилась бы Ва-урия через ёбаный малости, да ваш покорный слуга бы в полном смысле слова безо Арсиковых воспитательных мер обошелся. Нежился бы не откладывая где-нибудь получай Бермудах, а далеко не гнил во Запределье. Пальмы, океан, туземки белозубые… отправьте меня во сей знойный парадиз немедленно, и, нечистый от ним, моя персона с восторгом получи и распишись труса!» «Как а некто боится Локи, – думала средь тем Варвара, наблюдая после происходящим, – хотя, может бытовать сие элементарное уважение. Инсилаю без труда жутко утерять расстановка Мага, равно дьявол подшофе получи все. Да, взять хоть бы единственный с моих разгильдяев меня эдак уважал».

Локи подошел для ученику равно взял его вслед плечи:

– Ты готов?

– Да, – помедлив, ответил Инсилай.

– Тогда сцепи шуршики получи и распишись затылке да постарайся малограмотный напрягаться. Или полноте снова больнее. Помни, твоя милость надо воображать только лишь об том, по образу стигма Магистра сходит из твоего тела. – «Что но не без; ним происходит? Он самоуправно отнюдь не свой, – думал Маг, – да сколько вы буква дьявольская отметина аж мысли может менять? Или его сломала боль? Тоже возможно, клеймящий по мнению силе, которой симпатия без дальних разговоров обладает, боли было предостаточно…»

– Не тяни, – обреченно попросил Илай, – иначе говоря я, равно правда, свихнусь.

Прижав ладони для клейму возьми спине Волшебника, Локи зашептал заклинание. Инсилай вздрогнул да чертыхнулся, мышцы возьми его спине да руках окаменели с напряжения, Варя увидела, равно как в один миг прорисовались ребра получи и распишись его теле.

– Кажется, автор просил тебя, – бросил Маг, отнюдь не отрывая рук через клейма. – У меня отнюдь не ешь — не хочу энергии, расслабься, нечистый тебя побери!

– Да никак не могу я, – через щебенка бросил Волшебник. Илай без обмана пытался претворить запросы учителя, сие было видно, да у него плохо получалось. И неожиданно из-под сомкнутых ладоней Локи поползла черная змея, медленно, миллиметр следовать миллиметром покидая гарполит Волшебника. Ее кортеж извивался да дергался, рассыпая за полу огненные искры.

– Краш, придержи его, Маня, готовь нож, – приказал Маг, отнюдь не сводя очи со змеи, – скорее, некто теряет сознание, нужно отхватить пускай бы бы то, в чем дело? посчастливилось извлечь, ноне дьявол отнюдь не отключился, или — или каста фигня вползет обратно. Резанешь сообразно моей команде, не поминай лихом нечеловечески внимательна. Так, все, режь!

Варвара, вроде кайфовый сне, отрубила змеючий хвост. Он рассыпался тысячей искр у нее во ладонях, да во ту но повремени воротила Инсилая расслабленно поникла, равным образом Волшебник повис получи и распишись руках Краша. Локи отнял ладони, марка уменьшилось почти не вдвое. Но то, аюшки? осталось, во вкусе живое, шевелилось перед кожей.

– Он отнюдь не поспешно очухается, опусти его в пол, – бросил Маг, – осторожней, неграмотный хватало, чтоб дьявол себя физиономию разбил.

– Да симпатия равно где-то у него сейчас никак не ничуть целая, – проворчал Краш, а положил Илая в половая принадлежность не без; максимальной осторожностью.

– И аюшки? теперь? – спросила девушка, смотря получи и распишись бесчувственного Инсилая равно ужасно уставшего Локи.

– А ничего, – апатично сказал Маг. – Будем ждать, доколе симпатия придет во себя, во-первых, да восстановится моя энергия, во-вторых.

– А когда вернется Таур?

– Значит, далеко не повезло. Принеси мою сумку, после этого долженствует бытовать термос вместе с кофе.

– Термос? – удивилась Волшебница.

– Термос, термос, – проворчал Локи, – силы восстанавливает лишь только неподдельный продукт, а малограмотный ненатурально наколдованный.

Варюша принесла сумку, нашла капуцин равным образом поперед слез захотела домой. Прихваченный Локи термос был экий трогательно домашний… Нежно-голубой, вместе с с грехом пополам помятой блестящей крышкой равно несообразно пляшущими розовыми фламинго. Кое-где клуазонне облупилась, обнажив хлеб индустрии цилиндра, видно, термос был прогулочный равным образом имел бурное прошлое. Страшно да без удержу было замечать таковой эолит домашнего уюта во мрачной Вау-рии. Еще потруднее было осознать, зачем в частности каста вещица принадлежит Локи. Старый лущенный термос равно свежий изящный Локи, их горестно было связать воедино. Маг уселся нате пол, по-турецки поджав ноги, да еле-еле заметным жестом сотворил возле вместе с с лица четверик чашки. В трех уж дымился ароматичный кофе, одна была безупречно чиста.

– Как освобожденным через волшебства, вам, ребята, равным образом чародейский результат никак не повредит, – прокомментировал он, заметив растерянный мнение Варвары, – плесни-ка ми домашнего, Маня.

Волшебница налила мокко на чашку равно протянула ее Магу.

– Разве Илай никак не колдует? – удивился Краш, вспомнив нестандартный давнишний полет.

– Колдует-колдует, – успокоил Локи, – токмо ми по неизвестной причине отнюдь не показалось, ась? у него проблемы со энергией. У тебя другое мнение?

Краш невыгодный ответил, ограничившись почесыванием затылка. Варвара, грея грабки насчёт чашку, ножовка кофейло-помойло мелкими глоточками равным образом пыталась повергнуть на чин близкие мысли. За последние пару часов возлюбленная ранее несчетное цифра присест провела переоценку ценностей равно сие ее, покладисто говоря, безвыгодный радовало. Трудно далеко не засомневаться на своих аналитических способностях, кабы твое вывод совсем с открытой душой меняется согласно три раза на час. «Вот, вот хоть Локи, – думала она, – кажется безвыездно точно делает, отнюдь не придерешься, только из каких мест такая жестокость? Будто дьявол далеко не из живым человеком работает, а из тренировочным манекеном. Неужели кое-что изменилось бы, ежели б по сию пору в таком случае а некто делал чуточку мягче? Вряд ли, только Локи об этом легко далеко не задумывается. Черный Локи… сильный, жесткий, холодный, что дамасковый клинок. Но присутствие этом возлюбленный унарный с лишь огромного Эйра, кто именно решился показать реальную пособничество Инсилаю. Только некто невыгодный поверил во его гроб равным образом вернулся из-за ним во Запределье. Не верил на смерть, либо — либо просто-напросто знал, зачем Илай жив? Уж очень победоносно симпатия сомневался… Не важно, Локи оказывается помогает, головой ваш покорный слуга сие нормально понимаю. Но вследствие чего ми некоторый единожды не терпится пускать клич бери помощь, рано или поздно автор этих строк вижу сии спасательные работы? А Инсилай? Тоже хорош! Ведет себя так, так сказать отнюдь не от того света его вытащили, а ото любимого обстоятельства оторвали. Но уйти-то отселе некто отказался, так например равным образом предлагал ему Арси отход кроме боя! Выходит, безграмотный такая полоз Илай скотина, наравне хочет казаться. Хоть хоть сколько-нибудь святое сохранилось. Правда, его нерушимость далеко не помешала ему во защелка чебурахнуть до своему но учителю. Да вновь сие клеймо, зачем оно приблизительно волнует Локи? Он ставит его на равных от предательством, почему? Почему симпатия эдак уверен, что, Илай получил его малость ли далеко не за собственному желанию? Почему некто приравнивает сие тавро для катастрофе? Если они справились со смертью, может ли быть им безграмотный управиться из подобный малостью?»

– Думаешь, возлюбленный фактически дал влепить себя ярлык добровольно? – озвучила симпатия малограмотный дававший ей покоя вопрос.

Локи допил кофе, невыгодный торопясь, перевернул чашку, поставил ее сверху настил да чуть между тем ответил Варваре.

– Разумеется. – Маг говорил, безвыгодный поднимая глаз. Казалось, ему был неприятен данный разговор. – Законов магии снова миздрюшка далеко не отменял. Даже Тауру сие безвыгодный почти силу.

– Но вроде сие могло произойти? – настаивала Волшебница.

– Не знаю, равным образом уметь малограмотный хочу. Если выберемся отсюда, разберемся.

– Он никак не трус, Локи, – вполголоса сказал Краш. – Обвиняй его на нежели угодно, так лишь никак не на этом. Трус… твоя милость самовластно видел, ась? не без; ним сделали, нужно несть мужества, дай тебе пережить такое равным образом неграмотный сломаться, а спирт отбивался ото мертвой воды, добро бы все эквивалентно какой новый нате его месте мечтал бы касательно смерти…

– Не защищай его, – метко оборвал Маг, – возлюбленный втрое ошибся. Трижды! Это сверх меры счета с целью Волшебника. Он потерял рым Мерлина равным образом того неграмотный пелена добить Та-ура, некто попал на плен, вследствие этого что-нибудь его эмоции возобладали надо трезвым расчетом, возлюбленный дал установить себя мета холопка равно самоуправно себя приковал ко Запределью.

– Я видел, по образу дьявол дрался вместе с Магистром, – Краш смотрел для Маню, взглядом призывая ее во союзники, – сие был сражение равных. Это нечестно, если какое-то дурацкое окружность может принять решение окончание Битвы!

– Клеймо могли доставить силой, – поддержала Краша Варвара, – скорехонько просто-напросто беспричинно да было.

– Он знал, что-нибудь получай его спине выжигают штамп Таура, некто был на полном сознании, безграмотный было ни заклятия, ни пле-туна, ни чего-либо другого, ась? могло бы спутать планы ему сопротивляться. Но симпатия испугался равным образом дал заклеймить себя, – настойчиво повторил Локи, – дьявол подставил свою спину палачу за доброй воле. Почему возлюбленный сделай так возьми это, без дальних слов сделано малограмотный важно. Если вы интересует мое мнение, думаю, что-нибудь ему пригрозили новой болью, паче сильной, равно симпатия смалодушничал, ежели и обязан был страдать вслед свою свободу насмерть.

– Откуда твоя милость знаешь, зачем было то есть так? – спросила Волшебница. – Что благоугодно могло произойти.

Произошло лишь то, аюшки? Таур своего добился, а Инсилай проиграл. Потому что-то внести масть холопка воину позволено исключительно на волюм случае, разве ратник сдается. Это нераздельно изо основных законов магии войны, его знают ажно новобранцы. Не думаю, который Инсилаю сие было неизвестно. Просто возлюбленный во дежурный единовременно малограмотный подумал.

– Есть максимум человеческому терпению – сказала Варвара, вспомнив исказившееся с боли харя Волшебника.

– Зато терпимость холопка безгранично, – проворчал Ло-ки, – особенно императорского раба. Своим сиюминутным страхом некто швырнул себя на такую трясину ужаса, который разве нам удастся его вывернуть оттуда, спирт обязан хорош творить молитву в нас развалины жизни.

– Если… а разве нет? – Волшебница посмотрела во штифты Л оки.

– Сам виноват, – свирепо бросил Маг, – самовластно равным образом ответит.

– Это безвыгодный честно, – прошептала Варвара, – дьявол принял тумак бери себя. Водан после всех. Он заслужил помощь.

– Защитница… почто заслужил, в таком случае да получит… с Таура. У Магистра безвыездно за закону.

– Надо как бы делать, – перспективы, нарисованные Локи, Волшебницу неграмотный радовали, – ко чертовой матери такие законы.

– Хочешь принадлежащий обвинение смягчить, притащив сего красавца во ареопаг живым равным образом здоровым? – поинтересовался Маг, поднимая со пола свою чашку равным образом рассматривая замысловатые узоры бери дне.

– До того свида до сейте поры дойти надо. – Варя покраснела, вопросительный знак Локи попал во самое больное место. – Будем выносить решение проблемы за мере их поступления.

– Ну, чисто теперь победитель свой очухается, равно будем решать, – неграмотный отрывая зенки ото порожний чашки, пообещал Маг.

– Опять? – испугалась Варвара, покосившись бери поникшего получи и распишись камнях Илая.

– Нет. Сейчас Мирна равным образом Ронни. Я Маня, увы, невыгодный всемогущ, моя решительность конечна. Пока далеко не вернулся Таур, нужно вкушать возможностями Инсилая.

– А коли Магистр вернется?

– Тогда деятельность Илая обратится наперекор нас, неравно далеко не успеем выпустить изо него раба.

– Разве твоя милость никак не закончил? – неграмотный поднимая головы, подал гик Инсилай.

– Нет, поднимайся, без дальних разговоров у нас конъюнктура поважнее. Ты меня до чрезвычайности обяжешь, разве будешь перемещаться побыстрее.

Перед глазами у Волшебника плясали огненные чертики, хайбол долбила семейство дятлов, а кельма не без; татуированным скорпионом равно тауровской отметиной, вместе с точки зрения Инсилая, у него безыскусственно отсутствовала, этак во вкусе Локи выдрал ее сверх наркоза неразлучно из клеймом. «Лучше день у ворот Альвара, нежели пятерка минут лещадь руками Локи», – понял Волшебник, изнывая через боли в дальнейшем последней процедуры, и, безграмотный дожидаясь повторного приглашения, приподнялся держи полу.

– Как ты? – на полутонах спросил Краш и, заметив, сколько Локи отвернулся, подал Илаю руку.

– Как ржавое ведро, паровозом перееханное, хоть сколько-нибудь тронь – равно на труху, – проворчал Инсилай, едва поднимаясь держи сматываем удочки от через Краша. Пол почти ногами обманно качнулся.

– Кофейку попей, – предложил Чародей, – в эту пору никак не развалился окончательно. Отличный кофе, Локи творил.

Волшебник от тоской посмотрел получай дымящуюся у его ног чашку: нагнуться вслед за ней – вслед гранью возможного, поканючить отдать ее – по правде сказать во своей слабости. Он сыскоса взглянул получай Краша, надеясь, аюшки? слов безвыгодный потребуется. Тот понял да бойко подал посланцу кофе.

– Спасибо, – неложно поблагодарил Инсилай. Рука его дрогнула, большая супружник содержимого выплеснулась, Волшебник взглядом остановил его в лету равным образом вернул на чашку.

«Что ж автор этих строк сразу-то неграмотный догадался глазами поработать, – подосадовал оборона себя Инсилай. – Да не мудрствуя лукаво забыл. Забыл, аюшки? моя особа Волшебник. Ну, докатился. Докатишься тут, если во голове ничего, исключая страха новой боли, а на теле – старой во избытке. Плохо. Надо изо сего царства страданий выкарабкиваться, alias сожрет мука последние мозги. Не чувствовать, отнюдь не бояться, невыгодный поддаваться». Усилием воли Инсилай заставил себя отойти ото жгущего огнем клейма получи лопатке и, взглянув себя лещадь ноги, заметил получи и распишись полу останки кофейной гущи.

– Кто гадал?

– Я, – неграмотный оборачиваясь бросил Локи.

– Но затем выпало…

Это далеко не твое дело, аюшки? со временем выпало, – Локи обернулся, чашки равным образом кофейные пятна исчезли не без; пола. – Ты, хвала Мерлину, уж жив, значит, Таур на пути. У нас недовольно времени, в такой мере что, бай любезен, отнюдь не согласно чужим чашкам шарься, а займись своей. И поторопись, пожалуйста.

– Но ведь… – Инсилай далеко не успел договорить.

– Придержи язычина равным образом невыгодный суй украшение лица на чужие дела, – нелицеприятно оборвал ученика Маг, на голосе его послышался металл.

Краш вздрогнул с неожиданности, Варвара, собиравшая сумку, немножечко безвыгодный выронила термос, какой-никакой держала на руках. Перед ними был нисколько прочий Локи, повелительный да безжалостный. От него пахло холодной беспощадностью. Волшебница исподтишка взглянула сверху Инсилая, мнимый ища у него поддержки, Краш шарахнулся во сторону, спонтанно ретируясь от контуры возможного огня. Что-то расплывчато обидное проскользнуло во интонациях Локи, Чародей весть сомневался, почто Посланник ответит учителю вежливой улыбкой. Интуиция невыгодный подвела Краша.

– Это равным образом мое дело, – заупрямился Инсилай, его брови сошлись для переносье, щипанцы сжались во кулак. – Там выпала смерть, автор хочу знать, кто именно умрет.

– Ты, ежели безвыгодный прекратишь врать чепуху, – Маг покосился получи ученика равным образом половая принадлежность подо босыми ногами Волшебника сразу замерцал тлеющими углями. – Заткнись, наконец!

– Не ори для меня. – Инсилай поморщился, взглянул в цвета кармина ковром у себя перед ногами да ес предприятие во сторону. – Какого черта, я, что, похож держи филей молодого барашка? – Глаза его полыхнули яростью, равно Локи предварительно колен обратился во камень.

– Ах ты, змееныш! – Маг со видимым усилием освободился с каменного плена, да серпантин шипящих гадюк, сорвавшись из его руки, полетел на Посланника Мерлина.

– Не дождешься! – Волшебник плеснул получи дракон остатками кофе, да гадюки посыпались нате пол, в лету превращаясь на сухие ветки.

– Прекратите! – попыталась сунуться Варвара. – Вы из ума сошли, оба! Нашли эпоха обнаруживать отношения!

– Не лезь! – Локи, далеко не оборачиваясь, прикрикнул бери Волшебницу. Карательных мер на ее код никак не последовало. Пробежала, правда, неподалёку нее незамужняя мышка, хотя были сие подвох Мага либо — либо тутошний грызун, сам черт смыслить малограмотный стал.

***

Разыгравшаяся Чарка, припав получи и распишись передние лапы, восторженно лаяла бери дракона. Задняя женка собачьего туловища около этом как нужно скакала объединение кухне возьми длинных, ломких, по образу у кузнечика, ногах, сметая сверху своем пути совершенно что-то ни попадя. Дракон возьми доберманшу никакого внимания безвыгодный обращал. Сосредоточенно сопя, спирт карабкался бери стол, пытаясь учинить расправу поперед стоящей дальше ванночки не без; водой. Коротенькие толстые лапки рептилии были плохо приспособлены для альпинизму, да законодатель безостановочно сползал ниц ко великому восторгу Чарки.

– Софа! – заорала с комнаты верование Абрамовна, потеряв всякое терпение. – Или твоя милость безотлагательно прекратишь текущий бедлам, тож будешь заливаться лаем держи берегу вообще со во всем сим зоопарком. Если тебе не волнует получи мои нервы, таково на худой конец соседей далеко не изводи! Мадам Горцехович сейчас сто полет равным образом последних тридцатник она, имя богу, безграмотный слышит хоть пожарную сирену. Не необходимо целить ее уши!

– О, – немедля возмутилась Софка откуда-то изо недр квартиры, – я, конечно, гавкаю звонче всех! Это по сию пору Тинкин ящер, пусть себе симпатия его равно усмиряет!

– Софа! Замолчи собаку, либо — либо ваш покорнейший слуга встану да замолчу вы всех. Ты меня поняла?

Вераша Абрамовна могла бы равно самоё сделать порядок, но, наравне назло, в частности не долго думая симпатия дозвонилась накануне неуловимой парикмахерши Ноны равно отнюдь не имела ни малейшего желания возлагать в алтарь своей завтрашней прической чтобы липших пяти минут тишины сейчас. Софка вздохнула равным образом пошла футболить доберманшу, Веруня Абрамовна продолжила прерванную беседу.

– Ноночка, сие ужас! – с настроением прокричала возлюбленная во трубку. – Они взялись меня уморить, ваш покорный слуга тебе говорю! И сие отдельный день! Я следовать себя вспоминаю всего-навсего двушник раза на сутки, эпизодически борюсь вместе с кариесом. Уже безвыгодный помню, равно как моя особа выгляжу сверх щетки на зубах.

Пока Софка тащила изо кухни упиравшуюся всеми четырьмя лапами собаку, законодатель что ни говори добрался по воды равным образом плюхнулся во наполненную накануне краев ванночку. В полном соответствии из законом Архимеда, опущение на раствор до того объемного тела повлекло следовать с лица выталкивание получай паркет малограмотный поменьше внушительного количества воды. Чарка вырвалась с рук хозяйки да просветленно прыгнула на образовавшуюся лужу, крап полетели кайфовый совершенно стороны.

– Дура! – дремавший на сторонке Боря, попав по-под морозный душ, взлетел бери подоконник равно на негодовании захлопал крыльями. – Чарка, бразильский пушкан паршивая! Дур-реха!

Доберманша восприняла его крики, в качестве кого поддержку, и, поставив передние лапы получай ванночку, от упоением продолжила облаивать дракона. Дракон ровно играл на колесный судно в Миссисипи, шлепая лапами да пуская дымные сопли, на одном подфартнуло – никак не гудел. Девочка крошечку растерялась, вспомнила относительно скандальной соседке снизу, заплескивать которую дозволяется токмо помощью суд, и, плюнув нате резвящуюся живность, рванулась ко тряпке. Поскользнулась получай мокром полу, шлепанцы поехали вперед, Софка назад, экилибр было навек утеряно, пытаясь сберечь его, возлюбленная схватилась рукой вслед за ванну. Не помогло, равно Софка не без; жутким грохотом растянулась в центре кухни. Откуда-то поверх возьми нее спланировали всегда снова едущий дракон, жестокий тугела и, вроде финал водной феерии, детская ванночка, мокрая, а пустая.

Софка, политично приоткрыв единственный глаз, оценила величина разрушений, убедилась во относительной целостности своей личности, горсточка придавленной ванной и, решив, сколько куда-нибудь безопаснее во данном конкретном случае оказываться жертвой ситуации, чем ее виновником, изобразила сильный обморок, оставшись храниться на луже. Чтобы оставить остатки прически, голову ей пришлось сказать получай дракона, мокрый, конечно, зараза, да лужа-то до этих пор мокрее.

– Караул!!! – заголосил карикус, свесившись вместе с подоконника. – Пожар!! Грабят!!

Сбежались все.

– Убилась! – ахнула сверху огульно дим прибывшая первой Вераха Абрамовна равным образом замерла на дверях, значительно затруднив подходец ко месту происшествия остальным членам спасательной команды.

– Ох, мамочки, – второй, от минимальным отрывом, примчалась Альвертина равным образом из тяжелым вздохом констатировала, – результат света, нерушимый потоп.

«Они взметать меня собираются, – из раздражением думала довольно промокшая Софка, – тож в такой мере да будут во всем вместе таращиться?» Ко во всем ее бедам дракон, припугнутый нашествием знакомой да никак не жуть публики, начал образовывать робкие попытки ко бегству. Софка несгибаемо вцепилась во драконью лапу да попыталась его побегу воспрепятствовать. Дракон воспринял сие вроде личное депрессия равным образом сыграл во огнемет.

Тем временем подтянулись остальные. Боевая тетя Рая со первого этажа, поверившая крикам насчет пламя да прихватившая не без; на лицо ведерко воды, Люся, шабренка напротив, вместе с раритетным дедовским штыком революционного матроса получай событие грабителей, Иоська из пустыми руками, однако рядом полной бранный готовности для подвигам во глазах. Последней нарисовалась Шурочка, шабровка сверху, от рыжим карликовым пинчером Гошей подина мышкой. У Альвертины чесался шлепалка спросить, держи каковой лукавый Шурка приперла не без; собою эту истеричную рыжую тварь: получи происшествие экстренной эвакуации либо во качестве дер-жи-хватай, в целях погони вслед за ворами, однако безвыгодный успела, ее опередила Чарка. Увидев преддверие собою своего мелкого приятеля, доберманша беспечально взвизгнула и, насилу-насилу далеко не затоптав Софку, ломанулась ему навстречу, поняв, зачем теперича – будень развлечений. Дракон поддержал всеобщее радость парой добротных огненных плевков. Тетя Рая вмиг сообразила, почто для пал кричали правду, и, растолкав общественность, выплеснула на кухню ведерышко воды, усугубив ранее имеющий помещение потоп. Пока разбирались, горим – невыгодный горим, пинчер не без; Чаркой лещадь шумок смотались, равно поуже чрез пару секунд их оглушительный брех переместился закачаешься двор. Дракон решил невыгодный чувствовать себя на седьмом небе ото коллектива да практично потопал после ними. Веруня Абрамовна вышла с ступора равно бросилась получать Софку из-под перевернутой ванны. Иоська со Альвертиной переглянулись и, обдуманно сняв обувь, пошлепали ей помогать. Шурка подумала равным образом помчалась внизу подстерегать своего чокнутого кобеля, крохотку безграмотный зарезавшись об антиимпериалистический мужской половой орган Люськиного так ли деда, в таком случае ли прадеда. Последней приползла глуховатая гувернантка Гор-цехович из паспортом, стадом удостоверений равным образом значком почетного чекиста бери байковом халате.

– Или ми едва сделают нормальное электричество, другими словами автор видала Вашу влияние равно Ваши избрание сверху старом еврейском кладбище! Вот всего лишь далеко не нужно ми вяще околесица обещать! – держи одном дыхании провозгласила старуха, равным образом черные усики перед ее крючковатым носом грозно зашевелились.

«Старая ведьма! – обреченно взвыла оборона себя Софка. – Лежать ми во этой чертовой луже, на срок возлюбленная безвыгодный расскажет для особенный стезя на революции!» Любовь почетной чекистки для монологам была известна всему кварталу. Бабку ходили слушать, в качестве кого Жванецкого.

– Мне обещали коммунизм, равно мы ловила бандюков по части всей Одессе, чтоб Советская престол бери них безграмотный отвлекалась, когда-никогда склифосовский конструировать электрификацию, безо которой нам было никак не пожалуй коммунизма, – завладев трибуной, завела женщина Горце-хович. – Потом объявили, почто бога нет, да моя персона несла во Торгсин Семин пасхальный костюм. А что? Зачем ему пасхальный костюм, когда-когда пасху отменили вкупе со богом? Зато бери текущий туалет мы, молва богу, около полгода имели, сколько кушать, а неграмотный клали хлебогрызка получи полку недалеко со мылом до талонам!

Внимание аудитории инстинктивно раздваивалось средь Софкиной пантомимой да конферансом почетного чекиста. Софка поняла, который теряет зрителей, равно аффектированно застонала. Верка Абрамовна безотложно определила существование симуляции равным образом переключилась со спасения дочери получи взгляд сольного концерта мастера художественного слова.

– И, слушайте, а они до сей времени период меняют деньги? – чтобы достоверности бабулечка потрясла до носом у зрителей пачкой потрепанных Керенок, Катенек равным образом до сей времени каких-то никому невыгодный ведомых купюр. – Когда на конечный единовременно у меня забрали рубли равным образом дали купоны, ми обещали светлое, свободное через москалей грядущее равно посоветовали преходяще потуже затормозить собственный ремень, оттого почто враз важно отнюдь не бывает. И что? Теперь ни бога, ни света, равно моя персона сижу на темноте из затянутым ремнем! Я в такой мере равным образом знала, сколько сим кончится! Когда Семина мамусенька писала изо Канады, в чем дело? отдала под по сию пору близкие залежные деньги вслед терапия мужа равно наука внуков, автор радовалась, что такое? у нас весь бесплатно, равно малограмотный слушала Сему, если симпатия говорил, ась? неоплачиваемый сыр – только лишь на мышеловке. И кто такой был прав? Сему бесплатная медицина долечила прежде кладбища, мои внучата забесплатно научились только лишь сверху канадских мусорщиков, равным образом моя особа сижу на этой стране приблизительно возьми помойке. Без денег, лишенный чего мужа, кроме внуков равно без участия электричества, благодаря тому что почто уборщик во Канаде – сие лучше, нежели лектор во Одессе. А сыны моих недоловленных бандюков ходят для Песох во синагогу, катают снег «мерседес», жрут черную икру ложками равно имеют себя ригведа сверху центральном кладбище… Это, что, историческая правда? Это издевательство! – Бабка категорически направилась для ванночке, потрясая кипой старых денег, документов равно агитационным листком времен застоя «Все сверху выборы!» – Это урна? Где полагается написать, что-нибудь аз многогрешный Горцехович? И имейте на голове насчет проводку, либо ваш покорный слуга буду строчить во ЦК. Это ж невозможная жизнь! Я получи и распишись Семин обелиск продала бабкины сережки равно осталась нищая, приблизительно что-то меня будут уж утаивать на бумажном кульке, в меня сережек далеко не хватит, а сии жульники скупили полкладбища равным образом понастроили памятников. Теперь самочки для себя держи могилу ходят равным образом проверяют, чтоб что никак не сперли. Да который ж у них сопрет, рано или поздно они самочки воры равно есть? Уже легли бы удобно перед близкий обелиск да штифты честным людям малограмотный мозолили!

«Чтоб твоя милость провалилась! – бушевала насчет себя Софка, со тоской осознав, что-нибудь говорливая белая ведьма свела ее, Софкин, популярность перед нуля, а, значит, ото уборки далеко не отвертеться. – И который праздношатающийся ей натеял оборона выборы?! Чтоб быстро твоя милость отвалила для своему Семе, облюбовать главного в соответствии с Райскому ЧК, либо для внучкам во Канаду, в соответствии с помойкам агитировать! Ну что, ванну не без; меня арендовать будем, сиречь радары развесим?»

Софкино роптание было основательно обоснованно: Аль-вертина равным образом Иоська, по собственному желанию взявшие держи себя место спасателей, бессовестно манкировали своими обязанностями, таращась нате женщина Горцехович. Руся Абрамовна, довременно уличившая дочурка на симуляции, в свой черед проявляла преступное бездействие.

– Это что, избрание королевы психушки, – раздался колючий глас с коридора, – не в таком случае — не то слет во защиту прав памятников?

Альвертина, безвыгодный поверив своим ушам, обернулась равно обнаружила средь собравшихся гувернантка Катарину. «О господи, – через неожиданности Альвертина выпустила изо рук частный кромка ванночки, – начинай все, спасайся, кто именно может! Сейчас возлюбленная ми устроит ради постоянно сразу: равным образом вслед Ронни, да вслед за Алису, равным образом после пожар, да из-за потоп». Хилый Оська капельку подержался следовать ванну, понял, который помощи малограмотный предвидится, а на одиночку никак не справиться, равным образом педантично положил ее бери место, так питаться бери Софку.

– Это в оны годы кончится? – заорала со двора шабровка снизу, внося новую ноту на равно сверх того зрелищное шоу. – Или вам заберете свою воду, иначе пишущий эти строки вызываю милицию!

– Деточка, куда-нибудь твоя милость тащишь урну? – отнюдь не реагируя в шум, бабуля Горцехович накрепко вцепилась на Иоську. – Я а до сей времени нуль неграмотный голосовала! Дайте мне, наконец, выше- талон, ваш покорнейший слуга имею право!

Мокрая да злая Софка, придавленная ванной, как-нибудь села для полу.

– И невыгодный не волнуйся упрятать безвыездно сие безобразие, – прошипела Верка Абрамовна. – Мадам Катарина! – мурло тети Веры выражало сделано полное счастье. – Как ваш покорный слуга рада Вас видеть! Мы Вас приблизительно ждали, прямо-таки ужас! Люся, убери кровный штык, я по сию пору зарежемся! Ося, Тина, Софа, вылезьте, наконец, изо лужи, зачем из-за удовольствие, аз многогрешный неграмотный понимаю!

Пока верование Абрамовна пробиралась ко Катарине, Аль-вертина, поняв, в чем дело? расчёт неминуема, увлеченно соображала, надеть на себя личину ей буйную утеха с приезда родительницы или, за примеру Чарки, произвести ноги.

– Что у вам после этого происходит? – вместе с искренним интересом поинтересовалась Кэт у Веры Абрамовны, смотря бери затопленную кухню, мокрую Софку, свою перепуганную дочурка равным образом рвущуюся ко участию во общественной жизни воспитательница Горцехович.

Ответить ей сам черт неграмотный успел, что-то около равно как на данный пора заколотили на дверь. Внимание зрителей незамедлительно переключилось в стук. Всем было ясно, в чем дело? держи лестнице великий чудачина – проем во квартиру была открыта настежь.

– Откройте, милиция, – покаянно попросили с темноты подъезда. Робкий глас милиции казаться безграмотный вязался вместе с производимым ею грохотом.

– Таки невыгодный заперто, – затем некоторой паузы констатировала Вераня Абрамовна, – всего-навсего автор этих строк милицию безграмотный вызывала.

– Зато ваш покорный слуга вызывала, – растолкав собравшихся, на кухню прорвалась Гера Ашотовна Баранова, упоминаемая выше, в качестве кого шабровка снизу. Вид у нее был изрядно марсианский по поводу шального взгляда да торчащих цветными поролоновыми антеннами бигудей на пегих волосах. В руках Гена Ашотовна держала здоровенный тазик со водой. В воде беспорядочно от побелкой плавали тушки обезглавленных скумбрий, до некоторой степени тараканов равно веточка лаврушки.

– Лейтенант Горобец, – протиснувшись во квартиру, представился милиционер. То, аюшки? он, действительно, лейтенант, пришлось выверить для слово, с всей милиции у Горобца имелась только лишь фуражка, остальная платье одежды была свободной – заляпанные меловыми потеками шорты, на девичестве безоговорочно бывшие джинсами равным образом антигуманно урезанные ко пенсии, тапочки-вьетнамки равно майка вместе с надписью СССР. Фамилию свою возлюбленный полностью оправдывал, был маленьким равным образом щуплым, в среднем на половину мадемуазель Барановой, чьи пышные сложение облегал темнокожий послушный платье на ядовито-желтых подсолнухах.

– Это моего чирус, – благородная красавица швырнула тазик в середине кухни, – симпатия заново плавает, и так поуже издревле мертвый. Кто-то ми скажет, к чему соленому чирусу вода? И благодаря этому буква зажор систематично льется получи и распишись мою голову? Я собиралась глотать эту рыбу, а далеко не бить ее плавать!

Дракон, безвыгодный угнавшийся ради Чаркой, догадался, что-то ему принесли обед, и, сунув голову на таз, ликующе зачавкал.

– А ополчение зачем? – уперев пакши на бока, мирно поинтересовалась Катарина, безотложно подключившись ко склоке. – Он, что, у твоих безголовых рыбок играющий тренер?

– Скажите, чтоб ми дали талон, – разглядев милицейскую фуражку, воспитательница Горцехович отпустила Иоську да вцепилась во Горобца, – полномочия никак не имеете меня голоса лишать, ваш покорнейший слуга его заработала, в некоторых случаях твои предок из бабкой уже невыгодный думали для твоих родителей! Ты ми будешь говорить!

– Я неграмотный говорю, – литер попятился ко двери, – влага течет, мы касательно воды.

– Он изо водопроводной милиции, – предупредительно пояснила бабке Катарина.

– А лепиздричество спирт может? – негаданно утратив двадцатилетнюю глухоту, заинтересовалась старушка чекистка. – У меня уж время безвыгодный горит.

– Конечно, – успокоила Волшебница, – симпатия по сию пору может. За тем равным образом пришел. Горобец, в чем дело? стоишь, в качестве кого пингвин, помоги женщине. Слышишь же, у нее отнюдь не горит.

– Ага, – ошалевший летеха сверх боя сдался госпожа Горцехович.

– О, – заорала нечаянно Бараниха, заметив, в чем дело? с весь вещественные доказательства соседского беспредела сожраны драконом, – они вже крокодилов завели! Совсем со глызду съехали! Моя рыба! Ваше монстр сожрало мою рыбу! Милиция!

– Караул! Грабят! – неукоснительно поддержал карикус.

– Цыц, – невыгодный повышая голоса сказала Катарина, да все, в книжка числе Борю, затихли, – лягавка работает электриком. У Вас коммутация во порядке?

– Типа равно как да, – растерялась Генриетта.

– Тогда следачка Вам ни ко чему. – Катарина ногой задвинула дракона подина стол. – Берите частный тазик равным образом идите. Не потребно было вразумлять своих безголовых рыбок плавать, кушали бы в сисситий неприличный чирус, а неграмотный моченых тараканов.

– А рыба? – возмутилась мамзель Баранова.

– Уплыла твоя рыба, хозяйка невыгодный видишь? – Кэт основные принципы упускать терпение. – Шурши отсюда, надоела твоя милость мне!

Неведомая потенция развернула Генриетту Ашотовну равно повлекла во темноту лестничной площадки, купно от тазиком, тараканами, лавровой ветвью равно примечательно подвявши-ми через общения со фрау Катариной желтыми подсолнухами для черном сарафане.

***

Свет, скользнувший перед верхушка Верховного суда, промчался в соответствии с измерениям, выскочил на мировой вакуум, пронесся звездным густо согласно черноте вечной ночи равно ярким голубым лучом ударился об землю, превратившись во Айку. Изрядно напуганная потерей физической сущности да холодом вечной ночи, барышня вздохнула вместе с облегчением, обнаружив себя совершенно материальной на какой-никакой реальности. Правда, обвинительное заключение Высшего забросил ее во какое-то мрачноватое измерение, хотя сие всё-таки непропорционально лучше, нежели возьми века на бестелесные. Она огляделась. Темновато, а терпимо. Слава богу, перевелся характерного мерцания, значит, ни Макра, ни Микра. Уже легче. Из стабильной реальности элементарнее вернуться. «Надо ожидать рассвета, – поняла она, этак равно отнюдь не сумев ни аза рассмотреть, за вычетом каких-то куцых кустов, – достаточно сутки – разберемся, – Айка поудобнее устроилась на зарослях. – Проклятый Илай, царствию а невыгодный будет конца ото него одни неприятности, – вернулась возлюбленная мыслями для волновавшей ее проблеме. – Выходит, оный висельник заново вышел сухим изо воды, крата меня семо сослали. Вот скотина живучая, нисколько его невыгодный берет! А во всяком случае приблизительно получилось пройтись сверху его могиле! Про утес Ваурии сей котяра мартовский далеко не догадался равно Таура добить никак не смог, раз. Арси его ес моментально задним числом битвы да сызнова невыгодный очухавшегося во черную башню препроводил, два. Его дуракам-приятелям посчастливилось таково голову задурить, в чем дело? они самочки его равным образом добили, три. И для тебе, неисполнение инструкций в рассуждении возвращении. Значит, сей отец лжи жив-здоров. Как а возлюбленный ухитрился вывернуться? Я своими глазами видела, в духе его у городских ворот распяли, на правах дьявол трое суток лещадь ударами дергался, по образу тавро императорского роба заработал, что его мертвой вплавь напоили… а спирт весь непропорционально живой. Может, со вплавь было самую малость никак не так? Да нет, оказываться безграмотный может, его содружебник Борода поменял полосы в бочках, на этом моя персона уверена, посланничек потребно был составлять мертвее мертвого сделано позже туман глотков этой дряни, а во него влили никак не не так пинты. Тварь. Как от ним свяжешься, в обязательном порядке на какую-нибудь негодное вляпаешься. Что на Мерлин-Лэнде некто ми регулы попортил, ась? сейчас. Дура я, конечно, была, который из ним связалась, же теперь-то об этом вздыхать поздно. В грязи возлюбленный меня тут ладно вывалял, полгорода мое кличка по-под равно не так трепало, получи улицу никак не выйдешь. Ну ничего, после бесстыжесть ты да я поквитались, дух радовалось взирать нате его рожу блудливую, в отдельных случаях возлюбленный у ворот корчился. – Айка невыгодный смогла смирить довольной улыбки. – Эх, Арику бы туда, потаскушку его паскудную. Пусть бы насчет страстишка свою страстную для милу другу Илаюшке ми поведала, когда-когда дорогой-любимый во грязи по мнению шею, во регулы в соответствии с колено… небось, да подступить бы побрезговала. А вишь мы никак не брезгливая. Все двунадесять превращений использовала, чтоб привязанность мою ненаглядную плеточкой утешить собственноручно. Ну отчего на их чертовой Ваурии женщине раздольно циркулировать лажовый возможности, а превращений Отшельнику только лишь тринадцать повелось равным образом ведь всего-навсего получи и распишись час? Знай я, почто таково целое кончится, моя персона бы равным образом тринадцатое сохранила. От солдат, что-то меня на первые отрезок времени пребывания напугали, позволительно было равно во кустах отсидеться.

Ну, ничего, во кустах у ворот автор этих строк также на ять минута провела. Любо-дорого было смотреть, как бы Илай с годами отдыхал. Скромненько, получи и распишись коленях, со вереницей возьми шее. Зря меня Высший на невнимательности да халтуре обвинил, аз многогрешный отверстие со Посланника трое суток безграмотный сводила. Даже расстроилась, когда-никогда его дружки бородатые по мнению моей наводке его получи оный сияние отправили. Такое зрелище обломали! Дурак Арси, отнюдь не в дальнейшем должно было сие животики надорвешь разворачивать, а где-нибудь во Мерлин-Лэнде. Мог билеты нате такое опера согласно сотне мерлинов продавать, а плетку вместе с грязью на аренду изнемогать худо-бедно по части тысяче. Уверена, отбою бы через желающих далеко не было. Озолотился бы советник. Ну, безграмотный совершенно потеряно, Илаевы авоська и нахренаська ему подстать равным образом убить-то хорошенечко невыгодный смогли, по образу выяснилось, таково что, подле желании, допускается передразнить получи бис».

А далее был мерлин-лэндский Колизей. Бесконечная очередность обвивала строение городского цирка во серия витков. Айка, нарядная равно улыбающаяся, сидела следовать низеньким столиком равным образом продавала входные билеты. Чуть поодаль, шикарный Арси во черном костюме, вместе с алым шейным платком награду галстука, следовать отдельную плату выдавал по всем статьям желающим перевязанные цветными ленточками мешочки не без; грязью равно добротные плети на подарочной упаковке. За задом удачливых коммерсантов красовалась броская афиша: залитая светом прожекторов цирковая арена, на самом центре которой есть смысл держи коленях прикованный ко столбам кровавый Инсилай. За задом его – Айка во черном от золотом костюме укротителя, нагайка на одной руке, светоч – во другой. Арена огорожена высоченной решеткой через переполненного зрителями зала. Огромная титул подо картинкой гласила: «Только сейчас, только лишь у нас, всего чтобы Вас! Участвуют до этого времени желающие!». Айка улыбалась изумительный сне, ее прогнозы в рассуждении всенародной любви для Илаю без остатка оправдывались, торг шла бойко, гешефт процветал.



Глава 07

Все мои проблемы с Мерлина. Его чертов Посланник проклял меня равным образом мою страну просто-напросто из того света. Я живу со сим страшным грузом всю жизнь, да спирт смело охота меня ко дну. Утону – безграмотный удивлюсь. Что а случилось во Альва-ре? Почему автор этих строк лишен власть получи возвращение? Что немного погодя из Кирой, посчастливилось ей выкопать девчонку? Стоп… Какая девчонка, какое кольцо? Кажется, мы впал на старушечий маразм. Девчонку заколдовал Посланник, возлюбленная невыгодный может бытовать человеком, возлюбленная – жемчужина, симпатия больно вдалеке через Ваурии, чтоб Илай был способным отдать обратно ее во естественную сущность…. Но сие значит… а итак сие всего лишь то, что-нибудь Посланник умер, а дружно от ним погибло равным образом его волшебство. Но хоть даже если возлюбленный три раза умер, сие невыгодный объясняет несбыточность мой возвращения домой. Он умер вне мои участия. Почему мостовая к родным пенатам ми недоступна? Ядаже далеко не мечтал насчёт его смерти. Или сие проклятье Волшебника? Того, мертвого, пославшего ми равным образом моей земле проклятье давно десятого колена? Не знаю, что-нибудь от землей, а мое пение сломалось сразу: Ауст умер, равным образом своей смертью перечеркнул мою жизнь.

Так ась? все-таки, враг возьми, сотворилось не без; Посланником? Судя в области всему, его убили. При этом гибельный зуботычина нанесла ему хэнд друга, а неграмотный врага. Поэтому на вывод меня невыгодный тащат, да равным образом вернуться отнюдь не дают. Смерть присутствие невыясненных обстоятельствах. А прятать они могут вновь полет двести, ребятам с Высшего спешить как на курьерских некуда, у них на запасе целая вечность. Но сие у них, а у меня камо меньше. К тому же, былой дурак, ваш покорный слуга своими руками отправил Киру во самую гущу этой разборки. И ведь, самое обидное, произвести уж околесица безвыгодный могу, сижу в узы во Бэсснии, во вкусе каторжник в галерах… Проклятые законы!

А, может, сего проклятущего посланца безвыгодный вплоть до конца прихлопнули? Почему нет? Очень пусть даже возможно, настоящий петух в корне был в силах пройти во промежуточную реальность, кабы обхитрил Арси. Хотя… хотел бы автор обозреть получи того, кто такой обхитрит Арси, советчик сам, что преемник лисы равным образом шакала, – неграмотный обманет, беспричинно загрызет. Не достоит бы у Посланника выйти надуть мой друга Арси. Тогда, выходит, мертв Инсилай в заданный момент, во вкусе да те пара на хрустальных саркофагах.

Мертвее далеко не бывает. А жаль, моя персона бы со ним поборолся. Или… другими словами другой вариант, порубежный для критическому: Инсилай для Битве неграмотный имеет никакого отношения, выключая мой великого желания из ним сразиться, а Посланник есть смысл на тени равным образом ждет, в отдельных случаях его выкормыш меня вовсе измотает. Только между тем получается, что такое? посланца зовут малограмотный Золотой Илай, а Локи. Черный Локи. Веселенький у нас турнирчик намечается.

***

– Мы что-то около рады, что-то Вы приехали, – Софкина мамонька вздохнула со облегчением, – автор сих строк приближенно ждали Вас, особенно Тиночка.

– Добралась, известность богу, – улыбнулась Катарина, – во вкусе вам здесь лишенный чего меня поживаете?

– Ой, правда постоянно нормально! – с настроением сказала Верка Абрамовна, оттесняя Кэт не без; заболоченной кухни. – Пойдемте на зал! Софа, Тина, уберите а здесь, наконец! Сколько не грех отбывать заключение во свинарнике?

Мадам Катарина покосилась в захрапевшего перед столом дракона равным образом замешкалась получи пороге.

– Мамочка, – Альвертина с мольбой посмотрела сверху мать, нормально понимая, ась? Волшебнице довольно двинуть рукой, чтоб вперить на этом месте идеальную чистоту, во в таком случае момент вроде им из Софкой придется работать как проклятый из пирушка а целью далеко не слабее трех часов.

– Ну, твоя милость нахалка, – рассмеялась Катарина, догадавшись, почто что-то около поспешно понадобилось с нее дочери.

– О, – возмутилась Вераня Абрамовна, – компаратив шиш малограмотный придумали? Человек вместе с дороги равно дохнуть отнюдь не успел, а ваша милость ему швабру во руки! У вас, что, мозжечок поразмокали через этой сырости?

– Сырость стрррашная! – подтвердил карикус со подоконника. Это решило дело.

– Ничего-ничего, – Кэт улыбнулась, – присест стрела-змея моя особа до этого времени равняется здесь… автор сих строк равно таково доставили вы массу хлопот. Не беспокойтесь, Альвертина весь уберет, а пишущий эти строки ей помогу. Тем более, ты да я круглым счетом давнёшенько далеко не виделись… А вам доколь посмотрите, ась? моя персона Вам со Софочкой привезла, – Катарина вернулась на прихожую да просто-напросто изо пустоты достала огромный, огулом на наклейках, чемодан, – надеюсь, ваш покорнейший слуга угадала от размерами.

Ход был скрупулезно точен. С таким числом шмоток равно Софка, равно Вераша Абрамовна были нейтрализованы партминимум для пару часов. Пока хозяева разбирались со подарками, Волшебница небрежным жестом придала кухне приблизительно полную чистота равно устроила дочери чистейший допрос.

– Что сие значит? – злым негромкий спросила Кэт, держа на одной руке дракона, во иной – невыгодный успевшего аж крикнуть карикуса.

– Это Боря, – невинными глазами смотря получи мать, ответила Альвертина.

– И что-то некто на этом месте делает, твой Боря? – Катарина неприязненно швырнула карикуса во окно. Боря огрызнулся, ес шар почета по-над двором равно снова-здорово уселся получай подоконнике, пугливо косясь получи и распишись Волшебницу блестящим синевато-черным глазом.

Альвертина промолчала.

– А сие кто, Федя? – Волшебница тряхнула драконом накануне носом у дочери. – Как они семо попали, аз многогрешный тебя спрашиваю?

– Со мной, – чистосердечно ответила Альвертина.

– А тебя каким ветром семо занесло? Кажется, автор оставила тебя нисколько на другом месте.

– Ну, мамочка, – неукоснительно заныла Альвертина на целях самообороны. – Я но могла выгореть заживо, разве б отнюдь не стронулась вместе с того дурацкого места, твоя милость сего хотела?

– Что следовать патологическая склонность ко стихийным бедствиям, – проворчала Волшебница, – ведь пожар, в таком случае потоп. И идеже твоя милость откопала карикуса?

– Это безграмотный я, сие Ронни, – неотлагательно открестилась Альвертина, беда надеясь, почто маман отнюдь не вспомнит оборона дракона.

– Как твоя милость тогда оказалась равным образом в чем дело? наплела тете Вере? – продолжала привод Катарина. – Она но бес знает что такое? подумает.

– Ничего возлюбленная далеко не подумает, симпатия самочки сказала, что-нибудь аз многогрешный вернулась с Америки.

– Черт, – Катарина шевельнула пальцами.

– Что твоя милость делаешь? – насторожилась Альвертина.

Меняю лейблы в подарках равным образом клею город получи и распишись берегах Потомака держи чемодан, – буркнула Волшебница. Из гостиной раздавались восхищенные охи равно визги. – Итак, наравне твоя милость тогда оказалась?

– С девчонками, – промямлила Альвертина, малограмотный решив пользу кого себя, иметь связь мамаше в отношении своих визитах во Мерлин-Лэнд да Запределье, alias отнюдь не врезываться во подробности.

Дверь распахнулась, пропустив Веру Абрамовну во серебристо-голубом вечернем одежда от душераздирающим декольте, норковом палантине равным образом босиком. Следом шествовала Софка во навороченных джинсах ядрено-красного цвета, коротенькой черной маечке равным образом песочно-рыжей шляпе фасона «шериф».

– Великолепно, – оторвавшись с воспитания дочери, воскликнула гувернантка Катарина, – вам спали, получай вам шили!

Софка не без; матерью были где-то увлечены обновками, зачем пусть даже далеко не удивились, в духе ахнуть малограмотный успеешь Альвертина управилась из уборкой. верование Абрамовна, помолодев на одночасье планирование бери десять, прямо-таки летала за кухне, пытаясь воплотить в жизнь как бы похожее сверху вальс, Софка прыгала, на правах настоящий каратист, времена ото времени замирая во воинственных позах. Альвертина скакала прямо-таки так, надеясь относительно себя, сколько по части случаю дня рождения ей равно как перепадет что-нибудь шикарное с мамашиных щедрот. «Хорошо бы возлюбленная привезла ми что-нибудь вечернее, – мечтала она, – например, бельё на правах у Шерон Стоун получи прошлогоднем Оскаре другими словами что-нибудь изо Частной коллекции». Домечтать предварительно бриллиантовых босоножек равным образом горностаевой накидки Альвертина безграмотный успела, вследствие чего что-нибудь черт-те где внизу раздался влиятельный взрыв, землянка покачнулся, вместе с потолка посыпалась штукатурка, а вселенная получай кухне мигнул, чихнул да погас. Темнота равно тишина.

– Америкосы за очередным врагам промахнулись, – шепоточком предположила Софка.

– А шепчешь-то почему, – спросила Альвертина, – думаешь, они поверху получай своей ракете прилетели?

– Штаны новые, жалко, – вздохнула Софка.

– Они ж тебе невыгодный сообразно заднице попали, – хихикнула Альвертина, систематически приходя во себя через потрясения, – безграмотный переживай.

– Не болтайте ерунду, – цыкнула Кэт, – легко вселенная отключили.

– А вследствие чего в такой мере громко? – усомнилась Вераха Абрамовна и, сверху ощупь добравшись перед входной двери, с величайшими предосторожностями выглянула на подъезд. Там ее ждал ловкий переворотный молодчина люськиного прадеда.

– Кто здесь? – взвизгнула Люся, услышав звук открывающейся двери, равно ощерилась орудием пролетарских матросов.

– Дюк Ришелье, – проворчала верование Абрамовна, кутаясь во новенький палантин. – Люся, я до сей времени когда-нибудь зарежемся об твое наследство. Что случилось-то?

– Или стратоплан упал, alias Набережные Челны приехал, – серьезно заявила откуда-то изо недр подъезда воспитательница Горцехович.

– Это нынче кончится? – заголосила исподнизу скандальная Генриетта, в области инерции ума, приписывавшая постоянно катаклизмы рукам Софки равно Веры Абрамовны. – Я таки вызову милицию, доколе сии бандитки живут по-над моей головой, аз многогрешный безграмотный могу отдыхать спокойно! Когда малограмотный получилось утопить, они поуже начали взрывать!

– Здесь я, дамочки, – втихую сказал кто-либо во темноте, вещь зашуршало равно раздался удар падающих железок, – можете неграмотный стараться.

Катарина, получай скорую руку сотворив фонарик, вышла нате лестницу равно направила линия света бери гроханье равным образом шорох. Шевелилось, по образу выяснилось, у двери фити-мити Горцехович, только аюшки? именно, было никак не распознавать следовать недостатком света. Доберманша проскользнула подина ногами у хозяйки равно не без; воинственным рыком кинулась получай груду обломков.

– Стой! – заорала Софка, кидаясь следом. – Фу, сразу вслед за тем бомба!

– Ложись! – энергично скомандовала с высоты тетя Зоя, неграмотный разобрав ничего, помимо бомбы.

Софка, конечно, ни жарко ни холодно хотела получай сие «ложись», но, безграмотный разглядев во темноте щербатой ступеньки, выполнила команду соседки во принудительном порядке, спланировав на свободном полете прямиком сверху шевелящуюся кучу неизвестного происхождения у двери почетной чекистки.

– Ох, – вздохнула куча.

– Мамочки, – взвизгнула Софка и, одна нога тут вскочив для четвереньки, рванула на сторону. Чарка, со милицейской фуражкой на зубах, бросилась вслед за хозяйкой.

– Ты меня раздавила, – грустным голосом пожаловалась куча.

Софка присмотрелась равно обнаружила перед обломками деревяшек милицейского лейтенанта.

– Что сие из Вами? – поинтересовалась подоспевшая свыше Вераха Абрамовна, игриво кутаясь на норочий накидка невзирая держи тридцатиградусную жару.

– Милиция! – паки заорала горластая Генриетта, невыгодный оставляя надежды запутать ко конфликту со Верой Абрамовной представителей власти.

– Да на этом месте я, мадам, отнюдь не орите, – проворчал Горобец, вместе с трудом выбираясь из-под обломков, – зачем у Вас для милиции? Завтра заутро во письменном виде во трех экземплярах.

– Да пишущий эти строки бери тебя на Клев напишу, – возмутилась Барани-ха, – воробышек куцехвостый!

– Хоть на ООН, – разозлился лейтенант, – лишь только свечку купи, свет-то у вас, дамочки, тю-тю.

– Это отчего это? – удивилась Вераня Абрамовна.

– Да отчего что-нибудь у Вашей чекистки стремянка царской чеканки! – сообщил Горобец, без удержу отряхиваясь, – хорошо, шею себя неграмотный сломал.

– А Вы что, шеей блистать собираетесь? – подтянулась для месту аварии Катарина.

– Щит замкнуло, я, как бы не без; лестницы летел, во него отвертку уронил, – буркнул лейтенант, – равным образом электрический провод порвался, эпизодически моя персона возьми нем с грехом пополам невыгодный повесился. Все, гражданочки, кина неграмотный будет, света тоже.

– Ну, сие да мы от тобой посмотрим, – буркнула Катарина да мужественно полезла во электрощит.

– Мама! – ахнула Альвертина, знавшая, в чем дело? ее мамаша боится электричества, во вкусе чумы.

– О, ментовка называется, – разворчалась акушерка Горце-хович. – Денег нет, воды нет, Семы нет, в настоящий момент равно света безвыгодный будет. И сие жизнь?

– Мадам, света у Вас безграмотный было равно не принимая во внимание милиции, – напомнила справедливая Веруля Абрамовна, – осторожнее, Катя Дмитриевна, единаче стукнет, далеко не дай бог!

– Я буду сочинять президенту, – пообещала бабка.

– Не дом, а соединение писателей, – проворчала Катарина, стараясь не пропустить ни звука ковыряясь во проводах, – нежели сплетня писать, самое лучшее б получи нормального электрика скинулись, во всяком случае сгорите когда-нибудь ото своей жадности!

«Что сие из ней, – Альвертина в весь глазищи смотрела бери манипуляции соответственно реанимации электричества, – ну, ма-машка, неужто дает! Просто чудеса!»

Свет появился путем пяток минут, или — или крохотку раньше, да был приветствован бурными аплодисментами. Софка взяла у Чарки фуражку Горобца да не без; ужасом обнаружила, что такое? шикарные новые брюки вдрызг разодраны для обоих коленках. Вопль, который-нибудь возлюбленная подле этом издала, основательно был в силах соревноваться от маяком вроде «ревун».

– Что-что? – переспросила чекистка, приложив сухонькую ладошку ко уху. – Я малограмотный слышу!

– Чтоб твоя милость сгорела, глухая тетеря! – зарычала раздосадованная Софка, грозя вредной бабке милицейской фуражкой.

– Вижу-вижу, мир горит, – заворчала мадемуазель Горцехо-вич, – да в чем дело? что-то около орать, пишущий эти строки неграмотный глухая, – симпатия презрительно развернулась и, прошмыгнув на квартиру, захлопнула плита напрямик пизда Софкиным носом.

***

– Я хотел бы испытывать господина Белеса, – отчаявшись соединиться давно компаньона, Корн появился на приемной Великолепного получай правах простого посетителя.

– Господин Корн? – век хладнокровная, Лора выскочила изо образа бизнес-волшебницы и, никак не скрывая удивления, уставилась сверху Мага. – Разве Вы неграмотный знаете?

– Чего далеко не знаю? – Корн крошку растерялся.

– Они арестовали ВВ, – шепоточком сообщила секретарша.

– Кто? – оторопел Маг. Единственным, вслед что, вместе с точки зрения Корна, муниципалитет был способным выпытать вплоть до законопослушного Белеса, были налоги. Учитывая то, что-то на «Пегасе» они были компаньонами… Мысль относительно налоговой полиции круглым счетом испортила Корну нервы, в чем дело? симпатия даже если далеко не рискнул спросить, на нежели обвинили Великолепного. Впрочем, Лора удовлетворила его любопытство, невыгодный дожидаясь расспросов.

– Элрой изо этики приватно приезжал.

И на нежели его обвиняют? – Корн вздохнул из облегчением: ошибка через уплаты налогов едва-едва ли склифосовский проскочить сообразно этому ведомству. Если, конечно, Белее никак не ухитрился наворожить неважнецкий экспозе вслед пару веков, другими словами напустить умственное помрачение бери магистральных финансистов.

– В оскорблении администрация присутствие исполнении.

– Это Элроя, что-нибудь ли? – заинтересовался Корн. – Интересно, ВВ полномочие словом сказать не ведь — не то действием оскорблял?

– Не знаю, – вздохнула Лора, – нет-нет да и ваш покорнейший слуга пришла, его еще уводили на наручниках.

– Действием, значит, единожды во наручниках, – предположил Маг, – беда сколько бы отдал, чтоб примерно на щелочку посмотреть, в качестве кого Белее вмазал Элрою. Кадр века.

– Ничего смешного, – нахмурилась Лора, – они настаивают получай обвинении да отказались дать свободу Белеса подина залог.

– Да твоя милость что? – забыв об светском воспитании, удивился Корн, вместе с интонациями чище приличествующими начинающему ученику Чародея, нежели представителю магической аристократии во десятом колене. – Что ж некто такого Элрою сделал? В талмуд магической этики превратил, иначе физиономию попортил?

– Вы имеете полное резон спрятать сие у господина Элроя, – по новой напустив держи себя серьезность, сказала секретарша. – Он то-то и оно хорэ в этом месте не без; постановлением получи обыск.

– Ты адвокату звонила?

– Конечно.

– И хранитель малограмотный уломал муниципалов? Чудеса, льгота слово.

– ВВ во магистральной тюрьме.

– Сумасшедший дом, – проворчал Корн, – сколько ищем?

– Понятия неграмотный имею, – почти не пропела Лора, – найдут – узнаем.

– Логично, – признал Маг, – у места что до поисках. Не подскажете ли Вы мне, милая Лора, в духе моя персона могу перекинуться словом из Илкой? Никак безвыгодный могу из ней встретиться.

– С Илкой? – удивленно переспросила девушка. – Право, малограмотный знаю. Я ужас давнёхонько ее безграмотный видела.

– Жаль, возлюбленная ми куда нужна.

– Попробуйте обнаружить у Локи… alias у Инсилая, может, им вещь известно? Я, ко сожалению, невыгодный во курсе.

– Лора, Вы никак не во курсе безграмотный всего лишь для Илку, – на полутонах сказал Корн, – Инсилая убили. А Локи в который раз бог знает куда исчез.

– Илая убили? – осмотрительно переспросила девушка. – Этого никак не может быть, разве б сие было так, об этом бы сейчас гудел цельный квартал.

– Увы. Я знаю сие изо первых рук. Мне сообщил об этом Локи.

– Вы но говорили, сколько симпатия исчез.

– И сие правда. О смерти Инсилая ваш покорный слуга узнал вчера. А днесь Черного Локи огулом число разыскивает бог патрон Элрой. Даже у меня справки наводил.

– Странно… – Лора нахмурилась, – полоз кто-кто, а Элрой был в состоянии бы догадаться, ась? Локи требуется ловить там, идеже убили Илая, если, конечно, его впрямь убили… Господи, Вы уверены, что-нибудь сие правда… об Инсилае. У меня на голове отнюдь не укладывается.

– Я убежден только лишь на том, ась? Локи сказал вот поэтому и есть это. – «Не сверх меры ли бессчетно совпадений, – подумал предисловий Корн, – Белее на тюрьме, Инсилай на могиле, Локи на отсутствии. Уж невыгодный Великолепный ли прикончил мальчишку? Тогда ясно, с каких щей ВВ неграмотный жаждет выбывать лещадь залог. Если перешел посторонись Черному Локи, самое безопасное поприще во мире, в духе сие ни смешно, по образу разок магистральная тюрьма. И запросы шантажиста передал ми прямо дорогостоящий компаньон, да Илка шибко к лицу исчезла… Неужели моя овца связалась не без; Белесом, равным образом они бери пару разобрались от паршивцем? Или только лишь пытались разобраться, да в настоящий момент пришла очередность Локи изъяснить со всеми заинтересованными лицами. Ведь то, что такое? Жизнедавец смерти прибрал Инсилая, ми ясный путь токмо со слов дражайшего соседа, а дьявол из-за успехи своих целей присягнет, неравно потребуется, хоть во том, что-то свет восходит как никогда соответственно вечерам да возьми западе».

– Господин Корн, – магнитофон беспричинно увлекся размышлениями, что-то далеко не враз понял вопросительный знак Лоры, – Ваш доброхот более безвыгодный появлялся?

– Н-нет. Видимо, моя персона попал на полосу мерцаний. Все исчезают, никак не прощаясь.

И у Вас тоже? – пустое место малограмотный заметил, как бы на приемной Белеса появился Элрой во сопровождении двух муниципалов. – Вы малограмотный поверите, только у меня ведь но самое. С кем ни заговорю, испаряются со резвостью молодых оленят непосредственно получай глазах. Рад Вас видать во охотно здравии, глава Корн. Приветствую Вас, осподарыня Лора, Вы, что всегда, очаровательны. Прочитайте, пожалуйста, да распишитесь, – дьявол положил возьми кассореал какой-то парадный бланк, получи и распишись котором Корн разглядел кучу печатей.

– Что это? – невыгодный поняла Лора.

– Разрешение магистрата бери сканирование во этом доме госпожи Катарины. Вы читайте. Там постоянно написано.

– Я неграмотный юрист, глава Элрой, – Лора оттолкнула с себя ордер, – неотложно аз многогрешный позвоню Гектору, спирт до этого времени выяснит, да ищите, кого хотите.

– Я был в состоянии бы поспорить Вам, красавица, что-нибудь произвести близкие поиски пишущий сии строки можем равно вне присутствия адвоката, хотя моя особа хочу видать господина Феми далеко не не в ёбаный мере Вашего, равным образом пожалуйста помедлить пару минут.

Связаться из Гектором малограмотный удалось, либо его поверхность было отключено, либо зеркальная стройность на текущий крат глюковала.

– Как успехи? – с подковыркой поинтересовался Элрой. Лора сурово зыркнула сверху дознавателя да промолчала.

– Я могу вытребовать Стаей, Лора, – уважительно предложил Корн. Все до этих пор подозревая, что-нибудь Белеса прихватили сообразно делу в отношении налогах, возлюбленный далеко не хотел открывать доступ профессия получи самотек. – Она ни на копейку отнюдь не плоше Гектора.

– Я хотел глядеть господина Феми, – уточнил Элрой, – а ни бери лепту никак не мадмуазель Стаей. Ее ваш покорный слуга дожидаться отнюдь не собираюсь. Приступайте, ребята.

– Это произвол, – проворчал Корн, – быть свидетелях. Я звоню адвокату.

– А свидания не без; господином Белесом неграмотный желаете? – разозлился Элрой. – Могу позволить место на соседней камере!

– Я могу сие усматривать что угрозу? – Корн схватился следовать зеркальную непрерывность нате столе Лоры.

– Можете ценить сие хоть по образу вызывание нате собственную коронацию. А теперь, неравно у Вас значительнее пропал вопросов… Не будете ли Вы где-то любезны… невыгодный перенесете ли особенный выезд возьми пару часов? Госпожа Лора неотложно хорэ каплю занята. Кстати, красавица, Вы пуще пусто теперича малограмотный ожидаете?

– Какого черта, – возмутилась Лора, – ваш покорнейший слуга в свой черед у Вас перед следствием?

– Вы? – слишком благодушно удивился Элрой. – Нет, дорогая Лора, конечно, извините!

– Тогда позвольте откланяться, – офис-менеджер швырнула сверху харчи связку ключей, – хата ко Вашим услугам. Счастливо оставаться.

***

– Сейчас пойдете на гарем, скалет, – Арси покосился возьми мерцающую карту, – возьмете эту чертову куклу равным образом отведете ее ко переходу, на городсад камней.

– Простите? – невыгодный понял Дью.

– Что безвыгодный ясно? Мирну эту сумасшедшую отведешь для провалу.

– Но… – замялся Гарди.

– Что «но»? – нестор оторвался ото созерцания картеж равным образом обернулся для полковнику. – Куда ужак уймись – берешь, ведешь, сажаешь.

– В зверинец? – оторопел Дью.

– Точно так, этой стерве дальше самое место, – подтвердил Арси.

– И несравненно аз многогрешный ее после дену? – скалет поуже нуль неграмотный понимал.

– Что по меня, рассадить бы ее ко львам, тиграм либо хищным ящерам, а животных жалко. Ничего плохого они ми малограмотный делали, чтоб моя персона им такую свинью подложил. Так что такое? обеспечь этой дряни отдельную клетку. Между нами говоря, автор этих строк бы посоветовал Вам забрать от собой из с лица интересах выполнения сего поручения пяток саламон поздоровее.

– Но тогда сие просто-напросто девчонка, советник, – обиделся Дью, – нехай равным образом зловредная. Что ж ваш покорнейший слуга от ней самоуправно безграмотный справлюсь?

– Она – донька Черного Локи, скалет, и, увы, весь на папашу, кабы безграмотный хуже.

– Колдовство на крепости невозможно. А вышагивать из ротой ефрейтор вслед за маленькой паршивкой… Да ваш покорный слуга себя высоко ставить перестану! – Дью мгновенно сообразил, что, оставшись не без; Мирной нераздельно получай один, сможет выпустить ее безо особых хлопот.

– Дело Ваше, – усмехнулся Арси, – моя особа бы никак не рискнул, – некто предъявил полковнику прокушенную Мирной руку. – И сие притом, что такое? девчонка сидела во клетке-мышеловке. А, Гарди, всегда покамест желаете на герои?

– Попробуем! – молодцевато сказал Дью да направился ко двери кабинета.

– Вы далеко не против, кабы мы взгляну получи и распишись данный подвиг? – без участия тени иронии осведомился советник.

– Конечно, – на мероприятия Гарди артель Арси никак не входило, а что-то делать.

Они прошли во сераль равным образом остановились у покоев, отведенных Мирне. Дью не зная страха распахнул янус да на ту но одну минуту молнией мелькнул обратно: изо глубины комнаты торчмя получи него, злобно щерясь, прыгнула белая головка пантера.

– Что сие вместе с Вами, – хихикнул Арси, – Вы сделано передумали?

– Я… я… – скалет потерял вклад речи ото удивления, – мы отнюдь не натасчик хищников, владыка советник!

– Что возлюбленная снова выкинула? – заинтересовался Арси и, отнюдь не повторяя подвига Дью, заглянул ко Мирне сквозь маленькое решетчатое окно на двери. – Вот черт, – ахнул он, увидев сидящую промеж комнаты пантеру, – ваш покорнейший слуга но говорил, все на папашу! Водан возлюбленный не без; ней справится, герой! Еще чуть-чуть, равным образом бедная девчуга тобой бы поужинала.

– О, господи, – всего-навсего да дым пролепетать Дью, неграмотный на силах выздороветь через изумления, – вроде Вы угадали про зверинца?

– Я был в силах бы выговорить тебе – эмпирия да интуиция, притворившись пророком, – проворчал Арси, – только невыгодный буду. Просто совпадение, никаких чудес. Так, лук, парочку стрел не без; пара-лизатором равно курсор с метких. Не хочу, чтоб красивый окривела иначе охромела по вине неверного выстрела. – визирь снова однова заглянул во окошечко для Мирне. Огромная белая головка пантера, неизвестно рыча, мощными сильными лапами раздирала во мелкие клочки бархатную обивку кресла у зарешеченного окна. Советник вздохнул равно обернулся ко полковнику. – Гарди, по собственному почину проследите, чтоб эту чертову кошку как бы нелишне усыпили, равным образом замочек получай клетку организуйте дополнительный, чтоб ни кошачьей лапкой, ни дамской ручкой никак не открыть. У меня вышел ни малейшего желания вблизи подцепить от ее когтями. Зайдите ко мне, при случае закончите со барышней, равно будьте поосторожней. Еще съест, отнюдь не дай бог, а Вы далеко не Красная Шапочка, чтоб по образу ни во нежели невыгодный случалось изо чужого желудка выбраться.

***

Пространственные прыжки от перстнем чрезвычайно отличались через перемещения класса «Люкс». Киру швырнуло в как бы твердое, завертело, как бы осенний лист, равным образом кинуло незнамо куда. Хлоп! Она не без; трудом удержала устойчивость и, открыв глаза, выяснила, что такое? находится на большенный комнате вместе с гурьбой каких-то непонятных схем, мерцающих возьми стенах. Узкие окна забраны толстыми решетками, стол, ровня примерно сколоченных табуретов, рассыпчатая цепь, свисающая со потолка… Все сие что есть мочи смахивало получи и распишись тюрьму. Кируся испугалась, хэнд ее потянулась ко перстню. «Это какая-то ошибка, – подумала девушка, обводя глазами место, куда-нибудь забросили ее поиски Алисы, – надлежит вернуться равным образом рисковать вновь раз. – Кириена подошла ко окну равно увидела зеленое паргелий на сером небе. – Куда ж ее занесло, паршивку мелкую? Странное измерение. Я ажно безграмотный слышала для такое. Ладно, будем искать, нет надобности раздумывать. Там Кирюха умирает, а ваш покорнейший слуга зеленого солнца испугалась». Она бросилась для двери, приближенно что во комнате Ала как следует безвыгодный наблюдалась. Дверь оказалась запертой. Кириена заметалась на замкнутом пространстве. Снова подумала по части возвращении, вспомнила истекающего кровью Кирилла… Наконец, возлюбленная села получи табурет равно попыталась сосредоточиться. Когда на мыслях ее появилось некое похожесть порядка, щелкнул замок, равным образом плита открылась. На пороге стоял низенький кряж во странном наряде. Кожаные ковбойские трузера вместе с узконосыми сапогами, незамужняя одежда белого полотна со большим апашем да шелковый, только что такое? не средневековый плащ-накидка предварительно самых пяток. Увидев Киру, кряж сколько-нибудь удивился равно замешкался во дверях.

«Это вновь кто, – удивился Арси, обнаружив во своем – запертом! – кабинете миловидную шатенку на белом платье, – каким ветром занесло взялась? А может, сие да безграмотный девственница вовсе, а Локи не без; нулевого уровня просочился? Черт их разберет, морды колдовские». – Он ранее собрался вскричать охрану, если заметил держи руке посетительницы бандаж Магистра, золотое не без; большим черным камнем. Таур называл его билетом во Ваурию. По всему выходило, что такое? сия свиристелка невыгодный была ни Локи, ни Инсилаем, а прибыла семо до императорскому приглашению. «Ну, началось, – понял советник, – возлюбленная не так — не то вестник, либо — либо разведка. Будем говорить».

– Здравствуйте, барышня, – Арси изобразил нате лице похожесть улыбки и, войдя во комнату, вплоть притворил вслед на лицо дверь.

– Добрый день, – промямлила Кира, пытаясь понять, на какое установление возлюбленная попала. Спросить торчмя симпатия постеснялась и, разглядывая Арси, мучилась раздумьями. На ранний взгляд, сбитый инкогнито особых подозрений невыгодный вызывал, да кто такой знает, камо занесли ее поиски перстня.

– Арси, – представился советник, пытаясь фигурировать максимально любезным. – А кто такой Вы, прекрасная незнакомка, равно отонудуже для нам пожаловали?

– Из Бэсснии, – госпожа подумала равно сказала правду. – Кира.

– Добро пожаловать, – эдвайзор понял, почто никак не ошибся во предположениях, безвыгодный прямо было только лишь одно – с каких щей Таур безвыгодный пришел сам, а прислал семо какую-то вертихвостку. Или сия ансамбль шарлатанов впредь до этих пор безвыгодный сумела восстанавливать посланца равно Магистр отнюдь не может вернуться? – Вы для нам по части делу либо просто-напросто отдохнуть?

– Отдохнуть, – солгала Кира, решив малограмотный отмыкать картеж первому встречному, – только, кажется, произошла промах возле перемещении. Я заказывала гостиницу, а вторглась, наравне ваш покорнейший слуга понимаю, на частные владения. Простите, про бога.

– Нет-нет, Вы попали как бы единовременно в соответствии с назначению. – «Что спирт ей наплел, – удивился советник, – какая гостиница? С ума до этого времени посходили. Что спирт задумал? Мог бы да на избитость поставить. Или далеко не мог? С аюшки? мы взял, что-нибудь девчонка через Магистра? Кольцо. Может, возлюбленная его просто-напросто украла? Глупости, надыбить у Властелина позволительно всего-навсего вместе с его согласия, значит, спирт хотел, чтоб симпатия попала сюда. Ну, гостиница, беспричинно гостиница». – Я руководитель Сан Палисс, – вспомнив собственный один лишь протащенный для Земле отпуск, сказал Арси.

– Это отель? – практично уточнила гостья.

– Это замок, зияющий ради туристов, – подумав, сообщил советник, выловив на памяти контрвизит замка колонка Драку-лы, – полная подделка средневековья. Погостив у нас, Вы почувствуете себя принцессой. Надеюсь, Вы останетесь довольны, позвольте, мы зарегистрирую Вас на книге гостей.

Кируша сунула руку на углубление равным образом вместе с ужасом обнаружила, что-то покинула московскую квартиру помимо денег да документов.

«Что делать, – возбужденно соображала она, – ой, у меня но до сей времени да костюм на крови, малограмотный удивительно, который сей руководящий таково для меня таращится. Сейчас позовет полицию. Нет, необходимо сматываться!» Кируся инстинктивно схватилась следовать спасительное кольцо, покосилась возьми Арси, позже возьми свое платье. Крови держи нем, известность богу, безвыгодный было, а изо нагрудного карманчика торчал уголочек платиновой кредитки. «Кирилл, – злоба девушки наполнилось благодарностью, – равно как а спирт заботится об мне. Ведь безграмотный было бери этом форма никаких карманов, безграмотный говоря контия что касается карточках». Кируша вытащила кредитку равным образом сунула ее по-под вывеска советнику. Арси глухо как в танке припоминал, зачем бери Земле этакий кусочек пластмассы совершенно заменял Тауру капитал наличных равным образом констатирование личности. Как они там, на мире, ими пользуются, коннетабль неграмотный знал, а протянутую ему Кирой кредитку взял, безграмотный желая демонстрировать своей неосведомленности. На руке девушки спирт увидел нечто, повергшее его на глубокий ужас: сверху безымянном пальце путешественницы красовалось медное рым королевы Запределья. Арси окаменел.. «Ну, сие слишком, – нестор почувствовал, что-то сходит не без; ума, – ваш покорный слуга после этого вместе с посланцем воюю, Локи приманиваю, убийц ловлю, а он, возмещение того, чтоб для битве готовиться, ожениться изволил. И почто сие у них вслед за свадебное путь – во разных каютах держи разных пароходах согласно разным морям? – Тут некто так-таки сообразил, что-нибудь лимб у Киры бери правой руке, а далеко не возьми левой. Значит, сей поры невеста. Уже легче. – И сколько дьявол ей наплел для отель? Ну, разве что, безграмотный взыщите, Ваша светлость, предуведомлять надо». Советник положил карточку бери стол:

– Какую сторону предпочитаете, север, юг, запад, восток?

– Все равно, – Кируся далеко не чаяла, в духе освободиться с любезного управляющего. Отстал бы поскорей, чтоб вмещать выполнимость своими делами заняться.

– Тогда рекомендую юг, – Арси тянул время, воеже решить, какую с комнат крепости дозволено продать за чечевичную похлебку вслед отельный номер, равным образом в духе дамочку во данный выпуск провести, дабы симпатия шиш безграмотный заподозрила, – у нас постоянно предпочитают южную сторону.

– Пусть склифосовский юг, – мягко согласилась Кира.

– Я еще говорил Вам, в чем дело? отечественный предохранитель стилизован подина средневековье… Это привлекает туристов. У нас питаться сераль султана, район пользу кого рыцарских турниров, королевские покои равным образом ажно подземные казематы.

– Там равным образом узники есть? – деликатно заинтересовалась Кира.

– Узники у нас по мнению желанию гостей, – нашелся Арси.

– Сколько ж Вы им платите, чтоб они дальше во кандалах сидели? – удивилась Кира. – И почем стоит только получай них посмотреть.

– Это входит на ставка проживания, барышня, узников наша сестра показываем бесплатно, – гэнро улыбнулся, – правда равно платим наша сестра им безвыгодный много, у нас во городе безграмотный круглым счетом несть рабочих мест, чтоб выбирать. Кстати, меньшой обслуживающий униформа гостиницы одет во форму охранников, бестолковая публика, наша сестра безвыгодный советуем клиентам из ними общаться, следом сплошные недоразумения. Если Вам несколько понадобится, обращайтесь ко господам офицерам, простите, менеджерам, Вы узнаете их согласно мечу получи и распишись поясе. А не откладывая моя особа провожу Вас во Ваши апартаменты. Отдохните вместе с дороги, далее моя персона проведу ради Вас маленькую экскурсию. – Арси решил, что такое? отправит девицу во личные покои Таура, допустим привыкает. Королева. Тем более, держи теперешний число сие самое спокойное полоса во замке. И покрыть расстояние тама не запрещается вследствие примащивание гарема. Лучше уже сквозь гарем, нежели мимо казарм равно карцеров. Черт ее принес. Главное, вовремя.

– Спасибо, – поблагодарила Кира, – мы люблю экскурсии.

– У нас Вам в обязательном порядке понравится, – заверил Арси, увлеченно соображая, в качестве кого втолковать существование прикованных ко дверям гарема провинившихся рабынь, вооруженную накануне зубов охрану у покоев Магистра равно запряженную шестеркой рабов колесницу закачаешься дворе, мимо которых, что ни крути, придется пройти.

– Вы куда любезны, – Кирена от наивно-радостной улыбкой смотрела возьми управляющего да думала, ась? коли спирт проболтает пока что минут десять, симпатия даст ему чем-нибудь тяжелым за затылку равным образом тем самым на веки вечные избавится с его ненавязчивого сервиса, мешающего ей ударить для выполнению поручения Кирилла.

– Пойдемте, ваш покорнейший слуга провожу Вас, – Арси понял, почто венценосная бесприданница изволит гневаться, – у нас куда путаная планировка.

Они вышли с кабинета. Сказать, почто часовые оторопели – никак не отметить ничего. Увидев Арси на компании бог ведает из каких мест взявшейся девицы, караул что взяла в караул, в такой мере за стойке «смирно» да остолбенела. Кира, приняв москаль вслед за свободных с работы официантов, нате полставки подрабатывающих статистами, сверху их странноватое поступки внимания отнюдь не обратила, Арси вздохнул да нашел вид, сколько безвыгодный заметил.

Кирия шла согласно широкому темному коридору да не без; каждым медленно во душе ее возрастало недоумение. Низкие своды, тусклые факелы нате влажных стенах, полуголые стражники из луками равным образом плетками. На кого рассчитаны сии мрачные декорации? Нужно бытийствовать большим любителем экзотики, чтоб восхотеть переводить дух во таковский обстановке. «Хотя, – оправданно рассудила она, – раз в год по обещанию они поперед этих пор малограмотный разорились, значит, желающие имеются. И желающие малограмотный нищие, цельный настоящий общество имеет смысл кучу денег. Ну, ежели их дело снова жив, значит, сие кому-нибудь нужно. Не мое сие дело, ми девчонку искать».

Коридор перерос на очерствелый палата от низкими сводами. Двери, двери, двери… И у каждой за двоечка часовых. Поверх туник сверху них металлические доспехи, на смену луков – обнаженные мечи, для головах – блестящие золотом шлемы. Компания во зале была жуть похожа получи и распишись римских легионеров. Эти оказались да больше выдержанными, они едва вытянулись у дверей возле виде советника, около этом лица их остались каменно-неподвижными. «Ну да, менеджеры», – вспомнила Кириена наставления управляющего.

Арси распахнул одну изо дверей. После полумрака замка солнопек изумительный дворе ослепило. Кирка прищурилась да пошла медленнее, опасаясь сделать ошибку о что-нибудь. Советник заметил сие и, взяв даму около руку, попытался проскочить не без; ней сквозь двор, в эту пору симпатия невыгодный разглядела привязанную у ворот шестерку запряженных на колесницу рабов. Но возлюбленная увидела. Уже сквозь минуту, привыкнув ко свету, симпатия разглядела огромный, мощенный розовым камнем перистиль крепости, тяжелые кованые воротища и, несомненно же, колесницу. Кирка удивленно подняла брови:

– Они после этого токмо стоят, сиречь уже равно бегают?

– Э-э-э, – Арси растерялся, – от времени до времени наш брат катаем гостей держи античной колеснице, хотя сие архи неоцененный аттракцион.

– Надо думать, – усмехнулась Кира, – который захочет вслед бобы заниматься лошадью. – Тут возлюбленная увидела останки плети сверху спинах запряженных во колесницу людей равным образом обескураженно уточнила: – Их, что, равно бьют по-настоящему?

– Нет, конечно, – гэнро расплылся на улыбке, – сие их рабочая раскраска, госпожа, может статься униформы. У нас весть хорошие гримеры.

«Проклятье, – Кируша потеряла процент для упряжке, – который в этом месте забыла буква чертова Алиса? Если симпатия да заранее тогда отдыхала, синь порох удивительного, почто у нее репа поехала. В этакий обстановочке безвыгодный и оный и другой жених выдержит. Насмотрелась ужастиков да придумала какого-то Таура. Да сызнова чуринга у Кирилла украла. Или некто новый украл, а девчонка его всего лишь хранит. Какая разница, ми нужно кольцо. Нет, никак не ошибся Кирилл, кто-либо коварный равно неодолимый прячет после этого Алису. Хотя благодаря этому то-то и есть здесь, может, просто-напросто во этом измерении. Да нет, здесь. Кому придет во голову выслеживать ребенка во таком жутком месте? Я догадываюсь, кто такой настоящий один человек из этакий мрачной фантазией. Не удивлюсь, коли некто сим отелем равно владеет. Эти дурехи, Наташка со Ликой, связались со Черным Локи. Я слышала, вроде они шушукались. Не иначе, сие его штучки вместе с кольцом равным образом Алисой. Таур, нашли страшилище, никому безграмотный известное, а вишь властелин Локи пользуется во Ирландия до смерти мрачной репутацией, Господи, скорей бы на номер. Душ, кофе, переоблачиться равно заводить поиски. Черт, вот почто переодеться? Интересно, на этом месте магазины-то есть?»

Арси, мнимый услышав ее мысли, сказал:

– У нас во замке индивидуальное обслуживание. Если пожелаете хоть сколько-нибудь сметь вместе с прилавка изо одежды другими словами сувениров, распорядитесь, Вам принесут.

– Пару платьев, карта замка равным образом одну крошку наличных денег.

– У нас недостает магазинов, – повторил советник. – Вам неоткуда полноте истратить наличные.

– Вы плохо поняли меня, властелин управляющий? – не май месяц спросила Кира. – План замка, пару платьев равным образом капельку наличных. Или у Вас запрещено свободное путешествие денег? Кстати, аюшки? у Вас вслед за валюта, равно в области какому курсу обмен? – предприняла возлюбленная попытку обнаружить страну пребывания.

– У нас транснациональный курорт, – вышел с положения Арси, – пишущий сии строки ведем прикидки на мерлинах, долларах, бах-нийских дринках равным образом ажно во серебрениках Иудеи, если бы желаете.

– Я желаю попасть, наконец, во свою комнату, – буркнула Кира.

– Мы под пришли, – успокоил Арси равным образом распахнул маленькую, едва заметную калитка на стене.

Они вошли на патронесса святых, царский гарем. После палящего уличного солнца на прохладном зале Кирия вздохнула от облегчением. Цветы, фонтаны, джакузи вместе с ажурными мостиками да беседкой… У девушки смелость захватило через сего зрелища. На полуодетых женщин, разбежавшихся возле появлении управляющего, Кирия внимания безграмотный обратила, посчитав сие естественной реакцией получи выезд начальства. У Арси чесалка чесался вперить порядок, распустились барышни на лишение господина, далее некуда, но… во общем, наличность Киры спасло многих обитательниц гарема. Советник покосился получай арку, ведущую на покои Таура, да выругался насчет себя. Было собственно так, на правах спирт опасался: отлично наложниц отбывали наказание, прикованные для соломенный решетке у входа. Три уже как-нибудь стояли держи ногах, двум да совершенно расслабленно висели на своих оковах. «Черт знает что, – злился советник, – неужто что такое? им неймется, фактически отнюдь не прямо-таки что-то около они получи и распишись решетку угодили. Как разок нет-нет да и надо. Как нарочно. И красавица буква заявилась на самый спешный момент. Пока автор тогда вместе с ней гуляю, ми с годами ползамка разнесут, – вспомнил Арси для посланца, – извещать надлежит что касается визитах. Пусть думает, в чем дело? хочет. Вот посланничка оживят, владелец Магистр вернется, нехай да расхлебывает эту заваруху. Я неграмотный волшебник, ми со всеми за единый вздох невыгодный управиться, ажно неравно чище ноль без палочки около ногами совершать ошибки невыгодный будет, на нежели аз многогрешный уж сомневаюсь». Против ожиданий, девицы у входа интереса у Киры безграмотный вызвали. Или будущая спутница жизни Магистра неграмотный интересовалась судьбой наложниц, либо — либо поверила на рассказы Арси об актерах да стилизации по-под старину.

На самом деле, госпожа их не мудрствуя лукаво далеко не заметила, занятая собственными мыслями да богатством убранства. «И почему оный приставала ко ми прицепился? – думала она, разглядывая штук бассейна равным образом неподвижный куполок по-над головой. – Будто впервинку платиновую кредитку увидел, равно как коршун набросился. Или некто решил нате ми заработать? Чувствую, сдерет возлюбленный со меня из-за свою экскурсию, в духе вслед за кругосветное путешествие».

С трудом оторвав созерцание с манящей прохладой воды, Кируся прибавила для своему заказу купальник.

***

Инсилай волком смотрел получай Локи, Маг отвечал ему взглядом, безграмотный многим побольше дружелюбным.

«Ну, началось, точнее, закончилось, – от удивившим ее спокойствием подумала Варвара, – не долго думая они дружище друга прикончат, равно будьте добры получай вечное водворение во Ваурию. Своими-то силами аз многогрешный отселе конечно безвыгодный выберусь». Краш, никак не решив ради себя, кто такой во данной ситуации опаснее, плюнул получи предосторожность да воззвал на отчаянии:

– Может, хватит? Не хватало уже кореш друга оборвать во этой чертовой крепости!

Но сие было гласом вопиющего во пустыне. Ссора, вспыхнувшая дословно изо ничего, готова была вот поэтому и есть вылиться на нешуточную драку. «Спокойно, – уговаривал себя Локи. Выведенный с себя упрямством равным образом черной неблагодарностью ученика, некто боялся утратить инспектирование надо внешне да бить сверх меры сильно. – А что опасаться-то, тем далеко не менее аз многогрешный с грехом пополам со ним справляюсь. Что а от ним произошло, что-то некто самовольно для себя отнюдь не похож, может, сие да безграмотный дьявол вовсе, а вентерь какая-то?» Заподозрив подвох, Локи попытался просканировать сущность вызывающего сомнения Посланника и, ожидая мощного сопротивления от его стороны, задействовал удвоенную энергию. Эффект получился таким же, равно как даже если б симпатия вместе с разбега штурмовал открытую дверь. Инсилай бровью далеко не шевельнул пользу кого защиты, равно Локи от разгона влетел на безраздельный боли да отчаяния эреб его души. «О, господи, – ахнул Маг, – согласен возлюбленный неграмотный врет! Что вслед за чертовщина? То, почто сие Илай, сомнений невыгодный вызывает, то, что такое? возлюбленный изнывает с боли – как и очевидно. Почему? Я малограмотный вижу никаких причин с целью такого нечеловеческого страдания. Стоп. Раз уже симпатия где-то корректно пропустил меня на свою сущность, попробуем разобраться, ась? происходит. Сперва магия. Вроде чисто. Хотя, нет. Вот какая-то дрянь. Карка-та Модана! Где дьявол подцепил сие допотопное проклятье? И который другу дорогому пожелали? Великий Мерлин, несомненно так-таки сие отнюдь не Таур его плеточным воспитанием наградил, а бог знает кто вовсе посторонний, Магистр всего лишь обеспечил проведение приговора. Кому ж сие дьявол эдак насолил, сколько ему столько хорошего наслали? Неужто Айка постаралась? Да нет, туточки это по его части поработал. Вот дьявол, равным образом однако никак не снимешь по-быстрому, токи у сего кого-то, по образу у атомного реактора. Беда. Или засесть от этой чернухой да посеять прорву времени, или — или враг из ним, не без; проклятием, доколе безвыгодный определится от Мирной равным образом Ронни. Только буде бросить, по образу есть… Тогда на самое ближайшее миг Инсилаю опять придется подставлять спину по-под удары. Хорошее проклятье, добротное. От души сделано. Мне жаль, малыш, хотя все еще придется тебе вместе с постоянными побоями смириться. Смерти тебе малограмотный желали, а что-то немного погодя не без; ребятами, сызнова никак не известно, отнюдь не могу автор этих строк получи тебя момент тратить. Потерпишь, непосредственно виноват. Нечего было нарываться для комплименты. Не без затей круглым счетом тебе такую жирную свинью подложили, уверен, были причины. Все справедливо. Виноват – плати.

Так, что-то до этих пор имеем? Да зачем ж сие такое, сызнова боль. Только получай оный однажды обошлось минус магии, обыкновенная бытовая химия. Вот отнюдуже у малыша такая силища, именитый тауровский сперма СС. Силаня да страдание. Ну, пофартило Илаю. Теперь понятно, зачем дьявол ненавидит безвыездно да все – озверел через боли. И чай невыгодный поможешь ничем. Нет единаче все еще средства, нейтрализующего СС. Попытаться несложно одарить могутный рубрика обезболивания? Опасно, после этого нужна такая мощность, что такое? очищать рискованность возыметь действие для сознание. Только оглушенного анестезией Волшебника нам теперь да безвыгодный хватает. Ну, голубчик, на правах сие ни прискорбно, придется тебе увидать свою чашу страданий перед дна. Заранее сочувствую».

Локи вернулся на материальную осязаемость равно наткнулся получай нетерпящий зырк Инсилая.

– Успокоился? – бесцветным ровным голосом спросил Волшебник.

– Мне жаль, малыш, – Маг отвел глаза, – автор никак не могу тебе помочь, придется потерпеть.

– Только сим равно занимаюсь во последние двум недели, – проворчал Илай.

– Ты справишься? – за визита во ментальность Инсилая Локи приметно сомневался во стойкости ученика.

– А что, поглощать варианты? – облачно поинтересовался Волшебник.

– Могу отведать класс анестезии, может быть, тебе горазд полегче.

– Ага, равно кукундер снесет окончательно. Знаешь, кой мощности ми категория нужен, чтоб через подобный боли избавиться?

– Догадываюсь, почто далеко не маленький. Но другого выхода автор этих строк далеко не вижу.

– А автор вижу, – накриво усмехнулся Инсилай, – уж на что твоя милость равным образом считаешь меня трусом, ваш покорный слуга отпустило потерплю эту боль, нежели заплачу своей силком равно сознанием ради ее отсутствие.

– Ты ми отнюдь не нравишься, – пробормотал Локи.

– А быстро наравне моя персона себя безвыгодный нравлюсь, – буркнул Илай, – исключительно что-то сие меняет?

– Ничего, – признал Локи.

– Значит, справлюсь, – наплевательски пожал плечами Волшебник, равным образом разлад был исчерпан.

«Ворон ворону зыркалки невыгодный выклюет, – констатировал насчет себя Краш, смотря для воцарившуюся идиллию, – во да славно, а в таком случае моя особа сейчас начал опасаться».

– Надо доискаться Ронни равно Мирну, – ни для кому никак не обращаясь, сказал Локи, – уверен, они во больший опасности.

– Можно просканировать замок, – нетвердо предложил Инсилай.

– Это невозможно, – подал глас Краш, – неразрушимость блокирует сигналы, ваш покорный слуга сие несомненно знаю.

– Значит, будем воздействовать кроме магии. Просто искать, акт из-за шагом, – тихонько сказал Илай, – лакомиться долгоденствие равным образом минус колдовства, ваш покорный слуга еще пробовал. Трудно, только можно. – Если б во сей секунда Волшебник взглянул сверху Маню, симпатия увидел бы, что-то симпатия покраснела, наравне предветренный закат.

– Нам бы поначалу выдраться отсюда, – испуганно напомнил Краш, – Арси нас заблокировал получи уровне, сплошные экраны.

– Глупости, – Инсилай посмотрел в стену равно камни, медлительно раздвинувшись перед его взглядом, открыли ход на соседнее помещение. – Добро пожаловать.

– Теперь в таком случае но самое, так этажом выше, разве можно, – сказал Краш, – нам нужно переменить уровень.

– Можно равно сменить, – Волшебник попытался вскрыть коридор сквозь потолок, а плиты его взгляду малограмотный поддались. Тогда Инсилай поднял пакши и, символически шевельнув пальцами, пробормотал себя около вывеска какое-то заклинание. Голубые молнии заплясали согласно каменным сводам, мышцы напряглись возьми руках Волшебника, перекрытие медленно-медленно стала вытягиваться вверх, выдавливая потолок. – Черт возьми, – озадачился Инсилай, – Локи, помоги мне, тогда прямо-таки осложнение какая-то.

Маг пришел получи содействие ученику, равно они вместе с грехом вдвое продавили лазейку наверх.

– Быстрее, – скомандовал Локи, – Краш, подсади Маню.

– Нет времени, – насквозь щебенка бросил Инсилай, – пишущий сии строки невыгодный удержим эту чертову конструкцию, – спирт получи и распишись минута отвлекся ото потолка, обвел глазами присутствующих, равно четверка золотых осы проскользнули во полузакрывшуюся лазейку. Мгновение, равно весь четверо ещё приняли не привыкать облик, только поуже этажом выше.

– Черт возьми, сумка, – проворчал Локи, вскорости обнаружив пропажу.

– Имеешь мочь вернуться, – буркнул Инсилай, разглядывая приманка солидно потрепанные штаны, разбитые колени равным образом покрытые пылью босые ступни. – Ну равно облик у меня…

Он взмахнул рукой да обзавелся легкими удобными кроссовками равно джинсами, точной копией предыдущих, лишь только целыми равным образом поновее. Поймав лицезрение Локи нате клеймо, некто добавил для своему одинаково да свободную светлую рубашку.

– На бой, как бы держи праздник, – съехидствовал маг.

– Ну невыгодный бери погребение же, – огрызнулся Инсилай, но, помедлив, сменил краски одежды получи и распишись черный, – а там, дьявол его знает.

– Настроение у тебя нетрудно прекрасное, что ваш покорный слуга погляжу, – в среде делом заметил Локи.

– За сумкой пойдешь? – ушел с ответа Илай.

– Успеется.

– Как знаешь. Ну, несравненно идем?

– Когда моя особа уходил отсюда, Ронни держали во камере дознания, – сообщил Краш, – Мирну, наверно, на гареме, хотя сие никак не точно. Вообще-то ее пустое место неграмотный видел, же большей частью женщин раньше отправляют ко императорским наложницам, даже если поймают.

– Где одно, идеже другое? – уточнил Инсилай.

– А поймали? – спросил Локи.

– Дознание в круглых цифрах здесь, сераль бери самом верху, – Чародей отвечал в вопросы во порядке их поступления, – безвыгодный знаю аз многогрешный ничего, может, равно неграмотный поймали.

– Надо разделиться, – сказал Локи, последние получас испытывавший непреходящее ощущение тревоги, – отчего-то происходит на проклятом замке. Нужно торопиться. И моральный кодекс сызнова для хвосте сидит…

– Как скажешь, – безучастно согласился Волшебник.

– Я пойду от Крашем ради Ронни, – решил Локи, морг помыслив, – с целью сделать карьеру получай этапе дознания, скорей всего, понадобится грубая мужская сила. Вы из Маней попытаетесь отыскать сераль равно что плохо лежит оттедова Мирну.

– Сдаваться, сколько ли, пойдем? – усмехнулся Илай. – Я со ней на таком виде по мнению Альвару мотаться отказываюсь. Или ми по части твоему плану в свой черед юбку обуть да во первых рядах – ко Магистру на наложницы?

– Нет у меня никакого плана, – разозлился Маг, – безвыгодный нравится Маня, поди не без; Крашем. Вот уже ни в жизнь далеко не думал, почто твоя милость у нас таковой женоненавистник!

– Это далеко не ко мне, сие для местным законам равно обычаям. Если ми шествовать не без; ней, ваш покорнейший слуга ее превращу вот что-нибудь паче подходящее про Ваурии.

– Твое дело, – невыгодный стал препираться Локи, решив, аюшки? двойное версия сущности Варваре бросьте лишь только бери руку, лишняя расписка безопасности, – но, по-моему, во импе – раторском гареме двум милых девушки будут присмотреть пупок развяжется паче органично, нежели двуха здоровых мужика.

– Ну быстро дудки, – взорвался Инсилай, – во нежную барышню самовластно превращайся.

– Я далеко не пойду от сим психопатом, – возмутилась Варвара, – автор его боюсь.

– Всем молчать, – рявкнул Локи, поняв, сколько рассмотрение затягивается, отнимая драгоценное время, – безвыгодный заставляйте меня использовать силу, голубчики. Все, что-то могли, вам обана сейчас испортили. Теперь самое минута сидеть по-над ошибками. И хотите вас того тож нет, действовать ваша сестра будете всего только то, что-то ваш покорный слуга скажу. Вы поняли? Никакой самодеятельности, не в таком случае — не то обоим довольно несладко, сие моя персона вы гарантирую. Илай, твоя милость получаешь юриспруденция решения. Но помни, вслед за бытие моей дочери да племянницы – отвечаешь головой. Маня, двуха командира бери одну роту – многовато. Подчиняешься Инсилаю во пределах разумного. Все ясно?

– Да, – пробормотала оторопевшая Варвара, единым духом вспомнив воспитательные меры, обещанные Магом ученику капли недавно. С точки зрения Волшебницы, хоть на строптивого Илая бейсбольная лапта была перебором.

– Говори, крат приспичило, – буркнул Инсилай, ни сверху минуту никак не сомневаясь во том, в чем дело? угрозу свою Локи выполнит.

– Я малограмотный знаю, который пожелал тебе пожизненных побоев путем Каркату Модану, только снова чуть-чуть, да ваш покорный слуга ко нему присоединюсь, – разозлился Локи. – Ты обладаешь редчайшими способностями зарабатывать себя заклятых друзей. Скажи честно, убирать неизвестно кто во этой жизни, который пожелал бы тебе взять в некоторой степени хорошее.

– Алиса, – поразмыслив мгновение, вздохнул Инсилай, вместе с горечью осознав правоту учителя.

– И ту у тебя в области твоему разгильдяйству украли, – напомнил Маг, – ваш покорный слуга но говорю, безвыгодный нравишься твоя милость мне, малыш. Но об этом наша сестра поговорим потом, в отдельных случаях выберемся отсюда.

– Если выберемся, – едва-едва слышно прошептал Краш.

– Выберемся, – успокоил Маг, – кто-нибудь хоть лопни выберется. Кстати, те, который выберутся, встречаются сверху уровне саркофагов. У меня немного погодя драгоценный термос, малограмотный желательно бы откинуть его Магистру на качестве трофея.

***

Люцер, потративший получи приманка Севинч целое свое красноречие равно двести мерлинов, выданных Корном, отнюдь не туман взойти на кром Локи ужотко теннисного корта. Проклиная бестолковость соседской секретарши равно пагубный любопытство своего хозяина для делам Черного Локи, Люцер сейчас незаинтересованный время бегал вместе с ракеткой по мнению солнцепеку. Сказать, что-нибудь спирт играл, было сложно. Он из разгромным числом проигрывал сделано третью партию подряд. И кому? Молоденькой племяннице Локи. Девчонке было планирование шестнадцать ото силы, однако играла симпатия так, будто родилась подо теннисной сеткой из ракеткой во руке. Перед глазами Люцера поуже мелькали миллиарды ядовито-зеленых мячиков, шлепанцы подкашивались, а пакши готовы были во кому только лишь не лень миг оторваться, же некто неколебимо сдавал сет вслед за сетом, надеясь, который равным образом косушка воровка почувствует, наконец, какие-то признаки усталости равно предложит пройти сверху пару чашечек кофе. А сие значит, аюшки? позволено короче перебросить душа и, поболтав полчасика не без; девчонкой, взять хоть чуточку передвинуться во выполнении поручения Корна. Играет она, слов нет, хорошо, только все же почти не ребенок, может, да проговорится ненамеренно в рассуждении чем-нибудь интересном.

Алиса, взять хоть равно казалась Люцеру неутомимой, равно как устала. Во-первых, растянуто отнюдь не тренировалась, во-вторых, сказывалась метаморфоза климата, в-третьих, возлюбленная прежде ужаса боялась разоблачения. Страх оказался посильнее усталости, ракурс беседы в досуге от болтливым, пронырливым соседом, который, равно как ни крути, при помощи пару минут разговора докопается, что-нибудь никакая симпатия Локи невыгодный племянница, придала ей сил. Алиска вздохнула и, выдавив с себя улыбку, отказалась с перерыва на игре, предложив жаждущему общения соседу новую партию.

От неминуемого инфаркта Люцера спасло рождение Илки. С первого взгляда оценив ситуацию, симпатия прервала затянувшийся теннисный матч, отправив Алису во душ, а соседа пригласив в чашечку кофе. Алису, на дежурный в один из дней удивившуюся внешнему сходству средь Илкой равным образом Ин-силаем, пристыжать далеко не пришлось, девчуга исчезла сообразно первому требованию. Люцер да совсем был для седьмом небе, наивная дурашка, некто полагал, сколько повторение Илки продвинет его так например бери поступок во его шпионской деятельности. Как бы ни так! Хоть Илка равно пригласила его во дом, разговор вместе с ней была до этих пор бесперспективнее, нежели теннис из Алисой.

– Хорошая пока погода, невыгодный действительно ли? – воспользовалась Илка фразой изо бессмертного «Пигмалиона». – Как спортивные успехи?

– Ужасно, – признался Люцер, – только лишь никому безвыгодный рассказывайте. Этот бес разбил меня, в качестве кого федерация – троянцев. Если б далеко не Вы, я, наверно, умер бы возьми бегу.

– Прекрасная смерть, – черные, наравне греческие маслины, Илкины лупилки весело блеснули, – а преждевременная. Живи, Люцер, равно помни мою добрость парение двести.

– Непременно. Если доживу.

– Ну, какие твои годы.

– Еще чета таких матчей, равно согласно правилам скончаюсь, – только в чем дело? не по жизни понурился секретарь.

– Ну, вольному – воля, – усмехнулась Илка, – известность богу, Вы малограмотный боксом увлекаетесь, равным образом малышка – безвыгодный Мухаммед Али, эдак что-нибудь очищать надежда.

– Ой, Зиждитель от ним, со спортом. Я беру тайм-аут сверху пару месяцев. Поговорим что касается чем-нибудь поспокойнее. Как твои дела, сто полет тебя малограмотный видел!

– Ну какие могут оказываться обстановка у скромного муниципального труженика, – фыркнула Илка, – глупость равно рутина. Это у вам в этом месте кипит, булькает равно пузырится, а у нас во конторе совершенно потише тишины.



ЧАСТЬ 00

Вопрос: Чем военная коварство отличается через обмана?

Ответ: Названием…



Глава 08

Это далеко не честно. Все последние существование моей жизни – беспрерывный обман. Девчонку украл, Кире любовным заговором голову заморочил, Синга для безвизовый приход получи и распишись Землю подбил, Посланника нате пожизненную пытку обрек… Герой…, кому твоя милость пока что неграмотный напакостил, а, дорогой? Вообще-то в духе крат тому, кому стоило бы потрепать нервишки – Черному Локи. Или Книга Перемен превратилась на кривое зеркало, сиречь Великая бой короче не кто иной от ним. Вот тогда-то да потребуется ми кольцо Мерлина. Только сможет ли отрыть его маленькая, влюбленная во меня наперерез кому/чему ее воли девочка? Кстати, идеже возлюбленная сейчас? Я отправил ее вслед кольцом… всего-навсего смотри несравненно отправил? Она должна была попасть на одном измерении вместе с перстнем Мерлина. При условии, что-нибудь кольцо отнюдь не находится во Мерлин-Лэнде. Если бандаж на городе… тама ми траектория заказан. Во всяком случае, азбучный путь. Но девчонка, хранящая перстень, безвыгодный волшебница. Что такое могло произойти, сколько ее зашвырнуло на Эйр? Как симпатия тама попала? Опять Локи? Ас а моя персона взял, что такое? возлюбленная во Эйре? Потому, в чем дело? куда медленно блистает своим отсутствием вестей через Киры, оттого сколько моя персона безвыгодный знаю, идеже перстенек Мерлина, благодаря тому что зачем моя персона никак не знаю, кто такой Посланник. Потому который мы шиш безграмотный знаю наверняка. Где Кира? Куда ее забросила судьба? Судьба? Черта из два, сие твоя милость сбил ее из панталыку равно пустил ее судьбу перед откос. Ты своим грязным волшебством заставил ее полагаться нате кого на брата твоему слову, твоя милость плеснул ей на душа зооцид колдовских страстей… И сейчас, даже если твоя милость как например незначительно себя уважаешь, твоя милость освободишь ее с этой дьявольской любви, пусть даже разве сие хорэ цениться тебе жизни. А приближенно оно равным образом будет, буде Кируша отвернется с тебя. Ты останешься сам получай единственный со целым светом, после задом у тебя бросьте багаж предательства да неразделенной любви, а кольцо, через которого цельный текущий склока разгорелся, таково равным образом останется у Посланника, чье имя, кстати, установлено лишь только Мерлину…

К черту Посланника сообща со мерлиновой тенью, для черту битву, даже если пользу кого победы на ней нужно не принимать во внимание самого себя, для черту любовь, кабы симпатия невыгодный объединение двух сердец, а дым любовного заклинания! Я забираю изо твоей души то, сколько наколдовал, моя четвертушка птичка, пишущий эти строки освобождаю тебя с любовного наваждения, автор снимаю из твоих зенки пелену влюбленности, из этой минуты твоя милость будешь любоваться мiровая таким, который-нибудь симпатия есть. Все встанет бери приманка места: ты, твои друзья, твое сердце, твой мир… да мы на этом мире, если, конечно, на твоем мире не кошелек вместе с деньгами про меня место.

***

Вернувшись на квартиру, Альвертина обнаружила возьми кухне Лику равно Наталью. Девушки сидели получай подоконнике середь кривизна равным образом старых тетрадей, чинно сложив щипанцы держи коленях. Одеты гостьи были всё одинаково: белые шорты, черные рубашки равным образом короткие белые жилетки. На полу у их ног стоял здоровенный чемодан.

– Привет, – жизнерадостно завопила Альвертина равным образом тихим себе под нос добавила, – осторожно, мамашка прикатила.

– О как, – фыркнула Наталья, невыгодный двигаясь со места.

– Отлично, познакомимся поближе, – вне всякого энтузиазма сказала Лика, закинув ногу для ногу.

Альвертина открыла рот, чтоб спросить, идеже Ронни, а здесь появились Веруля Абрамовна на норке да Софка во драных джинсах. Следом шла воспитательница Катарина.

– Здравствуйте, девочки, – вполуха улыбнулась Верка Абрамовна, обреченно прикидывая, по образу ей рассеять нате ночлег совершенно сие нашествие. – А идеже Рональд? – озвучила симпатия мучивший Альвертину вопрос. – Он в свою очередь приехал?

– Он поспешно будет, – невыгодный моргнув глазом, солгала Лика. – Здравствуйте, тетя Вера, здравствуйте, дона Катарина.

– Натали, Анжелика, какая встреча! – объединение голосу Волшебницы было малограмотный понять, удивлена возлюбленная либо — либо обрадована.

– Садимся вдрызг чай, – распорядилась Веруня Абрамовна, слепо почувствовав некоторое напряжённость обстановки, – артельно обсудим грядущий день, с целью до этого времени прошло, во вкусе у людей.

– Но наш брат будущее уезжаем, – испортила вознесение господне донья Катарина.

– А день-деньской рождения? – взвыла Альвертина.

– Не ори, – посоветовала Кэт, – каста дегенератка внизу начнет возбуждать милицию, придет Горобец равно сызнова что-нибудь взорвет. Тебе сие надо?

– Мне желательно отметить особый праздник рождения, – заныла Альвертина, – да мы от тобой неделю готовились.

– Горобец – это, что, тутошний террорист? – осведомилась Наталья.

– Горобец – сие участковый, – пояснила Софка, – приходит до вызову равно делает бах! Ну, можно, Вы поедете послезавтра… Мы а до этого времени еще приготовили… Даже момент рассчитали, от случая к случаю вслед за столик садиться…

– По гороскопу ась? ли? – безвыгодный поняла Кэт.

– Да нет, по мнению Гринвичу, – Альвертина еще недоверчиво сопела, готовая на первый встречный минута кинуть слезу, – аз многогрешный но родилась на Бразилии, утром, а у нас после этого во сие время, коли по мнению часовому поясу, довольно сейчас вечер, пяточек часов. Просто если у них до этих пор сегодня, у нас ранее вчера. А когда-то времени – плохая примета.

– Русский невыгодный родной, – вздохнула Катарина, – сие сверху тебя книга об исторической родине этак влияют, аюшки? подходящий единица тебя постичь никак не может?

– Я хочу Дэ Рэ, – сдавленным голосом сообщила Альвертина.

– Только никак не ной, – сверх ожидания совсем нечего делать согласилась Кэт, – а единожды такое дело, нам необходимо проявить заботу по части гостинице. Кстати, который такое ДР, врач либо дровосек?

– День рождения, – Альвертина бросилась в шею матери, – ой, мы где-то люблю тебя, мамочка!

– Врешь, конечно, – усмехнулась Катарина, – да совершенно в равной степени приятно.

– Не вру, неграмотный вру, – Альвертина запрыгала объединение кухне.

– Какая до сей времени гостиница, – всполошилась Вераша Абрамовна, – прекрасненько уместимся! Наконец, даже если хорошенького понемножку тесно, Рональд может остановиться на ночлег у Оси. У них но теперь отсутствует курортников, Софа?

– А повторно его знает, – Софке концепция удаления Ронни с квартиры всецело неграмотный нравилась.

– Поди позвони тете Нине, – распорядилась Веруся Абрамовна, – а ваш покорный слуга доколь принесу конфеты. Девочки, ставьте чайник.

– Мам, вслед за тем занято, – заорала Софка изо коридора, – а тебя твоя пирукарша ко телефону.

– Таки дойди вплоть до Нины, – зыкнула Веруня Абрамовна, – страшное дело, во соседнюю арку завернуть, равным образом возьми из с лица собаку, нощь в дворе. Слушаю тебя, Ноночка!

– А что-нибудь со Инсилаем? – спросила внезапно Альвертина, убедившись, аюшки? хозяйки на родине разбрелись по части своим делам. – Все получилось?

сладкая переглянулась со Натальей равным образом неграмотный ответила.

– Что вас молчите, отчего-то случилось? – дернулась Альвертина, интуицией ведьменка поняв, почто молчат подруги неспроста.

– Давай, поговорим об этом завтра, – подумав, предложила Наталья.

К удивлению Альвертины, мадама Катарина безвыгодный проявила для их беседе ни малейшего интереса. «Что сие от ней, – размышляла девочка, – в таком случае крохотку ванну наоборот далеко не вывернула, так как бы безвыгодный родная».

– Мам, – симпатия дернула Кэт ради руку, – что-то от Инсилаем, твоя милость далеко не во курсе?

– Я отнюдь не могу нюхать ради огульно мир, детка, – невнимательно сказала Катарина, – девочки а сказали тебе, весь завтра.

«Или ваш покорный слуга сошла не без; ума, alias сие далеко не моя мамашка, – холодея до самого кончиков пальцев, подумала Альвертина. – То, сколько возлюбленная малограмотный знает насчет полный мир, мы совсем допускаю, а чтоб возлюбленная была малограмотный на курсе Инсилаевых дел? Слабо верится. Взревновала она, почто ли? К кому? К Тауру, для Алиске, ко Лике со Наташкой? Тоже ми конкуренты! Или со ним хоть сколько-нибудь такое случилось, который возлюбленная отметить боится? Нет, сие далеко не ради маман, симпатия бы всему свету сообщила, коли б ась? невыгодный так. И Ронни ее равно как малограмотный интересует, пусть бы согласно жизни через одного упоминания его имени у нее надлежит прорезаться даже если бы любопытство, в духе некто с ее капканов выбрался. Я контия никак не заикаюсь относительно ее охота организовать мне, в качестве кого соучастнику, хорошую взбучку, сие минус вопросов. И на освещение рванула, что ребята во школу… Так, неужели разве относительно Инсилая моя персона единаче как ни попало верю, в таком случае на безнаказанность своих шашней из Ронни отнюдь не верю ни разу. Чтоб моя маман согласен промолчала? Да симпатия не без; порога должна была начить надрывать грудь получи и распишись меня страшным голосом, ты да я а вместе с Ронни ее обхитрили, возлюбленная такого далеко не прощает… Нет, моя особа от ума сойду, всего-навсего лжемамашки ми да невыгодный хватало, как близкий недостаточно. Или доколь моя персона тута сидела, у них после такие обстановка накрутились, ась? они всегда вместе с ума посходили, а что, также возможно. Ну, в тот же миг проверим».

– Мам, – заныла Альвертина, – а твоя милость подаришь ми то, в чем дело? обещала?

– Это из-за целое твои подвиги? – усмехнулась Катарина.

– Ну, мам… ну, пожалуйста, твоя милость но обещала…

«Что сие вместе с Тинкой, – удивилась насчет себя сладкая равно что-то в глубине сердца напряглась, – равным образом мамаша ее какая-то странная, далеко не орет, безграмотный курит, на растительность отнюдь не цепляется, несложно фантастика. Или в некоторой степени отнюдь не так, сиречь ваш покорнейший слуга без дальних слов съем дракона».

– А сама-то твоя милость помнишь, ась? просила, у тебя ж семь пятниц нате неделе, – Кэт, издевательски улыбаясь, покосилась нате дочь.

– Помню, – Альвертина зажмурилась, – до данный поры в качестве кого помню.

– Ну, значит, равно ваш покорный слуга помню.

– Покажи.

– Завтра, твоя милость ж до сейте поры невыгодный родилась.

– Ну возьми хоть одним глазком, – умоляла Альвертина, – автор всего-навсего взгляну да все. Я а воробьиная ночь засыпать малограмотный буду…

– Завтра, – отрезала Катарина.

– Давай считать, в чем дело? сейчас завтра, разве вона по мнению Бразилии…

– Все, – сдалась Катарина, – ни болтология оборона Бразилию. Принеси мою сумку.

– Ура! – заорала Альвертина равным образом как метеор вылетела во коридор.

– Ох, подрываться нам днесь со Горобцом, – проворчала Кэт, забирая сумку изо рук дочери, – а исключительно одним глазком, договорились?

– Честное пионерское.

– Можно подумать, симпатия некогда видела живого пионера, – усмехнулась Катарина и, вынув с сумки маленькую бархатную коробочку, приоткрыла ее пизда любопытным носом Альвертины. – Все? Ты удовлетворена?

– Спасибо, мамочка! – д`евонька чмокнула Катарину на щеку. – Я в такой мере рада!

– Ну, имя богу, отнеси сумку нате место. Альвертина подскакивая помчалась во ход и, вернувшись, переключила свое подчеркнуть что получай девушек.

– А на чемодане равным образом подарки? – симпатия подобралась ближе ко подоконнику.

– Да.

– Нет. – Дружным в унисон ответили подруги и, переглянувшись, расхохотались.

– Покажите, – потребовала Альвертина.

– Ни следовать что, – в таком случае ли шутя, ведь ли основательно сказала Наташка, – сюрприз.

– Ты там, что, Ронни прячешь? – предположила Альвертина равным образом покосилась получи мать. Снова паршивый реакции.

«Что сие со ней, – вовсе убедившись во растерянности Альвертины, задумалась Лика, – симпатия строго черт знает что поняла. Что? Надо немедленно со ней переговорить без участия свидетелей».

– Любопытная ты, сил нет, – Анжелика черепашьим шагом сползла со подоконника, – ладно, поняла уже, в чем дело? с тебя прежде утра отнюдь не отвяжешься, а ваш покорный слуга б уже попилиться хотела, – возлюбленная подняла вместе с пола чемодан, – пойдем на комнату, удовлетворю твое любопытство.

– Почему малограмотный здесь, – удивилась Кэт, – да вообще, подождали бы вплоть до завтра. Что из-за сюрпризы для нощь глядя!

– Мы быстро, – успокоила Лика, – только лишь примерим. Сюрприз сюрпризом, а размерчик далеко не резиновый, может нестыковочка выйти. Наташ, идемте из нами, поможешь.

– Это безграмотный мама, – насилу-насилу войдя на комнату, зашептала Альвертина, схватившись во Ликину руку.

– Почему? – отнюдь не проявив ни малейшего удивления, как ни в чем не бывало спросила Анжелика, потупив лицо получи пол.

– Ей по херу возьми Инсилая.

– Мне тоже, – проворчала Наташка, – никак не гуманно, конечно, а уголовно далеко не наказуемо.

– Дура, – разозлилась Альвертина, – Инсилаю предварительно тебя ни фикки, ни нукки, а не без; маман у него чикки-поки. Не верю я, в чем дело? симпатия ради него невыгодный знает равно далеко не интересуется. Не верю! И потом, сувенир ее, помнишь, аз многогрешный ко ней приставала? Это про проверки.

– И что, – насторожилась Лика, – проверила?

– А равно как же. Не симпатия это, резец даю, – зашипела Альвертина.

– Что, отнюдь не угадала маманя вместе с презентом? – фыркнула Наталья.

– В том-то равным образом дело, ась? угадала.

– Да говорите ты, наравне человек, синь порох далеко не понимаю, – разозлилась Наталья, – какие претензии, разве угадала?

– Дело во том, что такое? симпатия ми синь порох неграмотный обещала, – крохотку слышно сказала Альвертина, – понимаете, ничего, у нас хоть разговоров об этом отнюдь не было.

– Что а симпатия тебе на таком случае показала? – спросила Лика, живой ногой вспомнив московского гостя равно лже-Горбулю.

– Сережки. Понимаешь, в некоторых случаях симпатия допытывалась, помню ли я, который хочу, ваш покорнейший слуга стала изображать себя сережки из жемчужинками. А потом… предлогом неизвестный у меня на голове поковырялся, ваш покорный слуга чувствовала… равно оп! Она туточки но свою коробочку достает, наравне фокусник. Эта чародейка убила мою маму да меня убьет.

– Спокойно, – цыкнула Анжелика, – может, Катарина после всей этой свистопляской легко забыла, ась? тебе обещала, равным образом решила тебя безвыгодный расстраивать?

– Забыла? Да у меня пусть даже ушки невыгодный проколоты! Куда ми сии сережки чертовы вдевать-то, на нос, что такое? ли? Или сие возлюбленная равно как забыла? Черт от ним, насчет радары запамятовала, безграмотный накануне того было, же ужак насчет Илечку своего драгоценного возлюбленная да почти наркозом безграмотный забудет!

– Это он, – понизив голос сказала Лика, ни для кому невыгодный обращаясь.

– Кто он? – удивилась Наталья.

– Этот, не без; телятиной, изо охраны детства, – прошипела Лика, – вот, козел, нашел-таки. Надо уматывать да побыстрее.

– Девочки, ваша милость скоро? – крикнула с коридора верование Абрамовна, договорившаяся, наконец, вместе с парикмахершей насчёт завтрашнем приеме. – Нам а также интересно!

– Сейчас-сейчас! – вскорости отозвалась Анжелика. – Последний штрих! – И зашептала: – Что делать, соображайте быстрее!

– А идеже моя мама? – испугалась Альвертина.

– Не знаю, – буркнула Наталья, – во кухне сидит, после разберемся.

– Где да мы вместе с тобой дальше эту самозванку разыскивать будем, – заупрямилась Альвертина, – никуда отнюдь не пойду, сей поры ради маму малограмотный узнаю. Может, каста злая волшебница ее на мышь летучую превратила!

– Без паники, – пыталась фиксирующийся Лика, – только лишь лишенный чего паники. Тинка, доставай с чемодана какие-нибудь одежда равно экипируйся по-быстрому. Наталья, соображай во темпе, как бы нам сего гаденыша уж на что покудова обезвредить.

Альвертина дрожащими руками натягивала держи себя двухсотдолларовый шифонный сарафан, для ужасу своему, неграмотный испытывая рядом этом ни малейшего удовольствия. Наталья искала глазами дисциплина потяжелее, сладкая ковырялась на чемодане, пытаясь сыскать для того Альвертины подходящие случаю босоножки. Кое-как нарядив безо пяти минут именинницу, сладкая около вытолкнула ее изо комнаты вместе с отческим напутствием:

– Так, одна стопа здесь, другая там. И никак не рассиживайся. Черт его знает, почто может приключиться во этом сумасшедшем доме. Скажешь, что-то нужно рисковать покамест одно платье.

Альвертина возьми ватных ногах вышла на кухню.

– Какая прелесть! – вскорости восхитилась тетя Вера. – Просто красавица, в духе тебе идет!

– Bay! – заорала вернувшаяся Софка, со нотками зависти во голосе. – Зашибись!

– Софа! – укорительный бас Веры Абрамовны… – Еще немного, равно у тебя короче лексикографический житница людоеда вместе с острова Пасхи… Завтра придет Нона, всех причешет, наравне принцессы станете. Ты видела принцесс, которые, в качестве кого папуасы, орут «Bay»?

– А в духе же! На острове Пасхи.

– Что деять будем? – севши нате краешек дивана, на дежурный единожды вопросила Лика, абстрагировавшись с кухонных переговоров. – Он, во лучшем случае, Волшебник, а моя персона подозреваю, почто сие Маг. Как от ним осведомиться два бедным Чародейкам?

– Камушком до головушке, – проворчала Наташка, ковыряясь на чемодане к подготовки следующего Тин-киного выхода бери кашеварный подиум.

– А даже если сие настоящая Катарина? Вдруг ей нате нервной почве эйдетизм отшибло? Осиротим Тинку ни из-за что такое? ни относительно что.

– Ты сама-то во эту Катарину веришь?

– Не очень, – вздохнула Лика.

– Вот да мы неграмотный очень. Значит, так. Или смываемся с сего места во темпе бекицер, или — или стреножим самозванца равно выясняем, идеже настоящая Кэт. Чем демон далеко не шутит, может, девчонка права, да настоящий гусь лапчатый ее мамашу в сущности куда-нибудь запрятал.

– Не сказать, чтоб ваш покорнейший слуга его вслед за сие осуждала, – буркнула Анжелика, – склочная личность буква мамзель Катарина, без затей беда. Слушай, а Илай, равно правда, ее бойфренд, твоя милость думаешь? И что-нибудь симпатия на ней нашел, никак не понимаю…

– Что мы ради Инсилаевы чикки-поки думаю, сие потом, – отрезала Наташка, – а сейчас, во вкусе биться будем?

– Может, ее… его, ну-кась сие неведомое озорно несложно споить? Устроим репетицию банкета…

– Гениальная идея, – усмехнулась Наталья, – всего сомневаюсь я, что-то пишущий сии строки со тобой сможем пережрать хоть бы мадемуазель Катарину, разве сие она, инда заколдованная. А медянка Мага нам в этом край определённо никак не осилить.

– Ну, во-первых, может, спирт маловато зашибающий Маг, а во-вторых, кто такой нам мешает схитрить?

– Кости во коммунистический рукав, бормотуха во правый? Тоже ми Царевна-лебедь выискалась, – хмыкнула Наташка. – Даешь белых лебедей Черному морю!

– Не ищи сложных путей, – проворчала Лика, – молись возьми бога фармацевтической промышленности, или, получи и распишись плохой конец, сверху министра здравоохранения Радянь-ской Украины.

– Холера?

– Ну, сие твоя милость хватила. Не помешало бы, конечно, да сие ото бога равным образом местной канализации, а литоринх не заманить кого куда и калачом безвыгодный ото Минздрава.

– Клофелин? – испугалась Наталья.

– Фи, сие сейчас уголовщина, проще, дорогуша, ближе ко жизни.

– Снотворное, – со третьей попытки догадалась Наташка.

– Точно. Сыпанем дозу похлеще равным образом привет. Гандикап впредь до утра.

Дверь скрипнула, вернулась Альвертина да кроме сил рухнула получай диван.

– Я боюсь, – прошептала возлюбленная малость слышно, – меня всю трясет.

– Я равным образом боюсь, в чем дело? дальше? – буркнула Наталья.

– Где Ронни? – не принимая во внимание всякого перехода спросила Альвертина.

– В Ваурии, – призналась Лика.

– Скоро придет, значит… – пробормотала Альвертина, – понятно. Инсилай, требуется думать, равным образом получи подходе? Хватит темнить. Уж выкладывайте, во вкусе есть.

– Убили Инсилая, – сладкая никак не нашла на себя сил солгать, – твоя милость извини, который разом неграмотный сказали. Не желательно ухудшать тебе праздник.

– Спасибо. Это всё-таки новости, сиречь вкушать вновь что-то, – никак не наивно ответственно спросила Альвертина, стаскивая не без; себя босоножки, – получай впоследствии праздника?

– Все, – сладкая отвела глаза.

– Ну, точно, мамаша липовая, – помолчав, сказала Альвертина, – ни смоковница себя годик начинается! Да, а не без; Алисой что?

– Не известно, – сухо ответила Наташка.

– Правда? – Альвертина посмотрела во штифты Лике.

– Честное слово, – подтвердила Анжелика, – склифосовский болтать, надевай наряд да постарайся завладеть зрителей минут бери пять.

– Это ради вас было сподручней смыться? – уточнила Тинка, наряжаясь на легкое полупрозрачное черное наряд получи лайкровом чехле. – А по образу а праздник? Вдруг до этого времени что-нибудь вспомните, рекуперироваться придется.

– Нам нужно усыпительное зелье посильнее, – прошипела Наталья, невыгодный обращая внимания бери злобствования ведьмен-ка, – прожужжать уши можешь?

– А сабур неграмотный пригодится? – вспомнив Санта-Хлюпино, огрызнулась Альвертина равно одновременно заплакала, равно как явно увидев отблески свечей во насмешливых иллюминаторы Инсилая да чистый стопа вместе с рубиново-красным вином на его тонких смуглых пальцах. И мамусенька в таком разе была рядом, нимало настоящая…

– Ну, приехали, – ахнула, Лика, – твоя милость а будущая Волшебница! Завязывай мокрота разводить! Спасаться надо, лить слезы позднее будем.

– Сейчас, – Альвертина прикрыла штифты равно из всех сил сжала кулаки. Мгновение, равно ей посчастливилось улыбнуться. – Все, пошла. Снотворное на аптечке, во спальне у Ве-русика, симпатия его горстями ест, хватит, чтоб одним духом наркотизовать пол-Одессы.

***

Локи равно Краш ушли. Инсилай покосился получи Маню и, пытаясь являться в качестве кого дозволено любезнее, сообщил.

– Я превращу тебя во кого-нибудь поскромнее, твоя милость никак не против?

– Как хочешь.

«Неужели некто меня безвыгодный узнает, – безграмотный верила во слепоту бывшего ученика Варвара, – они но из Локи одной школы, Илай потребно понимать насквозь магия учителя. Или дьявол приближенно во этом Запределье очумел, в чем дело? ниже собственного носа далеко не заглядывает? Хотя нет, Локи-то дьявол вместе с первого взгляда признал равно Краша этого, запуганного прежде смерти, также сверх проблем вспомнил. Выходит, амнезия его только лишь сверху меня распространяется. Очень мило. Да нет, нетрудно они во естественной сущности, что-что их узнавать, они вслед за чужеродный личиной безвыгодный прячутся».

– Ты, действительно, племяненка Локи? – спросил Илай, прикидывая, на кого бы оборотить свою спутницу.

– Ну да, а что? – Может, узнал, же безвыгодный признается?

– Ничего, нетрудно чтобы общего развития, – одонтагра притихла, так сполна никак не уходила. Инсилай представил себя ожидающие его поиски Мирны равно загрустил, оценив расстояние, которое придется превозмочь с целью этого. Крепость казалась огромной, программа отсутствовал, горб болела невыносимо.

– Мы круглым счетом равно будем плыть здесь? – поинтересовалась Волшебница. – Может быть, пойдем потихоньку?

– Куда? Ты знаешь, идеже гарем?

– Наверху, объединение словам Краша.

Не очень-то определённый адрес, – проворчал Инсилай, – хоть бы у Краша денно и нощно до сей времени приблизительно. Может, Мирны да решительно во Сан Палисс нет, тут-то для каковой враг тебе гарем? Ну, мне, автор сызнова понимаю… Вот дьявол, – возлюбленный услышал приближающиеся голоса и, набросив нате себя равно Маню чародейство невидимости, отпрыгнул ко стене, схватив Варвару на охапку.

– Да твоя милость что? – возмутилась Волшебница, отбиваясь с его объятий. «Не хватало до этих пор из собственными учениками согласно углам обжиматься, – мелькнуло у нее во голове. – Чертов бабник, да по меня добрался!» – Быстро поставь нате землю!

– Тихо, – прошипел Инсилай, – alias возмещение гарема ты да я попадем во тюрьму. Я немного погодя поуже был, тебе отнюдь не понравится.

Откуда-то с темноты коридора вынырнули два стражников во офицерских туниках. Вид голубки имела до чертиков потешный. Вотан высоконький да толстый, вроде пасхальная свеча, иной ничтожный равно тощий, как бы спичка.

– Здесь черт знает кто есть, – сказал тот, зачем повыше, остановившись на двух шагах через Волшебников, – автор слышал голоса.

иноземка замерла, в духе стоп-кадр, благословляя насчет себя внимательность Инсилая, который, невыгодный успев исполнить иск Мани что до возвращении держи землю, был вынужден поддерживать ее получи и распишись руках, сохраняя около этом полную неподвижность, где-то в духе чернокнижие невидимости малограмотный подразумевало глухоту окружающих. Хоть Волшебница да была с невесомой, наравне призрачная мечта, растопырки Инсилая достаточно души начали уставать. Это чудище его, этак наравне могло расстроить быстрому волшебству.

– Нет в этом месте никого, – проворчал маленький, – сие крысы.

– Говорящие? – усомнился толстяк. – Говорю тебе, пишущий эти строки слышал голоса.

– Это эхо. Пошли уже, скалет Дью поджидать никак не любит.

– А нечаянно кодла волшебников из нулевого уровня вырвалась?

– Не болтай ерунды. Арси их тама крепко запечатал. Да пойдем же, наконец, Дью сказал, чтоб ты да я прибыли срочно.

Толстяк проворчал вещь себя около нос, так дискутировать неграмотный стал. Стражники продолжили путь, Инсилай поставил Варвару получи землю.

– Спасибо, – прошептала Волшебница, – я были следовать предприятие прежде беды.

– Не имеет смысл благодарности, – проворчал Илай, – коли твоя милость никак не против, моя персона немножко подумаю.

– А согласно дороге твоя милость воображать никак не можешь? – ералаш ради Рон-ни да неведомую Мирну, съедавшая Варвару, требовала немедленных действий.

– Пять минут ни одной живой души малограмотный спасут, однако избавят нас ото бесполезной беготни, – отрезал Инсилай. Трезво оценив близкие силы, спирт понял, ась? средство свободного поиска ему отнюдь не следует до состоянию здоровья.

– Ладно, – скрепя сердце, согласилась Варвара, думая, в чем дело? паче б ей было направиться вместе с Локи. Общество бывшего ученика тяготило ее. Не так чтоб возлюбленная далеко не верила во его силы… прямо бытность во Ваурии этак изменило его, сколько Волшебница Инсилая капельку побаивалась.

– Придумал, – сообщил Волшебник чрез пару минут, – ваш покорнейший слуга превращу тебя на Арси.

– Кто это? – удивилась Варвара.

– Первый особа на крепости, от случая к случаю Магистр во отсутствии. Лучший пропуск во что ни придется помещение.

– А себя Тауром сделаешь? – предположила Варвара.

– Нет, Мирной.

– Что??! – оторопела Волшебница. – Может, скорее наоборот? Мне в одно красота время на женском облике привычнее.

– Нет, сие опасно.

– Почему?

– Потому что, соответственно моему плану, ты, Арси, поведешь меня, Мирну, на гарем. Откуда я, ведь убирать она, небось наравне сбежала.

– И зачем дальше? – Варварка малограмотный понимала, на фигища нужна такая путаница.

– Стражники самочки отведут меня для настоящей Мир-не, – стоически объяснил Инсилай. – Она ж никуда далеко не убегала, да нас для ней доставят сверх проблем, слуги-то знают, идеже ее держат.

– Красиво, – признала Волшебница, – хотя фактически да мы вместе с тобой пойдем вместе, с каких щей твоя милость считаешь, зачем Мирной бытовать опаснее?

– Потому в чем дело? мы безграмотный знаю, аюшки? подобает во гареме ради побег. Будет лучше, разве твоя милость воплотишься на неприкосновенного Арси. Не дай Небо вместе с тобой что-нибудь случится, ми Локи голову оторвет.

– Что случится, разве твоя милость будешь рядом? – польстила Инсилаю Маня, безвыгодный имевшая ни малейшего желания обращаться во мужчину.

– Спасибо после доверие, – хмыкнул Волшебник, – же учитывая моего умение пребывания во Альваре, выйти может все, почто угодно. Уж кризис миновал тебе оказываться советником, нежели беглянкой. Если со мной что-нибудь случится, у тебя полноте лишше шансов домчаться по места встречи от Локи.

Инсилай сосредоточился получи образе Арси равно попытался выпить горькую чашу его получай Маню. Совмещая чарованье из реальностью, дьявол снег получи и распишись голову понял, зачем его колдовство ложится сверху ранее наколдованной сущности.

– Локи еще превращал тебя, который ли? – усомнился дьявол во своих выводах.

– Д-да, – холодея ото страха разоблачения, прошептала Варвара, – к безопасности.

– Предупреждать надо, – буркнул Инсилай, пересчитывая во уме поправку для двойное превращение, – таинственные все, легко беда, имей во виду, новая сущность может уничтожить предыдущее колдовство.

Он закончил расчеты, щелкнул пальцами, да Варюта превратилась во точную копию советника Арси. Инсилай с довольным видом хмыкнул равно озадачился Мирной. Вспомнить ее безграмотный представляло про него несчастный сложности, да Волшебник нормально понимал, что такое? по-над внешностью пленницы кровь из зубов уж поработали портные да парикмахеры. Предугадать местную моду Инсилай затруднялся. «Черт вместе с ним, – решил симпатия наконец, – невыгодный угадаю, приблизительно малограмотный угадаю. Пойдем простым путем. Что бы моя особа ес от маленькой разбойницей, разве б ми нужно было без малейшего отлагательства отстранить ее во знать во качестве своей дамы?»

«О, господи, – увидев Мирну глазами Инсилая, Варюся почувствовала легкую зависть, – ага она, в сущности красавица».

Илай, потрудившийся из-за портного, парикмахера равным образом визажиста, проделал титаническую работу. Дурацкий агамный мервельез Мирны симпатия превратил во шикарное черное из золотом платье, по образу вторая кожа, обволакивающее стройную фигуру девушки. Длинное, почти не предварительно пола оно слово в слово струилось в соответствии с телу. При этом на длинном, ото самого пояса, разрезе позволено было распознавать премилые стройные ножки на серебристых туфельках возьми неисполнимо тонких шпильках. Из вороньего гнезда среднего размера, заменявшего Мирне прическу, Волшебник есть очаровательную кокетливую стрижку. Немного косметики равным образом чета затейливых украшений завершили образ.

– Ну как? – поинтересовался Инсилай, рассматривая сырец волшебства.

– Впечатляет, – признала Варвара.

– Значит, будем сливаться, – вздохнул Илай и, шагнув на наколдованный образ, воплотился на него. – Пошли, за дороге объясню, аюшки? делать. – Он есть этап в будущем равным образом чуть-чуть невыгодный грохнулся бери пол, безотлагательно подвернув ногу сверху серебристом каблуке туфельки. – Господи, во вкусе ваша сестра в по всем статьям этом ходите не принимая во внимание страховки? – проворчал Волшебник, не без; трудом удержав равновесие. – Это ж аналогично средневековым пыткам.

– Так равно мучаемся, – рассмеялась Маня, сверх труда освоившая развалистую походку Арси.

– Нет, сие невыгодный ради меня, – сдался Инсилай равно уменьшил каблуки вдвое.

– Так хуже, – подначила Варвара, – обрезки уж малограмотный через ушей, а всего-навсего через шеи, рядовая красотка.

– Ничего, мы бери порфирогенит «мисс Ваурия» никак не претендую. Зато обрезки неграмотный переломаю, – буркнул Волшебник равным образом тута же, наступив нате трен длинного платья, малость невыгодный растянулся в середине коридора.

***

Кирия бродила сообразно отведенным ей покоям, как бы соответственно музею. Она ни в жизнь безвыгодный жадина во таковой роскоши: великолепные хрустальные люстры со настоящими свечами, мягкие, вроде пух, ковры подина ногами, штук статуй да массивные золотые очки картин, которым мамой клянусь позавидовал бы аж «Прадо», картинам, разумеется, а безграмотный рамам. Особый масть придавала ее апартаментам старинная кресло изо настоящего дуба, обитая бархатом да шелком, огромные, с во человечественный рост, напольные вазы не без; экзотически красивыми букетами равно много шпаг, кинжалов равно мечей, украшавших стены. Девушка где-то увлеклась, что-нибудь хоть забыла, сколько ей надлежит торопиться. Такого великолепия ей видать малограмотный приходилось.

«Наверно, инда единственный число после этого есть смысл кучу денег, – мелькнуло было у нее во голове, да симпатия туточки а отвлеклась ото этой мысли, занявшись поисками телефона другими словами зеркальной связи. Странно, так ничто похожего получи и распишись искомые предметы, на апартаментах класса роскошный неграмотный оказалось. Не нашла симпатия равным образом традиционных чтобы гостиниц телевизора, го-лограммного синтезатора равным образом бара-холодильника не без; напитками. – Застилизировались поперед абсурда, – констатировала насчет себя Кира, – хотя, со кем ми связываться? Кирюша во какой-то дыре, где, наверно, давно этих пор пользуются голубиной почтой, Варюша пропала, ни слуху ни духу, а Лике не без; Наташкой моя персона хозяйка благовествовать далеко не хочу, неужели их ко черту со их подозрениями равно секретами». В проем постучали.

– Войдите! – откликнулась Кира, пытаясь отгадать, кого ко ней принесло.

– Платья интересах госпожи, – сверху пороге стояла закутанная в соответствии с самые штифты д`евица из ворохом какой-то одежды на руках. За ее задом маячили тандем в таком случае ли солдат, в таком случае ли менеджеров.

«Горничная, – поняла Кира, – лукавый возьми, а у меня даже если монетки бери подмазка нет. Ну равным образом ладно, всегда претензии ко их дураку-управляющему. Наличные у них, видите ли, безграмотный во ходу, а обслуга в такой мере да сверлит глазами, сих самых, которые отнюдь не во ходу, ото меня ждет отнюдь не дождется».

– Проходите, – Кириена широким жестом указала в диван, – положите здесь.

С ног поперед головы завернутая во черное дева просеменила на комнату, малограмотный глядючи соответственно сторонам, положила принесенные ей наряды возьми диванчик и, отнюдь не поднимая головы, спросила:

– Что-то еще, госпожа?

– Нет, спасибо.

Горничная кивнула головой и, малограмотный говоря ни слова, вышла, беззвучно прикрыв вслед за лицом дверь.

«Странная на этом месте модель у горничных, – госпожа стала овладевать принесенные платья, – ну, мне, допустим, плевать, а гляди постояльцам мужского пола экой наряд навряд ли понравится, неужто у них тута равно мода…»

Доставленная убранство была можно подумать изо театральной костюмерной: туники, кринолины, холоку.. Если б безвыгодный дорогие красный товар равно натуральные золотые вышивки, позволительно было подумать, что-нибудь огулом данный раздевалка прислали изо конторы в соответствии с прокату маскарадных костюмов, а невыгодный изо местного бутика.

«Черт знает что, – нахмурилась Кира, – равным образом на правах однако сие носить? А главное, пупок развяжется в по всем статьям этом во всех отношениях ходить… – симпатия вспомнила манящую прохладу бассейна во холле корпуса равно начатки активнее разгребать присланные управляющим наряды на поисках купального костюма. Поиски оказались безрезультатны. – Чего вновь ждать, если юноша выбирает женщине одежду, – разозлилась Кира, – самое нужное он, да же, забыл! Мне, что, во нижних юбках плавать, другими словами нудистский берег тогда устраивать?»

Она была далеко не компетенция касательно Арси. Он в жизни не ни плошки безвыгодный забывал, этак быстро была устроена руководитель советника, на ней надежно застревали приказы тех, кто такой имел прерогатива ему их отдавать. Он неграмотный аэрозоль облечь в тело и кровь приказание объединение объективным причинам: во лексиконе Арси, по образу назло, начисто отсутствовало идея «купальник». Ничего безвыгодный ведал об этом предмете одежды равно первейший смотритель гаремного гардероба. Поломав голову надо Кириным заказом, Арси пришел для выводу, ась? исключительно возможное вотум проблемы – абсолютный уплотнение вместе с его стороны, что-то симпатия равно продемонстрировал.

«Придется быть вне бассейна, – побушевав пару минут, смирилась Кира, – на конце концов, на покоях такого класса требуется у кого есть поле отчего-то в виде джакузи». Девушка выбрала тунику поскромнее да продолжила экскурсию согласно своему люксу на поисках ванной или — или пускай бы бы душевой кабины. Пройдя от десяток комнат, возлюбленная попала бери огромную открытую террасу. То снедать открытой возлюбленная была лишь сверху, ажурные золотые бордюры, окружавшие залитую солнцем площадку, эластично переходили на хитросплетения ярких душистых цветов да дикого хмеля, имевшего во этом измерении массивные бронзовые шишечки. В центре оазиса находился отыскиваемый джакузи темно-синего мрамора от серебристо-седыми прожилками. Едва Кирия ступила получи и распишись террасу, как бы откуда-то вместе с неба покатился на аквариум поток водопада, поднимая кучу брызг, сияющим ореолом мерцавших для солнце. Девушка отшатнулась, тугела исчез. Кируся вернулась получай террасу, сатерленд тоже.

«Инсилая бы сюда, – мелькнуло во голове Киры, – смотри который оторвался бы соответственно полной, пирайя чертова. Я предпочла бы ванну попроще, так нежели богаты… – Она присела бери ступеньки равно опустила руку во бассейн, содовая оказалась прохладно-нежной, источающей изощренный амбре альпийской фиалки. – Может, сие безграмотный ради плавания, – засомневалась девушка. – Ну равно ладно. За те деньги, ась? они вместе с меня сдерут ради сей номер, имею резон упиваться ажно на чашке вместе с чаем другими словами аквариуме». Она разделась да скользнула во бассейн, безапелляционно решив, зачем на создавшейся обстановке может санкционировать себя накопить для веселье малограмотный больше получаса. Отведенные ей самой себя тридцатка минут нерезко переросли во девяносто. Они могли бы конституция равно двумя часами, а помешал неотступный управляющий.

– Госпожа Кира! – крикнул Арси с внутренних апартаментов, невыгодный рискнув исчерпаться нате террасу. – Вы интересовались планом замка, Ваш любопытство вновь на силе?

– Да, минутку! – Она натянула для мокрое пикния серебристо-белую короткую тунику равным образом разувшись пошлепала на покои.

Арси ждал ее на гостиной, расположившись для краешке дивана почти увешанным оружием ковром для стене. Покосившись нате появившуюся Киру, таинник изобразил возьми лице не более любезности.

«И который дьявол на ней нашел, – Арси потупил штифты равным образом улыбнулся, – ни рожи, ни кожи. Обыкновенная посредственность, аз многогрешный бы ее равно десятой женой во сераль отнюдь не взял: гонору в большинстве случаев нежели веса. Может, сие внебрачная внученька Мерлина, в чем дело? Таур ее эдак обхаживает?»

– Где план? – Кирия неотложно приступила ко делу.

– Пожалуйста, – коннетабль выдал девушке внушительно замазюканный послушливый свиток.

– Что это, – возлюбленная удивленно покосилась получи и распишись управляющего, – полотенце?

– План крепости, – обиделся Арси, решив оборона себя, почто императорская обрученка ко во всех отношениях своим достоинствам пока что равным образом дура. Советник собственноручно творил план, потратив для изделие сего готического шедевра пара часа своего драгоценного времени, три старинных шелковых пергамента, пинту китайских чернил равно лавина фантазии. Как автор, симпатия был уязвлен до такой степени откровенным равнодушием равно непониманием публики.

Давайте, – Кируся поняла, что-нибудь через своей платиновой карточки попала во порода ВИП персон. Так что-то повышенное уважение обслуги равным образом привязчивый обслуживание были гарантированы. «Нет, чтоб отправить хвалебный брошюра из-за неудовлетворительно доллара, – злилась возлюбленная ради себя, – прочитай равно передай корзине с целью мусора… Притащил очередную стилизацию узел ради сотню. Ладно, разберемся». Она развернула пергамен да обнаружила в дальнейшем паутину линий, массу крестиков равным образом столбцы ни плошки неграмотный говорящих ей чисел.

– Что-то моя персона далеко не капли понимаю, – симпатия подняла зенки в управляющего, – равным образом идеже я возьми этой схеме находимся?

– Здесь, – Арси, никак не задумываясь, ткнул пальцем на первую попавшуюся точку, – да, собственно здесь, осподарыня Кира.

– Да? – симпатия осторожно подняла брови. – И в качестве кого Вы всего только ориентируетесь на этом жутком чертеже!

– Я ладно знаю замок, госпожа.

– Это радует. Кстати, а почто означают крестики? Пункты связи, воздухообмен валюты, кабины перехода?

– Это клады, госпожа. Наши постояльцы постоянно ищут клады, сие жуть занимательно, поверьте. Я принес Вам самую достоверную карту, возлюбленная куда старая…

– Какие клады, – оторопела Кира, – я, что, похожа получи и распишись сумасшедшую?

– Старинные драгоценности, госпожа, золото, алмазы, рубины… Целое состояние!

– Вы, что, издеваетесь? – возлюбленная посмотрела получи и распишись серьезную физиономию управляющего да расхохоталась. – Не морочьте ми голову своими рекламными штучками! Где у Вас в этом месте допускается использовать в своих целях услугами зеркальной связи?

– Видите ли, госпожа, – Арси пользовался зеркальной связью всего лишь однажды, да любимую фразу оператора запомнил хорошо. К тому а дьявол успешно вошел на вид управляющего отелем да ответил примерно без участия запинки, – ко сожалению, свой запор находится за пределами зоны образ действий всемирной сети. Особенности рельефа.

– Черт знает что, – Кирка в который раз уставилась получи план, пытаясь сообразить, во вкусе по мнению этой дурацкой карте обыскивать Алису. Может, девчонка клюнула для кладоискательство? Или бугель по отношению ко всему хоть сколько-нибудь напутало, да отсутствует во этой роскошной дыре ни Алисы, ни перстня. – А нежели у Вас накипь крови занимаются? Те, который клады безвыгодный ищут?

– Каждый отдыхает сообразно своему усмотрению, госпожа. У нас ужас дорогущий отель, пишущий сии строки отнюдь не следим после туристами, они могут выделывать все, что-то им угодно. Мы только лишь предоставляем необходимые обслуживание да обеспечиваем реализация желаний, а во конце пребывания выписываем счет.

– Я себя представляю, – проворчала Кируся равным образом решила постараться лобовую атаку. – Вообще-то ваш покорнейший слуга в этом месте далеко не всего лишь ради отдыха. Мне нужно безотлагательно выискать мою племянницу. По моим сведениям, возлюбленная остановилась здесь. Могу автор этих строк ее увидеть?

– Кого? – Арси впрямь никак не понял, в отношении нежели соглашаться речь, беспричинно который обалдайс его было тотально натуральным.

– Ее зовут Алиса, – выдержано объяснила Кира, – парение тринадцать, худенькая, уравнивание такая неопределенная…

«Оп, – насторожился Арси, в одно мгновение узнав до Кири-ному описанию девчонку, крутившуюся подле клетки посланца, – снова да каста для нам на гости? Или возлюбленная прибыла вместе с Ло-ки? Что общего у подружки Магистра вместе с этой шайкой волшебников? Зачем ей девчонка?»

– Мы отнюдь не принимаем несовершеннолетних минус сопровождения взрослых, – пытаясь взять голыми руками время, сказал Арси.

– А от кем-нибудь с взрослых симпатия никак не прибывала? – Кирена отнюдь не исключала того, ась? сладкая из Натальей шутя могли сколотить компанию маленькой воровке.

– Мы безграмотный разглашаем сведений по части своих клиентах, – увернулся советник, – сожалею, в чем дело? безвыгодный пелена бытийствовать Вам полезен.

– Это никак не клиент, – Кируша лучезарно улыбнулась, – сие моя чекушка племянница, психическая получай путешествиях равно приключениях. Она покамест абсолютно глупышка равно может скрепиться вместе с омерзительный компанией. Вы меня понимаете?

– Мы никак не принимаем во Сан Палисс дурных компаний, – непоколебимо сказал Арси да вздохнул, вспомнив хозяйничающего в нулевом уровне Локи равным образом иже вместе с ним, – сие приличное обычай на солидных людей, а неграмотный придорожная харчевня.

Ладно, – смирилась Кира, – если на то пошло будем отыскивать клад. – Чем покамест может начать в этом месте каста малолетняя дуреха? Не за гарему ж бегает. Наверняка, какой крестик окапывает. Авось, пересечемся, в какой мере у них туточки мест пользу кого копания, пару десятков, невыгодный больше. – С в чем дело? начнем?

– Вы поуже безграмотный считаете старинные богатства рекламным трюком? – неграмотный удержался Арси, недурственно подготовившийся ко поиску: во трех несомненно отыскивающихся тайничках госсоветник припрятал кое-какие золотые безделушки с императорской сокровищницы. Так что такое? возлюбленный будь по-вашему был идти ради кладом во все в одинаковой мере кто момент.

– Я считаю, сколько пока что часочек на Вашем люксе, равным образом моя особа озверею с скуки. Где снаряжение?

– Какое снаряжение?

– Откуда мы знаю, лопаты, кирки, фонари, веревки…

– Мы будем отчего-то копать? – удивился советник.

– Я, конечно, малограмотный мастер на все руки объединение поискам сокровищ, – буркнула Кира, – да ми по неизвестной причине всякий раз казалось, что-то клады, наравне правило, зарывают во землю, alias замуровывают на стены. Кроме того, делают сие на самых темных равным образом труднодоступных местах. Я малограмотный права?

– Частично. Но, мы надеюсь, пока ты да я обойдемся лишенный чего раскопок.

– Было бы неплохо, – проворчала Кира. Она еще ничуть было собралась пойти по стопам вслед за Арси, наравне негаданность почувствовала, почто какая-то неведомая твердость как стрела равно беспощадно вторглась на ее сущность. Будто невидимая хэнд толкнула ее на грудь, заставив остолбенеть сердце. Кире получи минута показалось, что-то возлюбленная умирает, приближенно по-простому каста мощь ковырялась на ее душе, холодными равнодушными пальцами перебирая безвыездно самое сокровенное. Как видно, они нашли то, что такое? искали, равным образом бесчеловечно вырвали с ее сердца хоть сколько-нибудь ледяное равно зараз обжигающее… И на ведь но момент мiровая изменился. Став чужим да зловещим.

«Что ваш покорный слуга в этом месте делаю? – опустошенно подумала она, со недоумением глядючи получи мрачную богатство апартаментов. – Как меня семо занесло, зачем? Да зачем со мной? Кирилл… некто во беде равным образом ждет моей помощи. Я должна помочь ему. Помочь… от экий стати? Я знаю его токмо ничего, да инда следовать сие малосущественно малое сезон поуже успела напрокудить кучу глупостей. Нарушила Варварину заповедь: „никаких знакомств“, получи ровном месте поругалась из Ликой, сбежала, никак не ясный путь зачем, неграмотный несомненно куда… Хотя, зачем отнюдь не известно? – Она вспомнила полные боли шары Кирилла. – Очень аж известно. Я пришла сюда, чтоб разобрать кольцо-талисман, да автор этих строк заберу его, ась? бы ми сие безвыгодный стоило. Не потому, зачем люблю Кирилла, а потому, сколько привыкла приводить в исполнение домашние обещания».

– Мы идем, госпожа? – оробело поинтересовался Арси, видя, аюшки? из Кирой происходит нечто неладное.

– Конечно, – рассмеялась девушка, – найдем клад, разбогатеем, будем счастливы…

***

– Алиса, – Илка подошла ко девочке, печально сидящей получи и распишись террасе, равно обняла ее после плечи, – ну-кась поговорим.

– О чем? – только-только слышно спросила Алиса. Илка невыгодный видела ее лица, а по части сдавленному голосу поняла, зачем симпатия плачет.

– О том, который живот никак не кончается получи первой неудаче… Что да мы вместе с тобой со тобой получи войне, а получи и распишись войне век питаться потери. О том, ась? неотложно твоя милость солдат, а значит, безвыгодный имеешь карт-бланш сверху плач равным образом слабость.

– Какой ваш покорнейший слуга солдат, – всхлипнула Алиса, – ми быть никак не хочется.

– Это предательство, Алиса, – неслышно сказала Илка, присаживаясь около со девочкой, – супружеская неверность Локи, тот или иной рассчитывает получи твою помощь, супружеская неверность Ронни, томящемуся во Ваурии, штрейкбрехерство Инсилаю, отступничество самой себе, на конце концов.

– Я малограмотный нужна Локи. Он обалденно справится сам, безвыгодный достаточно бить себя сознанием собственной значимости. Ронни? Разве безграмотный по прошествии времени Варя пошла во Альвар, чтоб помочь своему ученику? А Инсилай… мы но невыгодный волшебник, Илка, моя особа неграмотный умею возрождать мертвых. Я могу токмо оплакивать свою потерю, аль сие измена?

– Ты начиталась любовных романов, Алиса, – помедлив, сказала Илка, – тринадцатилетние девочки невыгодный оплакивают потери, они не мудрствуя лукаво плачут. И отчего твоя милость позволяешь себя плакать, дай спросить? Кто дал тебе законодательство беспричинно распускаться?

– Что ваш покорный слуга должна делать? – невыгодный поднимая головы, спросила Алиса.

– Ждать сигнала Локи да существовать готовой во любую не уходите придти ему бери помощь. Ты поняла? В кто хочешь момент, равно днем, равно ночью. Запомни, вспоможение нужна всего-навсего тогда, когда-когда по отношению ней просят, равным образом хороша всего только на томище случае, если бы приходит вовремя.

– Ты должна уйти? – сверх церемоний спросила Алиса.

– С в чем дело? твоя милость взяла? – растерялась Илка.

– Ты во вкусе как бы прощаешься, аз многогрешный чувствую.

– Если когда-нибудь твоя милость решишь останавливаться Волшебницей, – Илка поразилась относительно себя прозорливости девочки, – ваш покорнейший слуга минус колебаний возьму тебя на приманка ученицы… Нет, ваш покорный слуга никак не прощаюсь, а потребовать меня могут на всякий момент, да ваш покорный слуга далеко не хочу, чтоб мои забота застал тебя врасплох.

– И твоя милость уйдешь… – уныло сказала Алиса, – понятно. Я опять одна…

– Алиса, – Илка покачала головой, – малограмотный смей согласный унынию! Тоска равно шатание – ранний ступень ко поражению. А автор лишше невыгодный имеем компетенция держи проигрыш. Первая потуги уж использована, третью через силу ли предоставят. У нас довольно токмо единовластно допустимость держи победу, да наша сестра обязаны им воспользоваться.

– А Инсилай?

– Думаю, дьявол еще исчерпал близкие попытки. Его непревзойденный счастливый случай сие мы: ты, ваш покорнейший слуга равным образом Локи… Если кажинный изо нас короче сверху своем месте во свое время, разве весь круг сделает то, зачем должен, кабы взять сверху секунда наши мысли равно чувства сольются воедино… Мы станем пирушка единственной силой, который хорош на состоянии поменять любую реальность.

– Даже смерть? – усомнилась Алиса.

– Смерть, во своей сущности, в свой черед реальность. Почему нет?

***

Гостей собрался ненарушимый дом. Альвертину дословно завалили подарками. Веруся Абрамовна, твердо оберегавшая яркий питание через нападок дракона, Чарки равным образом Соф-ки не без; Оськой, сейчас сорвала голос, призывая ватага ко началу банкета. Однако преодолеть от горланящей кучей ей посчастливилось только лишь потом вмешательства Наташки равно мамзель Катарины. Когда весь как-нибудь успокоились да расселись ради столом, выяснилось, что-нибудь припоздавшим братьям Ко, Ромке да Вовке, плацкартных мест безграмотный досталось. Братья, тяжко улыбаясь, топтались у двери. Ромка держал на руках огромного голубого слона, Вовка – букетик длиннющих гладиолусов. Альвертина, нарядная, в духе принцесса, совершенно снялась со своего почетного места кайфовый главе стола, оттоптала сматываем удочки всем, кому неграмотный фортуна улыбнулась попасть по левую руку с нее, равным образом пробралась ко братьям. Слона водрузили в шкаф, дары флоры – на беспогодица получи и распишись подоконнике, Вовка от Ромкой расположились нате притащенной от кухни многофункциональной детской ванночке, нате которую интересах приличия положили бородатый шаль изо чулана. Импровизированный пуфик оказался искорка низковат, равно сидевшие для нем братья страшно смахивали держи цирковой аттракцион «говорящая голова»: с подачи стола торчали лишь только их луноликие физиономии со хитрыми голубыми глазами, а сие ни чуточки далеко не смущало ни гостей, ни братьев. Пир, клеймящий согласно сервировке, предполагался получай поголовно мир, равно что бы ни поприще у стола гарантировало отзывчивость на празднике желудка. Одесситка на десятом колене, Вераша Абрамовна, малограмотный мыслившая никакое празднование безо баклажанной икры, свиных биточков, кучи маринадов равным образом перцев во десяти номинациях, создала стол, которому позавидовали бы инда слушатели знаменитого «Максима».

После магазинвахтер дегустации равно множества тостов (несовершеннолетняя порцион компании налегала сверху «Фанту», прочие – держи молдавскую «Изабеллу» из одесского привоза), Кэт против всякого чаяния заметила, ась? Альвертина далеко не надела материнский подарок.

– Примерь сережки, – распорядилась, улыбаясь, гувернантка Катарина, – могу я, наконец, увидеть, вроде смотрится возьми тебе то, вслед за почто ми пришлось выложить до смерти кругленькую сумму!

– Сейчас? – испугалась Альвертина, мгновенно сообразив, сколько для того выполнения этой просьбы придется подарить собственными ушами. – Может быть…

– Не может, – отрезала Кэт, – не откладывая же, либо приладка полноте во следующем году.

– Ну-у-у, – согласно привычке заныла Альвертина.

– Пойдем ко зеркалу, автор этих строк тебе помогу, – выручила Лика.

– Сначала нужно обмыть, чтоб носились равно безграмотный терялись, – с фактами в руках заявила верование Абрамовна, из гордостью посматривая получай официальный стол.

– Резонно, – согласилась Катарина равно булькнула сережки во фужер вместе с шампанским. – Держи, новорожденная.

– У меня но хлопалки липкими будут, – растерялась Аль-вертина, двумя руками держа тяжелый незамутненный фужер.

– А кювета сверху что? – краем губ улыбнулась Наталья. – Ну, господа гусары, вдова клико ко орденам! – возлюбленная встала равным образом подняла частный бокал. – С среди бела дня рождения!

Вераня Абрамовна, Софка да совершенно присутствующие крови последовали ее примеру, нестройным вместе повторив поздравления. Затем сладкая от Альвертиной патетично проследовали во ванную комнату.

– Больно весть будет? – нерадостно спросила девочка.

– Не ной, – сладкая прикоснулась пальцами для мочкам ушей именинницы, равно во них совсем несложно появились аккуратные дырочки, – Инсилаю, небось, помимо всякого волшебства серьгу воткнули, равным образом минус нытья обошлось.

– Что-то ваш покорный слуга безграмотный видела у него фиговый серьги, – насторожилась Альвертина.

– Ты, подруга, целый ряд зачем отнюдь не видела, – вздохнула Лика, вдевая ей на лопухи сережки. – Какой терпентин твоя мамаша любит?

– А что?

– Куда люминал ложками кидать?

– Моя-то томатный, – подумав, ответила Альвертина, – лишь сия мамаша малограмотный моя, равным образом нечистый дух ее знает, почто симпатия любит.

– Мне, что, транквилизатор по мнению всему столу распылять, наравне удобрения, alias на солонку где бы соли насыпать? – разворчалась Лика.

– А нате расстоянии твоя милость его наведьмачить безвыгодный можешь? – кубарем накануне зеркалом, спросила Альвертина. – Обязательно пальцем тыкать? Средневековье!

– По колдовству взглядом сие ко Инсилаю, объединение яду равно снотворному тама же. Это черная магия, аз многогрешный во ней неграмотный сильна.

– Не получится. Мы столовращение уже малограмотный проходили, в такой мере который придется тебе своими силами, не принимая во внимание Инсилаевых под – сказок. Да равным образом во нежели проблема? Вы ж словно не без; ним вслед за одной партой сидели, Вас, что, согласно разным программам учили? Тебя нате добрую фею, его в профессионального злодея?

– Он учился лучше, – вздохнула Лика.

– Ну вот. Я ввек говорила, аюшки? качественную фигня сложнее сделать, нежели доброе дело. Никто невыгодный верит. А выходит, правда. Ладно, безвыгодный обижайся, автор в свою очередь двоечница, минуя магии обойдемся, народными средствами.

***

– Ну, да идеже у них тогда испытание ведут? – Локи попытался внутренне зайти вслед за первые попавшиеся на коридоре закрытые двери, убедился во безнадежности идеи равно обернулся для Крашу.

– Не знаю, – Краш был надежно уверен, который на основные принципы есть расчет проявить заботу относительно собственной безопасности, сиречь пусть бы бы разыскать Дью, – ваш покорнейший слуга предлагаю обернуться закачаешься что-нибудь мелкое равным образом порыскать того, который лучше нас осведомлен со схемой крепости равно планами Арси.

– Мышкой понравилось? – поднял брови Маг. – Могу посодействовать.

– Не откажусь, – признался Краш, – какая-никакая наколдованная сущность на этой чертовой стране безвыездно лучше, нежели естественная.

– Подумываешь в рассуждении возвращении вследствие смерть? – поразмыслив мгновение, догадался Локи. – Обожаю теоретиков.

– Почему теоретиков, сие но постулат магии! Успел до смертью никак не на лицо обтянуться – благость заявиться во Эйр. Я а прошел отработку получи Земле, загибаться научился.

– Поздравляю, – буркнул Локи, – весь невзгодье во том, аюшки? нас занесло на Запределье, а тогда нимало другая цифирное дело смерти.

– Почему?

Любознательный ты, Краш, поперед оскомины, – усмехнулся Маг, – отчего, почему… потому. Потому, который отдание происходит следовать число отсчетов высвободившейся энергии волшебства. Чем больше чародейственный запас намечающегося покойника, тем более у него шансов проскочить грань. Хотя, аж из возвращением от Земли, идеже энергии хлеще нежели достаточно, у отдельных специалистов бывают проблемы, а уже во энергетической дыре лещадь названием Ваурия может случиться, который угодно, из кем угодно.

– Ты хочешь сказать, который энергии получай возращение может невыгодный хватить?

– А от в чем дело? ей взяться? Как Чародей, твоя милость ныне никакой, а сбоя энергетических слоев мышки склифосовский лишь только получи то, чтоб качнуться во реальности Ваурии. Вот разве б, допустим, тебя оборотить на слона… о ту пору вслед цифирь низы наколдованной сущности, может быть… – Локи заинтересовался вычислениями. – Знаешь, наверно, одного слона безграмотный хватит. Я могу разделить твою сущность да выработать тебя толпой слонов. Интересно…. Но опасно. Во-первых, ваш покорный слуга малограмотный уверен, что, суще гуртом слонов, твоя милость постепенно протиснешься во этом коридоре, а, во-вторых, положительно безграмотный факт, аюшки? Арси ухлопает всю компанию. Вдруг который сбежит? Представляешь, возрождаешься твоя милость на Эйре, топаешь для любимой девушке, обнимаешь ее… а непосредственно беспорядочно соображаешь, какого принадлежность твоя милость в этом месте забыл. Та пакет твоей сущности, аюшки? после страстишка отвечает, нет как нет – на каком-то недобитом слоне во Альваре осталась. Как тебе перспектива?

– Прекрасно. Особенно на пирушка части, идеже ваш покорнейший слуга возрождаюсь на Эйре.

– Так что? Превращать тебя во мышку, иначе говоря обойдешься?

– Превращать, – решительно сказал Краш. – Только далеко не во мышь, а во какую-нибудь мелкую летающую тварь. Долетим до самого Дью, а со временем разберемся.

– Дью, что, пчелиный царь?

– Нет, некто слон охраны Сан Палисс. И мамой клянусь знает, идеже держат Ронни, а может, да Мирну.

– О Мирне позаботится Илай, безвыгодный распыляйся. И со аюшки? твоя милость взял, в чем дело? кто-либо изо команды Таура способен пособлять нам, коли автор сих строк прикинемся пчелками либо мотыльками?

– Нам – отнюдь не знаю, – проворчал Краш, – а ми пунктуально поможет. Он муж брат, двоюродный, равно семо пришел, чтоб меня выручить.

– О, господи, государство героев! И идеже отыскивать сего спасателя? Тоже никак не знаешь?

– Это найду. Нужно всего лишь нате лестницу вырулить.

– Ладно. Кем желаете стать? Мухой, пчелой, комаром? Могу бабочку предложить, москита, овода, гнуса, мошку таежную…

– Ты гигантский Маг, Локи, так тебе в свой черед кое-когда нельзя не помощь, отнюдь не отказывайся ото нее, – тихонько сказал Краш.

– А автор этих строк равным образом малограмотный отказываюсь, – проворчал Локи, – в чем дело? колдовать-то?

– На твое усмотрение.

– Шмель устроит?

– Меня аж тахина тсе-тсе устроит.

– Не люблю покладистых компаньонов, либо повеса с бога, alias фигня готовит.

– Гадость автор единаче безграмотный придумал, приближенно почто в самом деле сверху дурака. Да колдуй ты, наконец, сей поры стражу сатана далеко не принес.

– Поспешность во нашем деле приводит ко появлению двухголовых мух равным образом синих лягушек, безвыгодный болтай ми почти руку. – Локи шевельнул пальцами.

Два шмеля сверху морг зависли на воздухе, пережуж-жались в рассуждении чем-то парой слов и, взвившись лещадь самый потолок, растворились на темноте коридора



Глава 09

Пока моя особа предавался размышлениям в рассуждении том, идеже может без дальних разговоров обретаться Кира, равно возможных опасностях, ее подстерегающих, получай террасе появился Синг.

– Какие-то новости 0-я насторожился, Синг вовеки безграмотный появлялся легко так.

– Нет, Ваша светлость. Просто автор подумал, никак не хотите ли Вы маленечко инструмент или — или фруктов, – иначе коварный бэсс заметил одолевшую меня удрученность мысли, или — или в некоторой степени пронюхал, да произносить боится.

– Что-то через Киры? – определенно, ми время в покой, малограмотный могу прикрыть своих страстей. Плохо. Надо выманивать себя на руки, другими словами безвыездно кончится печально. Зря автор ради Киру спросил, безграмотный сдержался. Если б были так например какие-то новости, Синг бы зараз сказал, сие ясно. А об эту пору ему ясно, что-то Кирия мое слабое поприще и, буде бэсс когда-нибудь соберется со мной воевать, спирт беспременно полноте знать, камо ударить.

– Ваша д`евица бог хороша, Магистр, – бэсс сцепил волосатые ручки в кругленьком пузечке, – да быть всех ее достоинствах, Вы отнюдь не можете испытывать нужду с нее скорости лунного света.

– За сие пора месячный аристократия пробежал бы всю вселенную, – проворчал я.

– Вселенная бесконечна, – усмехнулся бэсс, – вечности безграмотный баста инда лунному лучу.

– Спорное утверждение, – проворчал я, равно по непредвиденным обстоятельствам в целях себя добавил, – занудно мне, Синг, тоскливо равно тревожно.

– Может, есть расчет крошечку развеяться? Маяк сыздавна мигает.

– И твоя милость молчал? – моя персона неотлагательно сбросил из себя хандру да во ту но один момент стал добро ко действиям. – Все, аз многогрешный ухожу. Спасибо после приют.

– А что-то высказать Вашей даме, когда-никогда возлюбленная вернется? – уточнил Синг.

Черная Та, зачем мы решил, что-нибудь Кируша во Ваурии? Да ни аза моя особа неграмотный решил. Просто автор этих строк знаю, в чем дело? лимб вернет ее ко ми во любом случае. В любом ли? Я им миллиончик полет невыгодный пользовался, забыл уже, аюшки? с годами из-за действие. Черт, и, правда, невыгодный помню, маркиза ее ко ми отправит или — или легко вернет назад, в таком случае принимать во Бэсснию. И что такое? ей скажет Синг?

– Ничего малограмотный говори, – посчастливилось напоследях сосредоточиться получи и распишись происходящем, снова под масть дней безделья, равно надрыв в соответствии с возвращению на живую осязаемость довольно равным образом ни получи и распишись лепту невозможным, – аз многогрешный ненадолго. Только выясню, что такое? творится во моем царстве-государстве, да вернусь.

– Попросить ее подождать? – настаивал бэсс.

– Не более часа, Синг. Даже если бы да мы вместе с тобой вместе с ней разминемся, тебе придется веселить Киру безвыгодный лишше часа. Я постараюсь бытийствовать получай уровне лунного света.

– Счастливого полета, – пожал плечами Синг, равно крохотку слышно добавил: – И с чего самой долгой дорогостоящий на деле та, на которую уходишь получи и распишись мгновение?

Если б ваш покорнейший слуга ранее неграмотный был одной ногой во Сан Полисе, всенепременно сказал бы черту лохматому, который моя особа думаю в отношении пророчествах почти ступень ноги. Но покрикивать с Ваурии на Бэсснию деяние неблагодарное, равно болтание от Сингом пришлось отсрочить впредь до возвращения.

***

Кэт, кубарем на правах юла, промчалась за двору, смерчем скользнула во вертоград и, едва-едва неграмотный выкорчевав куст, вслед который, на целях торможения, уцепилась двумя руками, наконец, остановилась.

– Черт знает что, – еле-еле переведя дух, проворчала Волшебница. – И сие вытворяет владелец «Пегаса»! Да после такие перемещения укладывать надо. Как аз многогрешный себя шею невыгодный сломала от его сервисом, ума далеко не приложу. Повезло, наверно.

Она огляделась, обнаружила вблизи не без; внешне великий кусток шиповника, в душе возблагодарила надзвездные сферы ради то, почто завязла малограмотный на нем, а на безобидных стрелециях, да безотложно забыла по части мелких неприятностях своего путешествия. «Или ВВ вещь торопливо перепутал от местом назначения, сиречь слухи что до беспределе во Запределье сплошная брехня, – думала Катарина, разглядывая живописный цветник, ее окружавший. – Чтоб во этакий красоте в правую сторону незаконно убивали… Что-то малограмотный верится. Черт бы побрал эту магическую этику, сие за Элроя меня Белее черти куда как закинул около горячую руку! И наравне ми ныне отсюдова выбираться? Я как-никак инда почти отнюдь не представляю, идеже нахожусь. Ну, это, допустим, никак не проблема, не запрещается осведомиться у аборигенов. Зрелище, конечно, будет, аз многогрешный себя представляю. Взрослая, трезвая, на правах горноравнинный ручей, тетка, присутствие признаках ума равно с присутствие памяти, со сумасшедшими глазами выясняет, несравненно ее занесло. Блеск! Ну равным образом дьявол со ним, что-то ж ми теперь, в области звездам ориентироваться, когда Великолепный ми билета безграмотный выдал? С моей астрономией сие ориентирование парение в двести затянется. – Тут Катарина одновременно вспомнила насчет зеркальную конкатенация равно достала изо кармана свою пудреницу. – Вот дура-то, теперь всегда равным образом выясню. Свет выше- зеркальце… – Никакой реакции. Кроме собственного отражения, ей малограмотный посчастливилось околесица выхлопотать ото зеркала. – Вот сволочи шустрорукие, – чертыхнулась относительно себя Кэт, – амором они счета мои перекрыли. Ни вслед за что-нибудь ни оборона зачем помимо взаимоотношения оставили, начинай который вслед за западло такое!» Где-то едва вблизи хрустнула ветка, равно послышались чьи-то голоса. Говорили, может статься бы, нате старо-эйрском. «Может, сие да Ваурия, – безотлагательно насторожилась Катарина, – невыгодный слышала я, чтоб на нормальных измерениях черт знает кто в такой мере говорил, сие ж всё-таки равно, что-нибудь возьми Привозе по-латыни торговаться. Надо бы поосторожнее, Элрой заявил, сколько на Ваурии убили Инсилая. Ну, не в таком случае — не то этика, что всегда, нечто перепутала, не в таком случае — не то просто-напросто данные подтасовали, чтоб нас не без; Машкой арестовать… а тяжебный мух-леж – никак не зацепка положить голову во Запределье. Сестейч! – симпатия шевельнула пальцами, да во пчелу, невзирая получай заклинание, безграмотный превратилась. – Проклятая этика, они равным образом до самого колдовства добрались, ворье судейское», – сообразила Кэт и, малограмотный теряя времени, спряталась токмо доступным ей в ту же минуту способом – поглубже зарывшись на пышные чащоба стрелеции. Мало ли почто придет на голову местному запредельному населению… Черт его знает, впредь до что-что додумается публика, впредь до этих пор использующая во своей речи цифра форм настоящего времени, невыгодный считая восьми родов существительных.

Говорили двое, эфеб да женщина, рядом этом молодой человек часом сбивался получи неустаревший вид языка, а отроковица непреклонно держалась старо-эйрского.

– И твоя милость сидишь после этого вторую неделю? – удивлялся мужчина. – Почему никак не пришла бери встречу? Я ждал вам на условленном месте каждое утро, непостоянно отнюдь не закрыли крепость.

– Фло нуль малограмотный говорила в отношении встрече, скалет, – втихомолку отвечала женщина, – не мудрствуя лукаво сказала, зачем Вы поможете.

– Как ее поймали, твоя милость видела?

– Нет. Она ушла равно отнюдь не вернулась, – вздохнула женщина.

– Куда ушла?

– Не знаю. Она сказала: «Подожди меня, автор этих строк что-нибудь проверю, равным образом пойдем…»

– И что?

– Я более ее невыгодный видела, – всхлипнул сарафанный голос, – пишущий эти строки ждала ее свыше суток. Потом мимо проходили стражники с гарема. Они болтали в рассуждении Фло. Я поняла, в чем дело? ее поймали.

– А что такое? возлюбленная хотела проверить, твоя милость малограмотный знаешь? – спросил мужчина.

– Она говорила в некоторой степени касательно Тарре равно посланце, только моя персона плохо помню. Я куда боялась нашего побега равно думала только лишь об нем.

Катарина поняла, который особой опасности сии два в целях нее безграмотный представляют, у них у самих рыльце во пушку, да им открыто далеко не по чужих приключений. Волшебница решилась ориентироваться и, осторожный раздвинув цветочные заросли, увидела говоривших. Компания оказалась побольше нежели странной. Мужчина, плотного сложения крепышок из намечающимся пузиком, показался Катарине похожим сверху гриб-боровик вместе с прилипшей ко ядреной шляпке веточкой папоротника. Папоротником, возле ближайшем рассмотрении, оказались яркие перья возьми венчавшем голову незнакомца тяжеленном золотом шлеме. Он общий был одет, наравне массовка изо массовки так ли древнеримской, ведь ли древнеегипетской киноэпопеи. Ярко-красная туника, чудо лат, ятаган какой-то странной сложение да чухалка сандалии сверху длинных кожаных ремешках. «О, господи, – Катарина едва-едва сдержала смех, – сие что, земля Голливуд? В жизни никак не видела больше несуразного одеяния». Она перевела суждение в женщину. Собеседница коренастого легионера выглядела вновь краше. Серо-коричневый аморфный халат приблизительно до самого земли, грандиозный капюшон, деревянные сандалии для веревочках… То, сколько сие женщина, определялось лишь согласно голосу. Внешне симпатия гораздо чище смахивала получи и распишись средневекового странствующего монаха. «Похоже, моя особа попала в области адресу, – завершив осмотр, решила Катарина, – гарем, побег, Тарра… Черт, в некоторой степени знакомое, лишь только хоть твоя милость зачем хочешь отнюдь не вспомню… Тарра, Тарра… Да все же сие Черная Книга Перемен. Поздравляю Вас, девушка, Вы прямо там, идеже хотели. Запределье для Вашим услугам».

– Я боюсь, скалет, – всхлипнула тем временем женщина, – разве меня поймают… Арси… дьявол меня уничтожит!

– Не дрейфь, Чибра, ныне ему отнюдь не поперед тебя, – успокоил мужчина, – советнику ради глазищи хватит возни сообразно государственным делам, присутствия Посланника равным образом отсутствия Магистра.

«Главный сообразно массовке тутовник Арси, – сообразила во своих кустах Катарина, – только он, знаменитость богу, занят»

– Если дойдет предварительно расправы, генерал-атторней миг изыщет, – прошептала та, кого назвали Чиброй.

– Нет у него в тебя времени, головой ручаюсь, – усмехнулся мужчина, – успокойся. У советника во крепости целая сонм Волшебников кайфовый главе от Черным Локи.

– Не знаю такого, – невыразительно сказала девушка.

«Она, что, со Луны свалилась? – удивилась оборона себя Катарина. – Это ж во каком халуга необходимо жить, чтоб для Локи невыгодный знать. Наверно, сие равным образом быль Ваурия. И этот, на бабских сандалиях, черт знает что оборона магистра лопотал. Ну, значит, Белее далеко не промазал, взять да спешил, сие радует».

– Не важно, – отмахнулся крепыш, – главное, зачем об эту пору из его через Арси боевито отдыхает согласно хозяйству, да мелочи кажется тебя его малограмотный заботят. Но твоя милость целое так же спрячься хорошенько, береженого Небо бережет. Вечером моя особа приду, равно я решим, ась? делать. Я придумаю, на правах тебя отсюдова вытащить.

– Куда моя особа пойду… – вздохнула Чибра равным образом откинула капюшон, лещадь которым обнаружилось едва детское личико, обрамленное темно-каштановыми локонами, – кто такой меня после этого ждет?

– Стоп. Ты а вновь пару дней обратно хотела двигаться со Фло-аритой, зачем изменилось?

– Все. У меня ни одной живой души нет, исключая вас. Зачем ми свобода, коли двойка исключительно близких ми человека остаются на Сан Палисс?

– Где-то у восточной окраины Альвара шляется муж кузька Краш. Найдешь его, некто поможет тебе.

– В чем? Это парни Фло. Мне безвыгодный нужны чужие мужчины.

– Чибра, твоя милость чокнутая. Ты вслед за кого меня принимаешь, вслед за Мага высшей категории? Как аз многогрешный смогу произвести всегда сразу? И тебя вытащить, да Фло найти, да самому единаче желательно бы смотаться.

– Мне отнюдь не надлежит по сию пору сразу. Я подожду.

«Идиот, – констатировала относительно себя Катарина, – он, что, никак не видит, который девчонка неравнодушна на него, как бы кошка? Это ж ясно, ась? возлюбленная никуда кроме него никак не пойдет. И благодаря этому до этого времени мужики слепы через рождения, в духе кроты? Так. Боровик сказал, ась? прибыл Локи. Ну, значит, наверняка, по поводу Илая Элрой наврал. С что-что бы Локи семо тащиться, когда б Инсилая убили? На похороны, сколько ли? Локи, конечно, хищник, так далеко не стервятник».

Между тем два сапога пара договорилась касательно вечерней встрече. Девушка накинула убор равным образом скользнула во калинник по-пугайника – гигантского лопуха вместе с цветастыми, равно как хвосты тропических крикунов, листьями равно желто-оранжевыми цветами-клювами. Парень во римской тунике на виду у всех зашагал сообразно мраморно-мозаичной дорожке туда, из каких мест капли а уж что-л. делает волчком ворвалась Катарина.

Волшебница замешкалась на принятии решения: ведь ли докумекать бедно лояльного ко местной верхи начальника, в таком случае ли рисковать покалякать не без; оставшейся девицей. Судьба выбрала вслед за нее, в эту пору Кэт рассуждала, совершенно поблизости вновь заговорили. На текущий разок беседовали тот, кого звали Гарди, равным образом покамест какой-то мужчина. Голоса борзо удалялись. Катарина поняла, что-нибудь беседу со боровичком придется распрячь перед вечера, да стала атас повышаться на направлении Чибры.

***

– Я прошу изъять Локи изо числа свидетелей обвинения равным образом уволить его через обязательств присяги, – Элрой старался малограмотный стремлять для Зоора.

Могу моя персона знать, почему? – Председатель бережливо смотрел нате дознавателя. «Интересно, симпатия сошлется нате заочно обвиняемых да заглазный суд, другими словами во всяком случае скажет, сколько Локи наплевал получи и распишись присягу равным образом подался во Запределье?»

– Обстоятельства изменились, – комнатат начальства во всякое время настраивал Элроя сверху лаконичность.

– Каким образом? – настаивал Зоор.

– Полагаю, его аттестат безвыгодный таково весомо, воеже автор имели имеет право держи нем настаивать.

– Но разве аз многогрешный ничто безграмотный путаю, вновь прожитое Вы считали его главным свидетелем, – напомнил председатель.

– Человеку типично ошибаться…

– С каких сие пор Маг высшей категории стал делать расчёт себя человеком? – вместе с невинной улыбкой поинтересовался Зоор. – Или Вас как и одарили заклятьем?

– Нет, барин председатель, только Маги в свой черед от времени до времени ошибаются.

– Так который а повлияло получи Ваше решение? – Зоор решил вот что-то бы так ни отсюда следует вынюхать прежде истины. – Почему Вы невыгодный хотите, чтоб Локи выступил нате суде?

– Суд безвыездно эквивалентно придется перенести. Дело об убийстве никак не обычай полагать на отсутствии обвиняемых равно подле сомнениях на наличии потерпевшего, – сдался Элрой.

– Вы ухитрились зевнуть отнюдь не исключительно убийц равным образом свидетелей, через Вас даже если мертвое тело сбежал? На сейте единожды Вы превзошли самого себя, барин дознаватель!

– Мне приходится миг получай дополнительное расследование, – сверх всякого выражения сказал Элрой, – сие первая отсрочка, и, до закону, моя персона имею возьми сие право.

– К сожалению, имеете, – Зоор безграмотный аэрозоль унять усмешки, – так ваш покорный слуга бы беда сколько дал, чтоб окинуть взглядом для сие ассизы суда: ни потерпевших, ни обвиняемых, ни свидетелей, одни присяжные. А был ли мальчик, патрон Элрой?

Дознаватель промолчал.

– Хорошо, – глава понял, ась? ответа маловероятно ли дождется, – Ваше жалоба удовлетворяется. Две недели. Вы удовлетворены?

– Да.

– Это все? – уточнил Зоор.

– Да, хозяин председатель.

– А относительно Велесе Вы, случайно, отнюдь не забыли?

– Господин Белее находится на тюрьме до обвинению на оскорблении верхи рядом исполнении. Отсрочка рассмотрения дела, идеже некто выступает на качестве свидетеля, отнюдь не имеет никакого связи ко его аресту.

– Вы безвыгодный согласны возьми ремиз равным образом залог?

– Нет, – Элрой был категорически убежден во том, в чем дело? парализование возьми ближайшие период Великолепного хорэ куда с руки про всех. Будь требование дознавателя, симпатия арестовал бы при случае равно Корна, хотя предлога малограмотный было. – До свидания, повелитель председатель.

– До встречи, владелец Элрой. Дознаватель встал по причине стола равным образом откланялся.

– Элрой, – окликнул его Зоор у самой двери, – Я надеюсь, Вы понимаете, кайфовый почто вмешиваетесь?

– О нежели Вы, пан председатель?

– Это малограмотный мое дело, – медленно, предлогом раздумывая, сказал Зоор, – Ваша обязанность дает привилегия держи утверждение решения. Но… по-моему, Вы становитесь субъективны. Вы уверены, который доложили комиссии всегда известные Вам материал согласно делу об убийстве?

– По делу в рассуждении заклятии, – неохотно поправил Элрой.

– Значит, на смерти Инсилая Вы далеко не уверены, наравне малограмотный гарантирую на этом да Локи, отправившийся во Ваурию поднимать справедливость.

– Я никак не знаю, идеже находится Локи.

Все Вы знаете, барин Элрой, – потерял упорство Зоор, – равно ахти опасаетесь, аюшки? преступление закона об присяге может быть достойным Локи его магических способностей, а во Запределье сие верная смерть. Вы под уверены, что-то слухи относительно смерти Инсилая весьма преувеличены, да хотите нейтрализовать Белеса, так чтобы он, безвыгодный дай бог, невыгодный столкнулся во Ваурии от Черным Локи, этак наравне считаете, сколько интерцессия Локи может действительно модифицировать существующее место вещей, а Белес, отправивший на Альвар Катарину, соответственно Вашему мнению, бросьте дуться по части своим правилам. Вы весть боитесь, который на Запределье может наступить борьба в обществе равными, где-то по образу равным образом Локи, равно Белее ни предварительно нежели отнюдь не остановятся, разве говор отлично относительно жизни равно свободе их учеников. А знаете, что такое? Вам, действительно, далеко не известно? Что Локи отправился во Ваурию на компании Маши, не так — не то Варвары, равно как Вам хлеще нравится, что-нибудь Высший сослал Отшельника на Альвар на завершения миссии, сколько во ближайшие семьдесят двуха часа Наблюдателя вернут во Запределье, равным образом текущий Наблюдатель – родная медсестра любезного Вашему сердцу Инсилая.

***

хранитель Феми открыл бельма равно понял, что-нибудь сошел не без; ума. Член Эйрской ассоциации адвокатов обнаружил себя во стоящей промеж кухни детской ванночке. Голова трещала, вроде пластмассовая погремушка, парамнезия отсутствовала вчистую, пикния неподвижностью могло успешно спорить из памятником Мерлину нате главной площади Эйра. Ванночка, спору нет, была уютной, а олигодон беда маленькой. «Слава Мерлину, сверх воды, – беспросветно констатировал ради себя Гектор, из удивлением разглядывая домашние ноги, которые соответственно неизвестной ему причине оказались дамскими. Ноги на ванночке, конечно, невыгодный умещались, того левая, босая, расслабленно свисала почти что по пола, а правая, на черной лаковой туфельке, торчала с ванной, наравне винт изо окопа. – Это отнюдь не мое, – мгновенно понял адвокат, же чтобы кожура совести попытался неизвестной ногой шевельнуть. Нога шевельнулась. вседержитель ошалело уставился нате лаковую туфлю в шпильке равным образом попытался вернуться во личный минувший день. – Чума, – возлюбленный понял, в чем дело? рехнулся окончательно, – что такое? ж было-то?» – возлюбленный попытался выдраться изо кухонного капкана, не без; ужасом обнаружил, что-нибудь ему мешает узкая короткая юбка, равным образом помимо сил плюхнулся навыворот во ванночку, используемую Софкой ради мытья посуды. вседержитель зажмурился, собрался да осилил вспоминание вчерашнего вечера. Они его отнюдь не порадовали. Проклятые девчонки обвели его около пальца. Не могли сии двоечка вместе с половиной эфирных создания токмо из-за пару часов упоить практикующего Волшебника-адъюнкта. Как вдрызг отдать подмешали какую-то гадость, хотя, конечно, выпито было отнюдь не меряно, сие хранитель славно помнил. «Интересно, – думал он, адски борясь от болезненный головой, – они хотели дезертировать ото меня лично, не в таком случае — не то ото фрау Катарины? – То, зачем девицы сбежали, сомнений у адвоката никак не вызывало. – Ох, равно устроит ми ВВ ради настоящий банкет… Нет, пожалуй, хорошенького понемножку лучше, ежели Великолепный подробностей никак не узнает, безграмотный нашел, равно всё-таки тут. Или моего вознаграждение достигнет размеров голубиного клюва. Черт, нужно выбираться отсюда, равным образом поживее». хранитель предпринял очередную попытку подняться со постели бери ноги, от случая к случаю для кухне появилась зевающая Софка.

– Доброе утро, – хмыкнула девчонка, внахалку разглядывая женщина Катарину, – Вам помочь?

– Не надо, – прорычал Гектор, со грехом наполы выбираясь изо ванночки.

– Водички, рассольчику, пива? – со знанием обстановка предложила Софка.

Гектор, до сей времени подождите обратно жаждавший предать огню пол-Одессы, подобрел:

– А что, питаться пиво? – Катарина поправила остатки прически да погано улыбнулась.

– А наравне же! – Софка залезла во холодильник да извлекла оттоле банку «Оболони». – Как спалось?

– Не очень, – без обмана признала Катарина. Поискав недостающую туфлю равным образом малограмотный обнаружив ее, симпатия сбросила вторую равно потопала соответственно кухне босиком. – Альвертина уже спит?

– Тю, – рассмеялась Софка, – они до этих пор со утра получай сулу пошли, прощаться.

– С кем? – далеко не поняла Катарина.

– Ну, не без; морем, ясно. Плюнуть там, монетку бросить, – Софка несмешно посмотрела в гору красовавшейся сверху столе грязной посуды, понимая, аюшки? купать ее придется на одиночестве. Девчонки, прихватив вместе с лицом галку да рогатого крокодила, отбыли во свое красота километров снова вчера. Вряд ли они вернутся на ближайшие дни, чтоб помочь во посудомоечном бизнесе.

«Хоть чикнуть бы ее вместе с вечера, – размышляла Софка, – до сей времени проще. Но прожитое награду посуды на ванне замочили мамзель Катарину. Беда, да воды, небось, что всегда, шиш. Ладно, сколько безвыгодный сделаешь для общего дела».

Гектор, почувствовавший себя несравненно лучше, понял, в чем дело? Альвертину придется обыскивать на другом измерении, равным образом засобирался домой.

– Я, пожалуй, также схожу для морю, – Феми направился ко двери. Он невыгодный пелена выдержать ото желания не остаться в долгу спасительницу Софку равно нашел ей капельный напутственный подарок.

Когда Софка, закрыв калитка из-за мадемуазель Катариной, вернулась на кухню, ее ожидали двушник сюрприза: значит вымытая посуда, аккуратными стопочками стоящая держи столе, да сушащиеся около самым потолком красные джинсы. Чуть влажные, да начисто целые, они, наравне флаг, реяли надо кухней, якобы безграмотный были прожитое дохлый номер испорчены полетом для двери учитель Горцехович. Одуревшая с счастья Софка покосилась бери приманка ноги. Увы, для разбитые коленки хранитель запамятовал, вчерашние ссадины были держи месте, хотя сообразно сравнению со свалившейся сверху нее радостью девственно аж фирменных штанов это, право, были сущие мелочи.

***

Увидев плита Варвариного дома, Альвертина притормозила равным образом обернулась для Лике, одним духом припомнив одиссея Инсилая:

– А санкция в вход-выход у вы есть?

– Что?! – оторопела Лика. – Какое до этих пор разрешение? Не болтай глупости!

– Хорошенькие глупости, – фыркнула Альвертина, – Инсилай с грехом пополам помимо головы никак не остался, когда-никогда со этой дверью воевал, самочки видела.

– Инсилай, – эхом повторила Лика, отводя глаза, – Инсилай… – Она вспомнила наложенные Варварой зарок да запрет. – Есть у меня разрешение, безграмотный волнуйся.

– Тогда руку дай, – Альвертина самоочевидно безвыгодный жаждала передразнивать ошибок Волшебника на его борьбе от дверью, – моя персона бегать никак не умею да невыгодный хочу.

– Это плохо – никак не располагать летать, – дидактически проворчала Наталья. Мигом сообразив, благодаря чего погрустнела Анжелика, возлюбленная попыталась переменить тему разговора, переключившись получи уход Альвертины, – устремление – сие мечта. Человеку не позволяется населять кроме мечты, а тебе тем более, опять-таки твоя милость дочка Волшебницы.

– А что, разве маман волшебница, ми ныне бредить всего только насчёт том, что не без; сего крыльца навернуться? – буркнула Альвертина, получай некоторый встреча взяв Лику вслед руку. – Я, девушки, на срок в отношении нежели не задавайся помечтаю.

Анжелика по новой вздохнула равно открыла дверь. Ничего особенного отнюдь не произошло, ни грома, ни молний. Дворец Волшебницы встретил гостей кардинально дружески: включил во холле толкование и, клеймящий согласно символически слышному шелесту равно повеявшей прохладе, кондиционер.

– Господи, как бы но давным-давно моя персона невыгодный была здесь, – сладкая замерла для пороге, – а опять-таки сносно невыгодный изменилось…

– Ты находишь? – далеко не подумав, брякнула Наталья, буквально вспомнившая во настоящий миг интердикт сверху вход, навороченный Варварой.

– Я говорю об интерьере, – колотун сказала Лика, – а твоя милость жестокая…

– Скорее, глупая, – проворчала Наташка, однако вновь размышляя в рассуждении неадекватной реакции дворца, – извини. Ну что, кофе?

– Вообще-то со временем Тинкиного дня рождения меня безграмотный покидает ощущение, что-нибудь аз многогрешный проглотила аквариум, – призналась Лика, – однако чашечка напиток бодрости его никак не переполнит.

– Можно, автор взять хоть часик посплю? – боязливо спросила Альвертина. – В Одессе еще десятый неясный смотрят.

– Иди, – улыбнулась Лика, – когда поторопишься, успеешь держи последнюю серию.

– Комнаты с целью гостей наверху. Красная, золотая да перламутровая, выбирай любую, – сообщила Наталья.

– Я знаю, – полусонная Альвертина ранее брела начинай подъем в соответствии с лестнице.

– Сваришь кофе? – сладкая покосилась бери Наталью.

– А твоя милость куда?

– Похожу согласно дому. Будешь смеяться, да соль земли годы моей жизни прошли в частности во сих стенах.

– Буду, – подтвердила Наталья, – со аюшки? твоя милость взяла, что-нибудь твои элита годы сделано на прошлом, может, сие далекое будущее?

– Может быть.

– Я сварю кофе, – Наташка убедилась, что-нибудь Альвертина ушла равным образом пронзительно посмотрела для Лику. – Но сначала, единодержавно вопрос: что-то со Варварой?

– А зачем от Варварой? – Анжелика только-только подняла брови.

– Ее экзогамия невыгодный действует. В помещение с нас троих имела власть свободного входа всего-навсего я. Вы шли первыми, так калитка с распростертыми объятиями распахнулась пред вами, далеко не дожидаясь мои вмешательства. Что приключилось вместе с Варварой, Лика? Ты никак не могла далеко не заметить, же далеко не удивилась. Значит, твоя милость знаешь, аюшки? произошло.

– Это неграмотный то, аюшки? твоя милость думаешь, – помедлив, ответила Анжелика, – более пишущий эти строки нуль малограмотный могу тебе сказать.

– Ты уверена?

– В том, ась? Варюша жива?

– В том, сколько знаешь, что до нежели автор думаю, – буркнула Наталья, – впрочем, безбашенный вопрос. Конечно, знаешь, еще ответила.

***

Дью приодетый валялся сверху постели, пытаясь попилиться взять хоть часок. Судя согласно происходящему, второй внутренние резервы передохнуть во ближайшее времена отнюдь не предвиделось, чрезмерно одна нога тут начали совершенствоваться события. Локи явился предохранять посланца, какая-то незамужница ввалилась торчмя на состав Арси, равно об эту пору нестор носится из ней, на правах духовное лицо от кадилом, Чибра нарисовалась, Фло рыбкой плавает, Краш неизвестно куда делся… в таком случае ли из Локи бандитствует, так ли округ крепости мир пишет. И, в качестве кого завершающий подарок, Таур, похоже, получи и распишись подходе. Ну, Магистр появится, во всех отношениях достаточно маловато места.

«Что а вместе с Фло делать, – задумался скалет, – ажно разве Локи освободит всю компанию равным образом меня на придачу, автор малограмотный смогу ускользнуть без участия нее. Что ми теперь, всех рыбок на гареме вылавливать, не так — не то Локи во ножки падать, чтоб симпатия Флоари-ту на этой стае карасей отыскал? Сомневаюсь ваш покорный слуга что-то, сколько Черный Локи бросит всё-таки домашние ситуация равным образом склифосовский определять мои проблемы. И Чибра сызнова получи мою голову. Не пойдет возлюбленная не принимая во внимание меня, видите ли, никуда, здравия желаем придумала. Куда мы ее дену, коли подвернется допустимость бери возвращение? Что-то ми отнюдь не неймется бытовать первым во Эйре, который притащит со из себя ваурку. Не уверен, что-то моя правильная семейство встретит нас не без; распростертыми объятьями… Краш со Локи, иначе своевольно сообразно себе? Если они вдвоем, неужто у братца отнюдь не хорош ума со мной связаться? Ведь Локи неграмотный уйдет кроме своих, а минуя моей помощи им ни Мирну, ни Ронни малограмотный найти. Господи, айда Крашу примерно одну каплю сообразительности! Интересно, им посчастливилось дать новую жизнь Посланника? Должно быть, нет, раз в год по обещанию ноль без палочки уже носа безграмотный ка-жет со уровня. Работают. Они справятся. Не с целью того Локи пустился во такую авантюру, чтоб просадить нате старте. Он выдернет посланца с безвременья, даже если коли чтобы сего придется поравнять со землей Сан Палисс, Баффало равно Альвар вплоть до кучи. А Илаю-то придется тех же щей да пожиже влей всех, даже если Локи своего всё-таки а добьется равно вернет Посланника во реальность. Альф вкатил Инсилаю такую дозу СС, что-нибудь для мгновение возвращения боли безграмотный хорэ постигать да не сделаете что-то серьга во его ухе равно то, благодаря тому что как бы ее украли».

Какая-то наглая дрянцо залетела на открытое время да зажужжала по-над ухом Дью, в духе бедовый вертолет. Скалет проворно отмахнулся через нее, одним ударом сбив для пол, равно собрался было решить оглушенного нарушителя спокойствия чем-нибудь ненужным, хотя бог ведает каким ветром занесло взявшаяся жесткая мощь отбросила Гарди назад.

«Таур, – мелькнуло во голове Дью, надежно прижатого ко кровати, – пожизненные конюшни сиречь сторублевка серебряных стрел у столба следовать аттентат получи общежитие Властелина. Это во лучшем случае. Явился, никак не запылился, сатана бы его побрал».

– Не очень-то твоя милость гостеприимен, – иронический крик откровенно далеко не принадлежал Магистру.

Дью осмотрелся. В комнате, не считая него равно ползающего по части полу здоровенного шмеля, малограмотный было ни души. «Рехнулся, – понял скалет, – другими словами сорокаградусная заводка нате нервной почве, другими словами один человек играет во невидимки. Кто-кто, Таур да играет, кто именно до этих пор тогда может шептать невидимость, исключительно он. Ну, выходи, что такое? ли, Ваше чер-нейшество, заждался тебя Арсик. – Перед глазами Дью завис до сей времени сам по части себе кошелек и, сурово жужжа, воочью приготовился ко нападению. – Они, что, со временем таково расколдова-лись, который пчелиный долбленка разворотили? А мы быть чем? Меня-то вслед в чем дело? кусать?!»

Шмель до этих пор немного полавировал пизда глазами ска-лета и, отлетев во сторону, превратился на неизвестного Дью мужчину от темно-зелеными глазами получи и распишись скуластом, загорелом лице равно темными волосами, собранными зажимом на форме скорпиона во исполнительный хвост. Незнакомец был из ног прежде головы на черном, дружелюбия умереть и отнюдь не встать взгляде пришельца Гарди неграмотный обнаружил. «Черный Локи, – догадался Дью, отметив благодать скорпионов на экипировке своего незваного гостя: лимонный футлярчик на форме членистоногого убийцы был как на блюдечке виден после полурасстегнутым воротом рубашки. – Черт, будто? аз многогрешный незначительно Посланника далеко не пришиб? Этого как бы раз в год по обещанию безвыгодный хватало».

– У Вас тогда манера такая – хоть сколько-нибудь что, своим но во морду помимо объявления войны? Гостеприимные ребята, без затей беда. – Незнакомец шевельнул пальцами да полудохлый бумажник держи ковре превратился на кузена Краша. На лбу у него красовалась добротная шишка.

– Спятил ты, Дью, – проворчал Краш, – хоть сколько-нибудь далеко не убил. За что, спрашивается?

– Нефига бубнить надо ухом, – буркнул Гарди, – безусловно отпустите ваш брат меня, что такое? привязались?

– Отпустим, или — или сделаешь разделенный ход? – поинтересовался Локи, сатирически поглядывая нате Краша.

– Он но безграмотный нарочно, – промямлил Краш, поднимаясь вместе с пола, – да вроде что родственник, чертяка не без; ним.

Сила, прижимавшая Гарди для постели, исчезла приблизительно но внезапно, в духе навалилась. Скалет уселся получай кровати равным образом уставился держи своих гостей:

– Надеюсь, у вы совершенно получилось?

– Отчасти, – проворчал Локи. – Мы можем думать получай твою помощь?

– В рамках разумного, – ответил рассудительный Дью, отнюдь не рискнув без возражений взять на себя обязательство Черному Магу, известному своим беспределом, всяческую поддержку.

– Где Ронни? – неграмотный дожидаясь дипломатических выкрутасов Локи, без утайки спросил Краш.

– В гроте, – немногословно бросил Дью. Помедлил равным образом добавил: – Его замуровали на стену.

– Что? – отнюдь не веря своим ушам, вполголоса переспросил Краш. – Как замуровали? Ты шутишь?

– А вместе с Мирной что, – сердито спросил Локи, подходяще понимая, аюшки? скалету малограмотный перед шуток, – как и на стену?

– Нет, – Гарди помрачнел, вспомнив близкие диалог не без; Мирной, – ее Арси определил во царский зверинец.

– Понятно, – Маг, казалось, вздохнул из облегчением.

– Ее а сожрут, – ужаснулся Краш.

– Маловероятно, – скривился во усмешке скалет, как по щучьему веленью увернувшийся ото когтей белой пантеры.

– К Ронни учинить расправу можно? – Локи прошелся сообразно комнате равно сел на кресло.

– В принципе, да, – Гарди прикинул во уме предполагаемый трасса перехода. – Только нужно чем-нибудь подобно кувалды запастись.

– Зачем кувалда? – Локи покосился бери тяжёлый табльдот у окна равно громоздкая деревянная складка без запинки разъехалась во непохожие стороны, подчиняясь силе его взгляда. – Сами малограмотный справимся?

– Не знаю, – пожал плечами Дью, – со временем самозарастающая кладка. В жизни такого далеко не видел. То ли справимся, ведь ли нет. Вы Посланника-то откачали? – никак не удержался симпатия ото вопроса.

– Ты его накануне нашего вмешательства видел? – Локи ответил вопросом держи вопрос.

– Страшное дело, – Гарди вспомнил бездыханное органон в камнях. Да до этих пор Альф со своим эликсиром.

– Было трудно, же ты да я справились, – никак не скрывая гордости, сообщил Локи, – никак не думаю, который со стеной довольно беда сколько сложнее.

– Не знаю, – повторил Дью, – в дальнейшем чистая органика была, а в этом месте неорганическое самоорганизующееся соединение, правда вновь вместе с темпераментный начинкой внутри. А клеймо-то сняли?

– Нет, – признался Локи, от удовольствием отметив, почто невзирая получай длительное безделье Дью сохранил порядочно большой поверхность мастерства, – же помешала невыгодный наша слабость, а субъективная реальность: чрезвычайно высочайший болевой возвышение инда в целях Волшебника. Илай прямо-таки неграмотный держит сознание.

Арси постарался, – проворчал скалет, – Альф вкатил посланцу лошадиную дозу СС напрямик по-под клеймо. Вам повезло, что, очнувшись, возлюбленный неграмотный разметал вам во звездную пыль. Думаю, дьявол был решительно уверен, ась? очнулся во аду, столько боли следует было являться на его теле.

– Мы осторожные, – ухмыльнулся Локи. – Веди для Ронни, владыка офицер, времени у нас маловато.

– Таур может вернуться во любую минуту, – напомнил Дью, идучи для дверям.

– И что? – без выражения спросил Локи.

– С праздник минуты, вроде сие произойдет, у нас станется нате одного врага больше. На аспидски сильного врага. Раб безграмотный сможет удаться насупротив воли своего господина.

– Скалета Гарди загорелось ко советнику Арси, – выкрикнули изо коридора.

– Есть, – гаркнул нате всю форт Дью да обернулся для своим гостям, – придется погодить из экскурсией. Подождите здесь, может, узнаю хоть сколько-нибудь новенькое.

– Чего ждать-то, Таура, – дернулся Краш, – я со тобой.

– Сиди, – флегматически приказал Локи, поудобнее располагаясь на кресле, – недостаточно тебе одной шишки? Полчаса погоды безграмотный сделают.

– Думаю, управлюсь аж быстрее, – Дью нацепил возьми поясок меч, – Арси другой часочек вьется кругом какой-то девицы, дьявол знает отколе взявшейся. Максимум поручений – подай, принеси, чтоб аз многогрешный тебя не видел вон. Постарайтесь шаманить далеко не архи громко.

Полковник ушел. Краш собрался было расклеиться во освободившейся постели, в качестве кого Локи шепоточком распорядился:

– Подъем, бездельник, выспишься держи пенсии. Пошли.

– Но Дью…

– Это чтобы тебя симпатия Дью, а с целью меня полковник Тауров-ской стражи. Ты литоринх прости, же аз многогрешный неграмотный очень-то доверяю перебежчикам.

– И что?

– Пойдем следовать ним. Небольшая прогулочка нам безграмотный помешает, самопроизвольно а слышал, спирт поблизости равно ненадолго.

Краш вздохнул да поплелся после Локи.

– Так равным образом пойдем? – обреченно спросил Чародей, идучи ко двери.

Ну, тож только зачем не так, – ухмыльнулся Локи, набрасывая в себя равно своего спутника ведовство невидимости, – шевелись, либо — либо наш брат его потеряем.

***

Ронни, первые брегет заточения до чрезвычайности долбивший ногами окружавшие его стены, наконец, притих равно предался размышлениям. Чувствовал возлюбленный себя изо рук иди для черту плохо. Связанные шуршики затекли, бежим подкашивались равно болели с бесполезной борьбы из кирпичами, воротила раскалывалась ото самых мрачных мыслей. «Это все, – думал Ронни, привалившись плечом для стене, – считай, похоронили. Ну какое количество автор тогда протяну? Пару дней с силы. И все, вечная музыка. Говорил но Инсилай: „не суйся, на срок неграмотный просят“, этак фактически нет, полез. Залез. Не вылезти».

Ронни попытался опуститься на своей каменной клетке, так симпатия оказалась эдак мала, в чем дело? во ней было дозволительно всего-навсего стоять. Пленник потоптался в месте, понял, аюшки? задумка неосуществима и, смирившись, сдался окончательно. Он уж начал дремать, от случая к случаю для великому своему удивлению против всякого чаяния понял, ась? рядышком не без; ним кто-нибудь есть. Ронни как по нотам услышал у самого своего шорба основательный весомый вздох, попозже сызнова один. Сон как бы рукой сняло, существование соседа пугалище равным образом радовало одновременно. Конечно, на двоих выходить изо каменного мешка полноте проще, ну, а если бы данный неизвестно кто нате свободу неграмотный стремится, а сидит тогда веками да ждет, ноне Арси кого-нибудь приведет бери покушать? Вот попыхтит пока что крошечку на пороге обедом да слопает.

– Кто здесь? – на ушко спросил Ронни, чувствуя, по образу холодеют через страха равным образом брожение кончики пальцев.

Существо ответило глубоким вздохом, да для обеду приниматься малограмотный спешило.

– Ты кто? – настаивал подмастерье. Невидимый припольщик по новой отмолчался.

«Ну равным образом враг от тобой, – разозлился Ронни, – отнюдь не хочешь голод исковеркать знакомством от плюшками с целью ленча – твое дело. Мне, на принципе, равным образом плевать, кто такой мной закусит. Без поклонов обойдемся. Валяй, жри, приятного аппетита». То ли Ронни ошибся на своих предположениях, так ли соседушка был невыгодный голоден, так ли кикимора был вегетарианцем, так пир невыгодный состоялся. Общение тоже. Существо пыхтело, только получай взаимосвязанность никак не шло.

– Ну, возьми хоть намекни, кто такой ты, – помощник умирал с любопытства, – мы но чувствую, зачем твоя милость рядом!

И нечаянно кирпичи ради задом Ронни качнулись, зашевелились, расплылись да ещё сомкнулись, приняв форму удобного кресла. Подмастерье, малограмотный ожидавший такого фокуса, невыгодный удержал равновесия да плюхнулся нате каменное сиденье.

– Господи, стена… – ахнул Ронни, чувствуя, сколько копна зашевелились у него бери затылке. – Да твоя милость живая?

Камни вновь вздохнули, же безграмотный ответили, всего-навсего стали малость теплее.

***

– Как позволено было сноровить малограмотный выкопать девчонку?! – бушевал Белее. – Это но отнюдь не муравей, безвыгодный атом, невыгодный момент потерянное! Это целая девчонка вместе с именем, энергией равно массой! Тоже ми мастер на все руки по части оргвопросам, из эдакий ерундой далеко не справиться!

– Я нашел, – прохладно оправдывался Гектор, плачевно разглядывая зеркальные стены комнаты к свиданий, – отследил ее соответственно фиксированным перемещениям. Между прочим, шустрая у Вас барышня: семь измерений из-за неделю пропрыгала, отнюдь не считая скачков в области Земле. Просто колоб какой-то, ваш покорнейший слуга с дедушки ушел, аз многогрешный ото бабушки ушел…

– И через тебя, Гектор, убегу, уж на что твоя милость да считаешь себя самым умным, – ворчливо закончил Белее.

– Вы, в кругу прочим, на курсе, что-то возлюбленная была на Запределье? – в ряду делом поинтересовался адвокат.

– Ты перегрелся? – хорошо спросил Великолепный. – А на Высшем суде симпатия отнюдь не заседала?

– Она была на Альваре, – со спокойной совестью повторил Гектор, равно вытащил с кармана маленькую записную книжку, – во компании какого-то Ронни, безграмотный идентифицированной системой Алисы да небезызвестного Вам Инсилая, ученика Черного Локи.

– Ну, точно, Кэт вместе с сим скорпионышем проштрафиться угораздило, – буркнул Белее, – нашел, идеже ребенка выгуливать, выходной папаша. Так девчонка на Ваурии?

– Нет, симпатия еще во городе.

– Что ж твоя милость ми голову морочишь! – возмутился Белее. – Не сделал возлюбленный ее!

– Дело во том, сколько семо возлюбленная попала без участия моей помощи, проездом помощью Землю, равным образом получи и распишись сей миг по существу недоступна с целью нас.

– Почему?

– Потому ась? Альвертина, станция Катарины, находится безотлагательно на доме своей тетки на Мерлин-Лэнде, притом бери ни капельки законных основаниях. Она совершеннолетняя, по мнению рождению имеет эйрекое подданство и, соответственно, имеет право получи и распишись квартирование во городе, ее транспортировка из Земли было почет за чести оплачено на «Пегасе», разрешение бери ввод ей малограмотный нужна, сопровождают ее двум в корне самостоятельных особы: Чародейка да шестиклассница Волшебницы. Так почто неравно девчура отнюдь не пожелает полить ручьем получи и распишись узел не без; нами добровольно, наша сестра можем лишь только упрашивать сквозь ограда ко ее благоразумию. С точки зрения закона – автор сих строк в действительности бессильны.

– А Машка, что, сделано вернулась? – Великолепный чуточку растерялся. – Быстро она, однако, от муниципалами разобралась, неграмотный ведь что-то я. Кстати, кто такой у нее адвокатом?

– Не знаю ни Вашей Машки, ни ее адвоката, – обиделся Гектор, – только ваш покорнейший слуга безусловно знаю, ась? он, рискуя астрономическим штрафом, а в таком случае да арестом, малограмотный взламывал картотека службы перемещений равным образом невыгодный метался по части измерениям, высунув язык, в области невразумительным приметам разыскивая наскипидаренную лягушку-путешественницу.

– Не злись, ваш покорный слуга понимаю, что-то твоя милость есть все, аюшки? мог, – вздохнул Белес, – попросту тебя переиграли. Это бывает. Я подумаю, по образу составлять дальше, а твоя милость нонче расскажи, аюшки? происходит во мире.

– Элрой провел шмон на Вашем доме да офисе.

– Что нашел? – заинтересовался ВВ.

– Не известно. Меня безграмотный было на городе, а Лору они выставили.

– Когда сие было, – насторожился Белее.

– Два дня назад.

– Значит, ничего, – успокоился Маг, – симпатия был после этого вчера, кабы б эврика по малой мере что-то, безграмотный удержался б ото комментариев. Что еще?

– Слишком бессчётно болтают относительно войне Черной равно Белой школ. Кстати, в частности сим да объясняют Ваш задержание равным образом отмирание Локи.

– Локи исчез? – удивился Белее. – Куда ж сего интригана понесло? Неужто гаденыш все ж таки выкрутился?

– Простите? – уж на что особой дружбы в лоне Магами равным образом безграмотный было, защитник целое но усомнился, что-нибудь перед «гаденышем» Великолепный подразумевает Черного Локи.

– С аюшки? твоя милость взял, почто Локи исчез? – проигнорировав спрос Феми, уточнил Белее. – Он, в обществе прочим, на последнее срок стал заядлым туристом. Может, возлюбленный нетрудно на очередном путешествии?

– На веселье господину Элрою, успевшему навесить Локи получи и распишись средний рым свидетеля.

– Локи исчез подо присягой? – малограмотный поверил Великолепный. – Чудеса. Ты нуль далеко не путаешь?

– Да нет. И Лора сказала, равно Корн, равно Илка…

– Как, да Илка объявилась?

– Мелькнула, короче точнее.

– Как так?

– Все видели ее вчера, только сам черт отнюдь не знает, идеже возлюбленная сегодня.

– Корн?

– Отбивается через налоговой полиции. Он снял со своего счета кучу денег равно ультимативно отказывается уплачивать от них налог, объявив их расходами нате безопасность.

– Значит, спирт ведь заплатил, – пробормотал Белее, – выходит, было вслед что.

– За что?

– Не важно. Знаешь, пожалуй, ми время выбираться отсюда. Урегулируй задание от залогом.

– Два дня Вас устроит?

– Ты хочешь сказать, зачем сверху такую ерундовую операцию у тебя уйдет тандем суток? – возмутился Белес. – У нас что, новоиспеченный закон, alias у тебя преизбыток клиентов?

– Закон старый, клиенты тоже. Просто бери послезавтра назначены слушания по части Вашему делу…

– И зачем не без; того?

– Вы оскорбили дознавателя быть исполнении…

– Что дальше? Я заплачу штраф, да работа из концом.

– Это на волюм случае, буде Элрой безграмотный хорошенького понемножку артачиться сверху обвинении.

– Ты хочешь сказать, который меня могут засадить во тюрьму вслед двушничек легкомысленно оброненных слова?

– На двум месяца, артикул 03 прим.

– По месяцу следовать слово? Они, что, от ума посходили? Хорошо взять получай буквы до сей времени никак не пересчитывают.

– Кто они? – уточнил Гектор.

– Кто сочинил эту галиматью?

– Вообще-то сия публикация на кодексе покамест со времен Мерлина, что-то около аюшки? верно составитель безвыгодный известен.

– Плевать держи автора, – взорвался Белес, – до лампочки в статью вообще от кодексом, плевать хотел для Элроя не без; его дебильными обвинениями, получай по сию пору плевать! Не знаю, ась? твоя милость будешь делать, а грядущее автор вынужден состоять получай свободе. Меня малограмотный интересует, сколько стоит сие хорош стоить. Мне всё-таки равно, по образу твоя милость сего добьешься. Меня неграмотный волнует, какие тебе придется одарить взятки равно кому. Мне нужен результат. Тебе ясно?

– Куда ужак яснее, – проворчал Гектор. – Или завтрашний день Вы выходите с тюрьмы, alias нынче автор этих строк занимаю соседнюю камеру после коррумпирование должностных лиц, иначе говоря в канун у меня следовательно получи одного клиента меньше. Простая арифметика.

***

Девица, внушительно озадачившая Дью своим появлением, внаглую ухмыляясь, стояла промеж любимой террасы Властелина. Арси равно как присутствовал, да тих да галантен был, во вкусе прислуга на дорогом ресторане.

«Что сие из ним? – заинтересовался полковник. – Неужто дамочку себя завел повелитель советник? Тогда получай каковой лукавый мы ему сдался, свечку держать? Или краса ненаглядная отдельно, Арси отдельно? Черт их разберет. Не мое сие мастерство – шарады местных интриганов разгадывать».

– Господин Гарди? – дайнагон ажно улыбнулся. – Мы из нашей гостьей решили разыскивать наши знаменитые клады. Не составите нам компанию?

– Простите? – Дью ни ложки безвыгодный понял.

– Он, что, у Вас начальник согласно кладам? – дугообразно усмехнулась Кира.

«А дамочка-то безвыгодный с местных, клеймящий до лексикону, – сообразил Гарди, – равным образом что такое? ради клады они собрались искать? Ронни откапывать? Какого дьявола ее семо принесло, эту кралю?»

– Берите выше, – вслед задом Киры, Арси подавал ска-лету какие-то неграмотный весть понятные знаки, – полковник Гарди – старейшина охраны.

– Клады, который ли, сторожит? – уточнила девушка.

– И клады тоже, – загадочно сказал Арси, – пойдемте, полковник.

«Рехнулся советник, – понял Дью, – перегрелся получи и распишись почве волшебного вторжения. Не в соответствии с адресу дьявол обратился. Не меня ему надлежит было семо звать, а Альфа не без; ведром валерьянки, дьявол бы ему несравнимо вяще сгодился, нежели ваш покорный слуга со своим мечом. А лицо у девицы, вроде, знакомая. Я, сдается мне, ее поуже грубо видел. Может, симпатия от Локи прикатила, а Арси ее застукал равным образом сегодня бери свою сторону переманивает? Да нет, сие кой-как ли, невыгодный похожа возлюбленная держи Волшебницу, очень глазенки глупенькие. Нет, неграмотный Волшебница. Что сие таинник руками размахался? Сказать что такое? хочет, иначе говоря вступиться об чем? Загадочные все, сил нет. Клад, значит, выслеживать пойдем? Ну твоя милость даешь, советник».

***

– Думаешь, Инсилай найдет Мирну во зверинце? – Краш был сплошное недоверие. – Я навеселе дикобраза съесть, когда ему сие удастся.

– Вам отварить, не ведь — не то предпочитаете свеженьких? – уточнил Локи.

– Как возлюбленный ее найдет, – отмахнулся Краш, – сие ж допереть надо, где-то спрятать! Ну ладно, у нас уж на что Дью есть, а Илаю кто такой подскажет?

– Не волнуйся, у него целая форт подсказчиков. Найдет, разве захочет.

– Как?

– Краш, твоя милость на правах маленький. Как, как… прихватит первого попавшегося равно вытрясет с него – кто, где, когда. Проще простого.

– Как сие вытрясет?

– Руками, – разозлился Маг, – да ногами, коли потребуется. Если б нам никак не подвернулся твой братец, моя персона ес бы также самое. Вряд ли сия братва убийц короче сберегать исправность своему господину ценой собственного страдания.

– Но пытки запрещены даже если на Ваурии, – осторожненько напомнил Краш, – сие незаконно.

– Что твоя милость говоришь? – жизнерадостно изумился Локи. – Никогда бы неграмотный подумал, особенно, при случае увидел шуршики равно спину Илая во их трупохранилище. – И еще ничуть другим голосом добавил: – Да плевал пишущий эти строки получай их порядки! Я самовластно после этого за исключением закона, да ты, в лоне прочим, тоже. Как утверждает глава Элрой, у нас кто в отсутствии дипломатических отношений вместе с Ваурией. Потому почто при случае твоя изнаночная лапка ведет радиопереговоры вместе с левой в уровне министерства иностранных дел, на первую кортеж думаешь неграмотный что до суверенитете пальцев, а касательно хорошем психиатре. Так что, ноне на этой проклятой дыре находятся моя дочь, моя сыновица равным образом муж ученик, я, твоя милость контия извини, непосредственно себя распоряжение равно самовольно себя порядок.

– Думаешь, равным образом Илай что-то около считает?

– Не знаю, сколько спирт вслед за тем считает, да вона Маня ему, конечно, не по-детски во его расчетах мешает. Для того из ним да отправлена. Если б безграмотный она, он, наверно, поуже бы хорошо местное жители прополол, а сие отнюдь не входит на мои планы. Было бы недобросовестно на одночасье отбросить сверх работы столько чиновников.

– И Инсилай горазд держи это?

– Он станется держи такое, в чем дело? тебе вернее об этом никак не знать, – усмехнулся Локи, – симпатия за всем тем кадет Черного Мага, а невыгодный красна девица! Конечно, бытность дамы малость остудит его пыл, так это, полагаю, ненадолго.

– И спирт достаточно снимать показания их при… около Мане?

– Не знаю, может, на сторонку отойдет. Но Мирну отыщет, сие твоя милость далеко не сомневайся. Так что такое? готовься сообразно возвращении поесть дикобразинки. Ладно, кулинарные изыски потом. Сейчас – Ронни, равным образом нате выход.

***

– Безумная идея, – ворчал Арси, плетясь вслед молодцом шагающей объединение коридору Мирной.

– Есть лучше? – симпатия притормозила равно зыркнула бери спутника зелеными кошачьими глазами из узкими вертикальными черточками зрачков.

– Нет, – со неудовольствием признал советник, – глаза-то к чему заколдовал, в духе потеть над чем будешь? – после этого а сделал он, для чему придраться.

– Как получится, – Мирна бездумно пожала плечами и, повернувшись получи и распишись каблуках, пошла дальше.

Варвара, безграмотный найдя что-нибудь ответить, минуя всякого энтузиазма шла следом. «Дурацкая авантюра, – думала Волшебница, вместе с каждым новым медленно по сию пору хлеще раздражаясь, – нужно было ми двигаться из Локи. Он взять хоть минуя аналитических фокусов действует. Ну вона в чем дело? оный ходок задумал? Хоть бы объяснил толком, зачем ми делать, красотка-вамп. Интересно, спирт собственными силами таково памяти научился во женской сущности минус жертв передвигаться, или — или приколдовал втихую, чтоб для каждом шагу безвыгодный спотыкаться? Ну, походочка у нее, него… лупилки б мои неграмотный видели».

– Слушай, кончай скручивать задом, – сызнова разбрюзжался советник, – у тебя шаг вокзальной шлюхи, идеже твоя милость ёбаный пошлости набрался? Если марешоссе после этого никак не слепая, они тебя уж нате третьем шаге вычислят.

– Сомневаюсь, – усмехнулся Инсилай, – во-первых, тогда блистает своим отсутствием вокзалов, во-вторых, местные орлы в области году женщин никак не видят. После таковой высоконравственной диеты они вот ми красавицу неземную признают, инда ежели автор получи четвереньках скакать буду, а на третьих, никак не думаю, что-нибудь у настоящей Мирны получилось бы лучше.

– Какое самомнение, – буркнула Варвара.

– Опыт, – кратко ответил Илай, – окончательный годок Мирна разгуливала по мнению Альвару во старых кедах да рваном свитере. Едва ли сие способствовало получению светских навыков. Ладно, высокую моду затем обсудим. Сейчас что до прозе жизни договоримся. Постарайся ни ложки далеко не перепутать. У нас токмо одна попытка. Сначала общие сведения. Ты меня слушаешь? – ему безвыгодный нравилось настрой спутницы. Задуманное им организация было очень опасным равным образом требовало ювелирной точности действий. Маня, похоже, принципиальное момента неграмотный сознавала да во качестве напарника Волшебника малограмотный устраивала, очень велосипед риск, чтоб надеяться свою бытье настоль легкомысленной особе.

– Говори, почто делать.

– Твой первообраз большая сволочь, – начал Инсилай. «Вот медянка никак не сказала бы, – прокомментировала насчет себя Волшебница, – росточку, в всяком случае, на большенный сволочи неприкрыто маловато».

– Если встретятся солдаты, – продолжал Илай извещать ее со текущим моментом, – попытайся вскоробиться с важности равным образом ори получай меня всей известной тебе бранью. На стражу в свою очередь можешь гаркнуть. Они здесь и архаичный и малый бездельники, ни один человек безвыгодный удивится. Но узловой недовольство быть по мнению сему не допускать нате мне, Арси ненавидит беглецов, – Волшебник протянул преддверие собою руку, да во его ладони торчмя с полумрака возник плетеный с тонких ремешков фасонистый хлыст, наравне двум перлы воды аналогичный возьми арапник советника, – быть большом скоплении зрителей можешь хлестнуть меня пару раз. Только отнюдь не усердствуй, моя персона тех же мыслей реализма малой кровью, меня сейчас трясет с ударов.

Варя взяла хлыст равно нетщательно заткнула ее вслед пояс.

– Пока совершенно ясно? – уточнил Инсилай.

– Вполне, выполню вместе с превеликим удовольствием.

– Ну что такое? ради жизнь, постоянно жаждут моей крови, – посетовал волшебник.

– Тебя невыгодный поймешь. Бей меня, никак не бей меня, твоя милость б разобрался, почему хочешь.

– Найти Мирну да смотаться с Запределья во как будто короткие сроки, – буркнул Инсилай и, сотворив грубую толстую веревку, отдал ее Мане. – Когда найдем гарем, свяжешь ми руки, вовремя нежели призывать стражу.

– Зачем? – удивилась Варвара.

– Никто невыгодный поверит, что, поймав беглянку, Арси склифосовский ворочаться из ней почти ручку для месту ее заключения. Пойми ты, в этом месте жестокие нравы. Очень тебя прошу, позаботься, дабы связан ваш покорнейший слуга был не что-то иное этой веревкой, симпатия исчезнет, по образу лишь автор окажусь поблизости вместе с Мирной. Сейчас аз многогрешный неграмотный могу чародействовать взглядом, если бы единаче да рычаги будут несвободны, сие бросьте полная беда. Мне фактически нужно расправиться во доли секунды.

– Что твоя милость будешь делать?

– Превращу нас троих нет слов что-нибудь мелкое иначе говоря невидимое. Потом всей компанией минуя паники следуем возьми площадь встречи со Локи.

– А невыгодный засовывая голову во гортань ко тигру, твоя милость очаровать Мирну малограмотный можешь?

– Чертова город экранирует, равно как грузный экран. Я отнюдь не только лишь заниматься при помощи стены неграмотный могу, мы инда Мирну безграмотный на состоянии обнаружить. Да, да последнее, постарайся, в надежде во минута моей встречи не без; Мирной нас от тобой малограмотный разделяла никакая преграда. Все провалится, разве наша сестра невыгодный сможем кануть одновременно. Я предупреждал тебя. У нас исключительно одна попытка.

– Что будет, разве симпатия безграмотный удастся? – втихомолку спросила Варвара.

– В лучшем случае, нас убьют для месте, во худшем… ну, что-нибудь полноте на худшем, у тебя склифосовский допустимость посмотреть, когда попадемся. Они тогда и белоголовый и малый джентльмены равным образом беспременно начнут не без; меня.

– И тогда…

– Тогда молись, чтоб тебя убили первой. У тебя довольно благоприятная пора возродиться на Ирландия лишь только во фолиант случае, если бы у меня хорошенького понемножку сил подавить тебя во наколдованной сущности.

– К черту такие авантюры, – разозлилась Варвара, – да? невозможно взять не без; потолка в некоторой степени не столь шаткое?

– Можно, – безразлично пожала плечами наколдованная Гаара, – лишь все еще пишущий сии строки будем пещись касательно собственной безопасности, Мирну могут убить, а она, заметь, на своем естественном обличий, на предпочтение ото нас. Пошли быстрее, напряженно мне, поспешать надо, в некоторой степени поуже происходит.

Пока они пререкались, предбанник скоропостижно оборвался, закончившись полуоткрытой дверью, вслед которой виднелись лестничные ступени. У двери скучали пара стражников.

– Начинай командовать, – прошипела Мирна, сцепив пакши из-за спиной, – разнеси сих лентяев, чтоб безвыгодный спали возьми посту, авось, поточнее узнаем, идеже гарем.

Арси помедлил мгновение, потом, ухватив Гаару ради волосы, приблизительно поволок ее соответственно коридору – А ну, никак не дергайся, мерзавка, – шумливый альт советника незамедлительно разбудил стражников равным образом построил их согласно стойке «смирно», – мы не долго думая тебе такое устрою, ась? твоя милость проклянешь собственное рождение! Бежать возлюбленная надумала, мурка облезлая. А ваша сестра гораздо смотрели? – обрушился Арси получай солдат, подойдя для посту. – Запорю бездельников!

«Быстро возлюбленная на отображение вжилась, – мелькнуло во голове Инсилая, насилу-насилу удержавшегося возьми каблуках ото таковой акробатики, – чувствуется близкое родственные отношения вместе с Локи. Черт, возлюбленная ми неотложно сиречь шею сломает, не так — не то лысину сделает. Что ж меня однако норовят трепать из-за волосы, какое-то массовое помешательство. Ей-богу, вернусь на Эйр, побреюсь наголо, достали».

– Клянусь, возлюбленная безграмотный проходила здесь, властелин советник! – трусливо забормотал стражник. – Мы бы увидели.

– Да мимо тебя стая слонов пробежит, твоя милость невыгодный заметишь! – бушевал Арси.

– Дура, на этом месте вышел слонов, – прошипела Мирна, искусно изображая отчаянное сопротивление, – ну-ка ближе для делу.

– Поговори ми еще, – рявкнул госсоветник да хлестнул девушку до ногам, – убью паршивку! Как но возлюбленная ухитрилась выскользнуть? – сие ранее часовым.

– Не иначе, что помощью галерею, – твердо сказал стражник, – изо сада камней исключительно сам выход. Зачем ей струить домашние воды ко нам, умереть и отнюдь не встать дворе гораздо уймись спрятаться. – Убедившись, что-нибудь общеадминистративный гнев, кажется, миновал, сторож стал несравнимо разговорчивее.

– Но поймали-то ее сверху этом уровне, – Арси сдвинул брови.

– Значит, без труда перепутала со страху коридоры равным образом за того, чтоб нестись наверх, помчалась вниз. Клянусь, тогда возлюбленная отнюдь не появлялась, правитель советник!

– Я единаче разберусь не без; Вами, дармоеды, – пообещал Арси и, развернувшись получи каблуках, потащил после внешне сыпавшую проклятьями пленницу.

– Совсем Арси рехнулся, – проворчал стражник, убедившись, в чем дело? советчик скрылся вслед за поворотом, – идеже да мы не без; тобой равно идеже гарем? Слонов каких-то приплел… Ошалел ото власти.

– При Магистре, небось, спокойнее мертвой воды был, – поддакнул ему напарник, – запорет возлюбленный всех, разбежался. Кстати, куда как ж сие его предмет Гарди делся, из утра они сверху пару носились.

– На какой бес Арси сдался скалет, разве некто из бабой в области крепости мотается, – усмехнулся его собеседник, – ты, что, в самом деле поверил, в чем дело? таинник на Сан-Палисс заблудился? Да даже если б симпатия примерно получи и распишись помедли предполагал, аюшки? симпатия могла мимо нас проскользнуть, да мы со тобой из тобой еще б труском на упряжке бежали, стал бы некто разбираться! И девчонка никуда неграмотный убегала, Арси своевольно ее выпустил равным образом об эту пору мебель ищет поукромнее, а туточки для тебе, награду кучи наслаждения я со своим караулом… Вчера-то тогда поста малограмотный было. Эко невовремя ему Гарди свинью подложил. Наверх дайнагон девчонку тащил, на норку свою, дураку ясно, а тогда таковский облом.

***

– Лика, за бога! Ты примерно почти представляешь, сколько наш брат делаем? – взмолилась Наталья, отчаявшись уяснить происходящее.

– А что-нибудь я такого особенного делаем? – Анжелика туманно пожала плечами, неграмотный отрываясь через помешивания во котле какого-то будет вонючего варева. – Все нормально.

– Нормально? Ты, что, издеваешься? – Наташка заглянула на лежащую хуй ней книгу. – Нужны сызнова когти дракона равно хуй фиалки. Где завладевать будем, неравно с под своей смоковницей безвыгодный выходим?

– Не найдем – выйдем. Ты бы по малой мере окошечко открыла, который ли, сопатить нечем.

Мастерская равно истинно была полна едкого дыма.

– Чтобы огульно починок был на курсе того, аюшки? автор сих строк варим зелье-невидимку? – воспротивилась Наташка. – Давай сызнова дацзыбао повесим: «Готовимся во Ваурию, подайте держи пару чудес».

– Подумаешь, какая тайна, горькая варим. Может, пишущий сии строки тренируемся, кому какое дело. Открой окно.

– Да открываю я, открываю, – проворчала Наталья, – кабы б открытое пространство решало наши проблемы, пишущий эти строки устроила бы на доме такое сквозняк, ась? оркан бы позавидовал.

– Проблемы? О нежели ты?

– А твоя милость отнюдь не знаешь. Как ворюги сбежали из Земли, зачем-то притащили семо чужого ребенка, что на витрине с на родине боимся высунуть, сидим, по образу мышь по-под метлой, трава варим, чтоб на все равняется какой время смыться… Что дальше, Лика?

– Ничего. Когда придет наше время, автор сих строк будет сие поймем. Локи сказал, сколько кажинный короче обладать имеет право для решение.

– Локи, Локи, твоя милость не без; ума сошла со своим Локи! Ты нетрудно помешалась бери его советах! Он, средь прочим, Черный Маг, сие ты, надеюсь, малограмотный забыла? Такого насоветует, сколько высота поднебесная со овчинку покажется!

– Локи плохого малограмотный посоветует, – понизив голос сказала Лика, потупив глаза.

– Приехали. Теперь руководящий авторитет за вопросам магической этики у нас хозяин Локи. Может, твоя милость у него да поучишься, в эту пору Варварка во отсутствии? Вотан экий умник у нас сейчас имеется, сколько с черного на белое мечется, что-то около что такое? Вы, девушка, безграмотный оригинальны. Представляю, вроде грубая порадуется, когда-когда вернется: любезная приверженка на чер-нушество подалась. Красота.

– У тебя неплохо получается. Почти истинный ка-рикус вульгарис, пока что сколько-нибудь потренируешься – малограмотный отличить… Умника, когда твоя милость об Илае, у нас как бы единовременно сделано отнюдь не имеется, а аюшки? давно Варвары… симпатия однако поймет равно неграмотный обидится, – немножечко примечательно улыбнулась Анжелика, – моя особа уверена.

– Ага, равно благословит, – проворчала Наталья. – Совсем рехнулась. Ты знаешь, почем законов автор сих строк нарушили? Еще чуть-чуть, да нам предъявят контробвинение во некорректном колдовстве, контрабанде равным образом кинднеппинге.

– Замучаются доказывать, – фыркнула Лика, – ну да да мы от тобой особо-то да неграмотный нарушали ничего. Разве почто самую малость, из мадама Катариной.

– Кстати что до малости, – встрепенулась Наталья, – твоя милость уверена, что такое? Альвертина шиш невыгодный перепутала, равным образом да мы вместе с тобой никак не упоили ее настоящую мамашу?

– А дьявол ее знает, может да настоящую. Хотя сие маловероятно ли. Так, чрез пару минут нужно сыпать начало да когти.

– Бросай, неравно найдешь. Лично мы их нигде отнюдь не наблюдаю.

– Ну, дракон, допустим, подина ногами крутится, сообща со своими когтями, – сладкая оторвалась, наконец, через своего варева, – а во идеже возьми хоть фиалку?

***

– О нежели задумалась, красавица? – Варюта убедилась, зачем они вышли с полина зрения часовых равно разжала пальцы, вцепившиеся во мирнину шевелюру.

– О пользе лысой головы, – проворчал Инсилай, потирая затылок.

– Сам просил являться правдоподобным тираном.

– У тебя получилось.

– Я старалась, – хмыкнула Волшебница, – почто дальше?

– Пойдем наверх, может быть, во саду у них экранов поменьше?

– Ты нежели слушал? Здесь дендрарий камней. Там, наверно, не насчет частностей энергетическая дым коромыслом из молниями равно ловушками.

– Тоже возможно. Только пользу кого нас сие ни плошки малограмотный меняет. Мирна там, равным образом наша сестра должны ее оттедова вытащить.

– Потому который симпатия твой друг, не в таком случае — не то потому, что-то приближенно сказал Локи? – Варюся безвыгодный стремилась инъецировать его, не мудрствуя лукаво пыталась понять, почто творится во душе Инсилая.

– На карта спасательной операции сие далеко не повлияет, – ровным голосом ответил Волшебник, никак не допустив Варвару хоть возьми дальше некуда своей сущности. – Мы должны разыскать Мирну равно я ее найдем.

– Устроим драку, всех победим, умрем героями, – проворчала Волшебница, отзыв Инсилая весть однозначно указывал сверху то, почто некто малограмотный склонен для откровенности. Ну равным образом лукавый со тобой, делай, что такое? хочешь.

– Не пойдет. Предпочитаю пожизненную признание посмертной славе.

– Как скажешь, – колючий дьявол стал, что мексиканский кактус, себя любимее вместе с ним беседовать. – Ну что, во гарем?

– Как получится. В крепостных лабиринтах не возбраняется змеиться до самого следующего года, а в сих ходулях автор продолжительно никак не проживу. Постарайся подсунуть меня следующему патрулю, а самочки поди вслед равным образом ругайся возьми всех сразу.

Некоторое эпоха они шли молча. На очередном повороте Варвара, которой совершенно не в экой мере равным образом поменьше нравилось мрачное спокойствие, застывшее держи хорошеньком личике наколдованной Мирны, спросила:

– Мечтаешь об гареме?

– Ага, на качестве любимой жены Таура.

– А даже если серьезно?

– Пытаюсь вспомнить, идеже был в состоянии снять ременно-палочную Каркату.

– Это аюшки? следовать зверь?

– Древнее проклятье, гарантирующее зеваке небось меня постоянные синяки равно шишки получи всю оставшуюся жизнь.

– И такое бывает? – удивилась Варвара, вздохнув ради себя: «учительница, называется, курам нате смех. Еще попроси его трепотня списать».

– Как видишь, – поежился Инсилай. – Мне поуже давнёшенько казалось, что-то тут несколько есть меня во последнее период из утра по ночи плетьми охаживают. Слишком круто, чтоб лично таких высот достичь. Явно, ми на этом вопросе пособие оказали. Да равным образом Локи подтвердил, почто неграмотный обошлось вне доброжелателя.

– Это безвыгодный я, – без обмана сказала Волшебница.

– Очень ласково вместе с твоей стороны. Круг подозреваемых ощутимо сузился: тех, кого ваш покорнейший слуга вижу первоначальный единовременно на жизни, alias далеко не знаю вовсе, об эту пору дерзостно позволяется исключить. Премного благодарен. – Инсилай отвесил Волшебнице неестественный поклон, размахивая во воздухе рукой от воображаемой шляпой. Варюня удивилась относительно себя, на правах симпатия ухитрился отнюдь не заблуждаться во своей длинной юбке да высоких каблуках, исполняя запутанный поздравительный галопад средневекового придворного кавалера, да на глазах ее заплясали веселые искорки.

– Великолепно исполнено, токмо Вам, девушка, на Вашем статусе любимой императорской жены, пуще кокетливые реверансы приличествуют, нежели мушкетерские приветствия.

– Твоя правда, отвлекся, – признала Мирна и, опустив шкодливые кошачьи очи, присела на реверансе, – таково пойдет?

Легким черным стрелой метнулся незначительный шелк платья, получи и распишись образцово рассчитанное миг приоткрыв постороннему взгляду изящную ножку сверху серебристом каблучке. Очарование дамских коленок да щиколоток Варвару безграмотный заинтересовало, однако почти не профессиональное класс обольщения, проскользнувшее на движениях красотки, симпатия оценила. Заметила Волшебница равно пару свежих синяков получи и распишись ногах своей спутницы.

– Ну, твоя милость мастер, инда завидно. Будешь любимой женой Магистра, автор этих строк тебе гарантирую.

– Великолепная карьера, – проворчал Инсилай, – иллюзия одинокой девушки. То кушать меня. Ладно, пошли.

– Больно? – жестокая краем зеницы покосилась держи его ноги.

– Неудобно, однако далее нельзя, – Инсилай задрал юбку равным образом неблагоприятно осмотрел каблуки, – сие будут уж тапочки, отнюдь не гаремная обувка.

– Да нет, мы безграмотный об этом, – возлюбленная взглядом указала получай припухший след получи колене Мирны.

– Не получай на голову, – отмахнулся Инсилай, – по прошествии двух недель тренировки у Таура не без; Арси, сие вроде комариный укус. Если сколько да болит, в такой мере сие спина, так твоя милость здесь, репутация богу, ни присутствие чем.

– Там околесица нет, – втихую сказала Варвара, – мы хозяйка видела.

– Значит, автор этих строк рехнулся окончательно, у меня болит ничего, – проворчала Мирна, – отлично. Вы, советник, психов безграмотный боитесь?

– Псих, значит?

– Ага, вдобавок буйный. Вот Таур вернется, справку выдаст. А ноне придется в название поверить.

– Пошел ты… во высочайший гарем, – разозлилась Волшебница, – комик гороховый.

– Туда равным образом направляюсь. Лечу, позволяется сказать, получи крыльях любви, – дьявол покачался получи каблуках равно сделай так вперед, возвратясь для мыслям что касается неведомом доброжелателе.

«Кому ж моя особа этак насолил? – Инсилай машинально прислушался для боли, нудно клюющей его лопатки. – Это сколько ж такое требуется было сделать, чтоб ми столько счастья пожелали? Судя до тому, что автор здорово расплачиваюсь, получи меня без затей получай казнь разобиделись. Или обычный неудача на памяти, или… Нет, ну-ка ваш покорнейший слуга а безграмотный идиот, отнюдь не был способным мы такую грандиозную херовина заодно уничтожить равным образом никак не заметить, после этого лажовый амнезии отнюдь не хватит. Даже разве мое мера было получи расположение в меньшей степени отправленного ми привета, я, в духе минимум, повинен был провернуть третью мировую войну, пожать руку Бен Ладену, либо — либо начать сексом из монашкой нате папской мессе. Не припомню аз многогрешный после лицом таких подвигов. Господи, истинно что-то ж ваш покорный слуга сделал-то?»

– Ну как, вычислил? – поинтересовалась Варвара, уставшая с монотонности коридора да молчания Инсилая.

– Что? – сверх меры селитебный собственными мыслями Илай малограмотный разом понял, по отношению нежели возлюбленная его спрашивает.

– Своего доброжелателя. – Нет.

– Попробуй помышлять логически, – предложила Варвара, вспомнив, наравне Локи определил наведенное возьми Посланника заклятие, – отталкивайся через времени. Когда сие началось?

– Да по образу провалился сюда, где-то равным образом началось, – проворчала Мирна, – ни дня безо строчки. Хотя…

Он предисловий вспомнил, зачем началось совершенно незначительно раньше, пока что во Городе, когда-когда возлюбленный с грехом пополам далеко не лишился головы на объятьях Гермеса. «Правильно, сие была первая ласточка. Потом меня с грехом пополам словарем отнюдь не пришибло, – возлюбленный даже если остановился, чувствуя, который оглянуться малограмотный успеешь поймает догадку вслед за хвост. – А на Хлю-пине равно как как бы было безвыгодный так, ваш покорнейший слуга аж хотел просканировать себя преддверие убытием, так точно никак не вышло. Тут-то целое да навалилось. Молодец племянница. То есть, никакая она, да безграмотный племянница, а некто с подружек маэстро, согласно их многозначительным взглядам видно, да сие отнюдь не мое дело. Предполагаю, в чем дело? симпатия равно отнюдь не краса даже. Ее ж Локи наколдовал, а некто во этом суждение знает. А ваш покорнейший слуга был способным бы равно прежде догадаться, аюшки? небожительницы согласно земле отнюдь не ходят вне помощи Магов равно Волшебников, вечное упокоение из-за мной пришла, сие ж необходимо такое придумать, точно, отупел тогда накануне крайности. Ну, смерть, далеко не смерть, красавица, неграмотный красавица, хотя молодец, сие точно: дала положение здорово ценную. Оттолкнись ото времени…»

– Ты идешь? – Волшебнице поперек середыша вытаптываться получай месте, созерцая раздумья Инсилая да полутемный коридор.

– Или Альвертина, не так — не то Варвара, – взвизгнула нечаянно Мирна, озаренная неожиданной догадкой.

– Не ори, – шикнул Арси. – Кто это? Твои подружки? – Он хоть сколько-нибудь безграмотный поперхнулся.

– Ведьмы, – прошипела Мирна, во бессильной ярости топнув ногой.

– Ну, дорогая, – хмыкнул Арси, чувствуя, сколько заливается краской, – во нашем обществе сие отнюдь не примета. Так кто именно а сии дамы?

– Чертов ведьменок, уверен, сие она.

– Да кто такой она, дьявол возьми?

– Альвертина. Ее рук дело, клык даю. У Варвары для такое фантазии невыгодный хватит. Она б меня прямо прихлопнула сверх всяких фокусов, аз многогрешный ж ото нее никак не защищался.

– Приятно, наверно, балакать держи языке, понятном только лишь тебе, – предположила Варвара, – никаких возражений через собеседников.

– Ты насчёт чем? – притормозила во своих рассуждениях Мирна.

– Кто такие, сии твои злодейки. Хоть намекнул бы.

– Ведьменок – дочка моей подружки, а Варварка меня двоечка годы учила волшебству.

– Мне казалось, твой профессор Локи.

– Долго объяснять. Конечно, Локи. Но равно жестокая тоже.

– Не избыток учителей держи одну персону? Ты на академики магии нацелился, сиречь тебе загорелось потребовался вторичный курс?

– Слушай, племянница, аз многогрешный но неграмотный выясняю, в какой мере родственников у Черного Локи, равным образом с какой радости они и стар и млад женского пола, – проворчала Мирна. – У кого хочу, у того учусь. Нет, ни рядом нежели в этом месте Варвара. Она если бы равным образом приложила руку, ведь случайно: ее молитвами моя особа приблизительно словно угорелый выпрыгнул с Хлюпино, который безграмотный успел почиститься ото ведь-менковской паутины. В ней да запутался. Прав Локи, во конкурсе бери самого легкомысленного Волшебника-разгильдяя на певом месте луг ми гарантировано.

«Ну, тогда автор готова поспорить, – констатировала ради себя Варвара, вспомнив свое заклятье равным образом хитрые иллюминаторы Альвертины, – быстро кого-кого, а разгильдяев на нашей компании копанка пруди, равным образом все, наравне один, легкомысленные».

Коридор опять-таки вильнул, да они увидели лестницу.

– Упс, – прошептал Инсилай равным образом мгновенно собрался, – кажется, пришли.

– Никого нет.

– Тихо, впоследствии приманка впечатления расскажешь. Ты помнишь, что-нибудь должна делать?

– Тебя напрямик немедленно вслед копна хватать?

– Это успеется. Веревку никак не потеряла?

– Вроде нет.

– Вроде, – прошипела Мирна, – смерти моей хочешь? Давай, связывай, – симпатия протянула Арси сомкнутые руки, – ага никак не копайся ты, беда Альвара. Не забывай оправдываться передо мной задним числом каждого удара равным образом весь пора талдычь, что-то целое у тебя до приказу Магистра, на строгом соответствии не без; законом. Все, пошли.

Они добрались прежде лестницы. Там. Как да говорила Варвара, безлюдно безграмотный оказалось.

– Чертовы лодыри, совершенно распустились, – разбрюзжалась Мирна.

– Это мои слова, – возмутился советник.

– Так говорите их, а безвыгодный спи получи и распишись работе! Вечно ми требуется из-за всех отдуваться!

– Ой, переработал, бедняжка.

– Отвяжись, паче постой согласно сторонам, мы чувствую опасность. Будет драка.

– Всех перебьешь, станешь императором Ваурии. Гарем сейчас есть. Кр-р-расота, в качестве кого говорит сам выше- знающий птиц, – сказала грубая равным образом вместе с ужасом поняла, что такое? проговорилась.

– Мой тоже, – буркнул Инсилай, малограмотный заметив ее оплошности, – для черту птиц. Не нравится ми каста тишина, чувствую, придется ми сызнова своим организмом Каркату отрабатывать.

– Можем вернуться да попридумать что-нибудь другое.

– Времени перевелся в придумки. Видела лимб возьми пальце у Локи?

– Ну да, – замялась Варвара.

– Это ошейник свидетеля перед присягой. Локи невыгодный имел власть прощаться Мерлин-Лэнд. Кольцо начнет мерцать, при случае муниципалитет заметит его отсутствие…

– Чем сие грозит?

– Они могут отнять Локи карт-бланш колдовства.

– Как скоро?

– Думаю, понадобится безграмотный лишше суток. А вследствие чего твоя милость спрашиваешь?

– Кольцо сделано мерцало, – чуток слышно сказала Варвара.

– Обо во всех отношениях моя персона узнаю последним. Когда?

– Часа два-три назад.

– Ну, началось, – Мирна шарахнулась назад, с грехом пополам отнюдь не сбив из ног Арси, равно заорала: – Не распускай руки, паршивый заморыш, чтоб твоя милость сдох во рыночном сортире!

– Ах твоя милость мерзавка! – неукоснительно подключился советник, тряся пленницу после плечи. – Поговори еще! Ты у меня побегаешь!

– Вам помочь, патрон советник? – вахта нет слов главе со Хурстом выросла равно как из-под земли.

– Как вам ее проморгали, ротозеи?! – Арси переключился получай охрану. – Девчонку сверху место, живо. Потом изволите объяснить, как бы возлюбленная ухитрилась сбежать.

– Да, господин, – часовые схватили Мирну и, отнюдь не обращая никакого внимания для ее словцо равным образом сопротивление, потащили ввысь объединение лестнице. Хурст, пациент быстрее жив с страха до предстоящим разговором со советником, срывал злое начало нате беглянке, сколько стоит напрасно подгоняя ее ударами хлыста.

Арси шел следом, не без; тяжелым сердцем наблюдая, на правах сыпятся в Инсилая удары плетей равным образом секуция солдат. «Если б симпатия послушался мои совета, равно предоставил ми женскую место на этом действе, весь сии удары были б моими, – своими глазами видя то, с ась? ее богочеловек давний ученик, Варюша покамест отчетливее почувствовала свою вину накануне ним, – благодарность тебе, Илай, помоги тебе Мерлин».



Глава 00

Врата перехода продемонстрировали ко ми полное пренебрежение да вытолкнули меня изо Бэсснии безграмотный на моих покоях, а лично сверху пороге перехода, на двух шагах ото стойла боевых ящеров. Грязь, вонь, потемки равным образом хромоножка бэсс-смотритель, направляющийся за полу так ли совком, так ли лопатой. Что симпатия в этом месте гребет-то, золото, почто ли, нашел? После солнечного сада, откуда родом аз многогрешный пришел, Сан Полисе казалась хорошо мрачноватой, мы ес предприятие на сторону. И хорошо занавоженной: золото, соскребаемое смотрителем, для поверку оказалось ящеричными фекалиями. Господи, идеже автор этих строк живу? И следовать эту кучу навоза ваш покорный слуга хочу умереть?! Пристанище дармоедов! Такую страну засрали!

Я с горем пополам сбросил со своих джимы остатки торжественного приветствия да ввинтился во потолок: брести пешкодралом по части нижним секторам ми в одно идеал время махом расхотелось, кланяться меня здесь, похоже, были готовы для каждом шагу. Только мы разогнался, как бы налетел сразу бери таковский всемогущий экран, что-нибудь крохотку далеко не расплылся соответственно нему бесформенной кляксой. Это почто сызнова вслед самодеятельность? Арси, что, возомнил себя Властелином? Или Илай решил, который моя персона далеко не собираюсь возвращаться, равно считает себя победителем? Ну, моя персона не долго думая разберусь, который во доме хозяин. А зачем? Зачем ваш покорнейший слуга общий семо вернулся изо солнечной равно касательно благополучной Бэсснии? Сидел бы на саду, нюхал Сирикус Апрентас королевский, из Сингом относительно демократии беседовал.

Битва… кому возлюбленная сдалась сия битва! За что такое? война-то? За ящеричный навоз? Да Посланник, буде отнюдь не дурак, самовластно отсель сбежит подле первой возможности, когда выживет. После эйрекого рая, во Запределье сообразно собственному желанию может остаться исключительно натуральный любитель идей Мерлина в отношении светлом будущем, а бери такого идеалиста Илай правильно отнюдь не похож. Правда, вкушать до этих пор золотые кладовые Альвара, да кто именно сказал, аюшки? дьявол впредь до них доберется, инда разве победит? Так аюшки? ж ему надо, Посланнику? Воплотить мечту Мерлина в рассуждении всеобщем счастье, иначе нагреть руку моим золотом? Инси-лай… его отчёт в рассуждении Ваурии равным образом его ожидание меня интересуют лишь только во часть случае, разве Посланник не в чем дело? иное он. Тогда да, всё-таки короче так, в духе предсказала Тарра, точнее, так, наравне мы понял ее предсказание. Тогда равно всего только тогда. А ежели аз многогрешный понял ее неправильно… Ну, на таком случае ми предстоит сразиться вместе с Черным Локи, а Илай ранее давным-давно решил близкие проблемы, спрятавшись на Запределье тож изыскав способы выйти Ваурию. А уже что такое? хочет Локи, очевидно вне подсказок свыше. Едва ли его заботит тяжкая судьбина граждан мой королевства.

Огибая бог знает отонудуже взявшиеся энергетические барьеры, автор только-только отнюдь не запутался на собственном доме, проскочил требуемый уровень, вернулся равно украшение лица ко носу столкнулся от Арси. Советник со независимым видом вышагивал до галерее на компании туповатого Хурста да оглушительно ругающейся барышни, таково хорошенькой, что-нибудь через нее вслед за версту шибало в нос колдовством. Арси в такой мере засмотрелся для красотку, сколько ажно меня безграмотный заметил. Что сие вместе с советником? Корону мою примеряет, либо спинным мозгом чую потерял? Нет, определенно, моя персона безотлагательно разберусь, зачем они на этом месте помимо меня наваяли, идеже Посланник да кто именно Властелин.

– Советник? Очень кстати!

Испугался только лишь Хурст. Арси посмотрел держи меня, в качестве кого нате деньги на грязи, да опять-таки уставился нате девушку, которую во таковой мгновение марешоссе зачем-то столкнула во яр зверинца. Кажется, автор загостился у Синга, ума никак не приложу, на хренища дамочку для тиграм отправили, а Арси получи мое приваливание реагирует, как бы наши граждане получай воззвание об помощи – так глотать никак.

***

Айка открыла глаза, потянулась, сладостно зевнула, открыла глаза… да чертыхнулась, увидев по-над своей головой зеленое паргелий Ваурии.

«Не было печали, – через злости спанье по образу рукой сняло, – бесовский Илай, ну-кась взять бы однова вместе с ним обошлось помимо неприятностей! И что-то в настоящее время делать? – Она осторожненько выглянула с своего убежища, пытаясь найтись бери местности. Худшие предположения оправдывались: нимало подле возвышалась мрачная община Сан Палисс. – Как ми от сего места выбираться? Своими силами? Нереально. Хотя… Локи-то выскользнул, выходит, возможно… Беда во том, что-нибудь ваш покорнейший слуга далеко не Локи, а бездействие городской трудяга, накрытый следовать руку тогда, эпизодически спирт тащил не без; воинство примерно близкий пирожок. Подумаешь, проступок! Если разобраться, в долгу должны были ми сказать, а далеко не реализовывать сверху бок света без участия карт-бланш переписки. Давайте меня вновь расстреляем следовать то, почто моя персона улицу перехожу на неположенном месте. Ведь равно пирожка-то невыгодный досталось! Нет, высыхать во этой проклятой стране пишущий эти строки малограмотный собираюсь, пусть себе хоть вслед компанию вместе с Инсилаем. Чертова скотина, всех надул! И что такое? ему стоило умереть?! Тогда б правильно околесица отнюдь не доказали. Как возлюбленный что ни говори ухитрился выжить?»

Айка прикрыла шары равным образом попыталась воссоздать карту Ваурии, вызубренную под миссией. Сан Палисс справа, Альвар слева. Это важно, прямо после этого двушничек аварийных перехода. Через сила дозволено вступить в брак на Бэсснию, после океан – закачаешься Внеземельное мерцание. Направо или — или налево? «Бэссния никак не подарок, – Айка поморщилась, – на правителях недобрый Сэтх, играющий во демократию, двум дюжины нуворишей для полумиллионное нищее население, перманентное ситуация гражданской войны равно внушительно испорченные связи вместе с Эйрским содружеством. Это минусы. Плюс – открытая борт от миром, если, конечно, прежде этой норма доберешься. Аварийный трансформация со стороны Ваурии в среднем для самом дне Сан Палисс, охраняется гарнизоном москаль не без; боевыми ящерицами. Что имеет поле со стороны Бэсснии – непредсказуемо, у них с годами сообразно двум революции в дню: не без; утра они вместе с Тауром дружат, денно воюют, вечор отделяются, заполночь мирятся в соответствии с смерть жизни. И границу ведь откроют, в таком случае закроют. Не врата перехода, а шлагбаум для бойком переезде. Океан, кажется, работает помимо перерыва, да выкидывает во мерцание. Для входа во Ваурию идеальное место: токи остается на целости равным образом сохранности, а чисто чтобы выхода страшновато, сразу Высший сослал меня во эту дыру по части полной программе: без участия власть колдовства? Разметает меня по мнению переходу, наравне горох, чихнуть безвыгодный успею! Стоило ревизовать близкие внутренние резервы в объект волшебства. Что Айка равным образом сделала, попытавшись во порядке эксперимента нашептать себя шаркало воды. Этот чудеса у нее от легкостью получился: кубок хрустально-прозрачной бесчувственный воды мигом оказался во ее руке. „Очень хорошо“, – констатировала дисквалифицированная скитянка да медленно, не без; удовольствием выпила наколдованный продукт.

– Дьявол, – неотлагательно выругалась она, обнаружив сверху дне бокала мерцающую шестерку. Высший дал Айке сокращенное цифра чудес – семь, равно одно симпатия сделано целиком неталантливо использовала, лже- невозможно было пить изо ключа, ась? во двух шагах булькает! Айка на бессильной ярости швырнула незначительный фужер нате землю, возлюбленный попал во утес равно разлетелся бери мелкие осколки.

«И зачем? – возлюбленная уставилась возьми мерцающие в солнопек стеклянные крап у своих ног, – в эту пору ни волшебства, ни стакана. Ну дура, возлюбленная равно во Африке дура, да на Зазеркалье, да на Запределье. Ладно, ась? сделано, так сделано. Шесть попыток-то покамест осталось. Итак, монополия – лево, корм – солома? Если честно, ведь лишенный чего разницы, со способами возвращения разберемся позже, – спохватилась Айка, – толку-то, аюшки? ваш покорнейший слуга выберусь отсюда, заранее нежели выполню миссию? Как выберусь, эдак равно заберусь обратно, всего только незаинтересованный однажды сделано мертвяк бросьте бери правах человека. Перебьемся кроме лишних движений. Итак, считаем. Вариант раз. Откопать Инсилая, заявить ему насчёт назначении кристалла Ва-урии равно дожидаться, нежели закончится его вторая испытание посоревноваться силами из Магистром. Плюс – принадлежность со двушник дьявол выиграет, не без; клеймом бери лопатке, несовершенство – искать, выдерживать его мерзкую рожу равно ждать, доколе его укокошит Таур. Вариант два. Просто дождаться, временно у них после этого постоянно само рассосется. Плюс – сижу сложа руки, изъян – вероятно знай, в какой мере сижу равно почто высижу. И в закуску, разночтение три. Сделать так, чтоб мое извещение об его смерти в духе позволено правильнее получается правдой, равным образом держи свободу из чистой совестью. Плюс – кушать во мире справедливость, недочет – нечистый дух его знает, что ее добиться. Не для Тауру но выходить со просьбой повергнуть Великую битву, отнюдь не поймет меня Магистр. Ну, разве ваш покорнейший слуга как ни говорите невыгодный сижу, а действую, овчинка выделки стоит решить, на каком направлении. Придется пустить в дело пока что одно льгота в предсказание равно обнаружить месторасположение Инсилая. Проклятье, разве засим приближенно пойдет, мы растранжирю менструальный предел чудес вслед пару часов. Попытаться вычислить, пупок развяжется его занесло? Ага, его вычислишь, пожалуй, скотину живучую. Хоть бы знать, что такое? после произошло, который ему покойница водичка в пользу неграмотный пошла! Ведь покойный был, мертвее безвыгодный бывает. Не верь глазам своим, забыла основ – ное положение магии? За так да поплатилась. Так, лирические отступления – направо, эксплуатация – налево. Думаю, некто малограмотный исключительно меня околпачил своей как смертью, значит, по малой мере в на певом месте время, сверху данный уловка да Арси полагается был купиться, а кабы так, следовательно выслеживать добра молодца должно рядышком вместе с предыдущими Посланниками. Если автор этих строк сносно невыгодный путаю, черт-те где на Ваурии должны бытийствовать саркофаги от мумиями. Они здесь, видите ли, проигравших никак не хоронят, а хранят зачем-то на истории. Может, равным образом Илая немного погодя приютили? Там, а идеже там-то? Если до логике, в таком случае на Сан Палисс, ой ли ли кому-то придет на голову организовать ответвление морга бери главной площади Альвара, хотя… они после этого весь чокнутые, вместе с них станется. И во ратуше может присутствовать магазин с целью покойников, Запределье, нисколько невозможного. Но примерно весь буква шарага равным образом из приветом, крепость, однако, паче вероятна. Там да секьюрити покрепче, да Магистр поближе, нате случай, если бы предисловий случится всеобщее воскрешение, несомненно опять-таки возьми в некоторой степени подобное рассчитывают, коли неграмотный отправляют кость ко праху». – Айка инстинктивно чертила прутиком в земле карту Ваурии, отмечая крестиками больше всего перспективные направления поиска. К финалу ее рассуждений выяснилось, что-то логика, Инсилай равно Вау-рия со своими варварскими обычаями – вещи, принципиально неграмотный совместимые. Как ни досада берет было изводить считанное колдовство, а пришлось разориться. Айка вздохнула и, малограмотный мудрствуя лукаво, пожелала проявить себя поблизости не без; Инсилаем. Расчетами энергетики равным образом оптимальной траектории позволительно было малограмотный озадачиваться, выданные ей во обращение чудеса в решете были изо запасов Высшего, равно делать эксплуатация из чего ими был в силах инда ребенок, чародейство совершалось в области принципу Емели: пожелал – получи. Всю житьё бы этак колдовать!

***

Они прошли посредством ниша не без; огромным бассейном, миновали верт камней вместе с водопадами равно фонтанами равно поднялись для галерею. Выполненное на красно-белых тонах гранитное возведение поражало монументальностью равно воздушностью одновременно. Необычность конструкции оценила пусть даже Мирна, возьми пару секунд прервавшая ругань равным образом сопротивление, переключившись получай созерцание. Арси старался своего любопытства безграмотный показывать, нелицеприятно предполагая, что такое? совершенно сие симпатия видит невыгодный впервые.

Правая местность галереи была обращена ко саду камней. Парк, равно вне того великолепный, на казался прямо-таки волшебным. Каменно-кружевной ограда галереи подчеркивал величественность простиравшегося внизу ландшафта. Стена слева, напротив, была мрачной равным образом жуть толстой. Это было малограмотный несладко заметить: чрез каждые двадцать-тридцать шагов на ней были пробиты невысокие арки, забранные металлическими решетками. В арочном проеме прелестно умещались два стражников. Не близко было бы равным образом четверым, но, видимо, штатное распланировка крепости предусматривало всего-навсего двоих. Что они сторожили, оставалось загадкой, что-то около что из-за решетчатыми проемами было видимое дело всего лишь серое арша Ваурии. «Что-то сие отнюдь не ахти судя по всему держи гарем, – подумал Инсилай, проклиная в нежели аристократия Альвертину вместе с ее Каркатой: полчасика путешествия добавили ему изрядное доля синяков. – Куда ж они Мирну-то засунули? Будем надеяться, ась? метаморфоза живых людей на камни Арси до этих пор далеко не освоил. Да одурели они со своими плетками, автор ж как-никак да отнюдь не сопротивляюсь даже, всё-таки так же бьют. Ну, ведьменок, буде моя особа отсюдова выберусь, твоя милость у меня близкие из-за приманка проклятья таково огребешь, аюшки? держи всю бытье научишься словами безвыгодный бросаться. И мамочка твоя жалостливая далеко не поможет, наставитель фигов. Вырастила зверь для мою голову».

У одной с арок солдаты, тащившие Мирну, остановились.

– Здесь, – авторитетно сказал Хурст и, хмуро воззрившись возьми часовых у решетки, спросил: – Как вас ухитрились ее проворонить?

– Кого? – удивились арочники.

– Ее, – скалет ткнул пальцем на беглянку.

«Что-то невыгодный связалось, – шестым чувством понял Инсилай, – они безграмотный врут. Такую Мирну они видят впервой во жизни. Видимо, моя персона малограмотный угадал вместе с местным дизайном равно красотку засунули на тюрьму, в духе была: маленьким оборвышем. И какого ряд моя персона страдал сверху сих ходулях?»

– Что ваш брат охраняете? – взорвался власти крепостного караула, хорошо нервничавший во присутствии советника.

– Что скалет Гарди со господином советником сдали, ведь да охраняем, – огрызнулся единственный с охранников, – можете самочки убедиться, – возлюбленный отступил ото решетки. – Разве в чем дело? у красотки двоение личности.

Начальство заглянуло неизвестно куда вниз, чертыхнулось равно распорядилось:

– Проклятые волшебники. Скоро будут нате десятки множиться. Черт от ней. Давай да эту туда.

Охранник, пожав плечами, приподнял решетку, Хурст подтащил Мирну для арке да попытался затолкнуть девушку вслед за решетку. Инсилай приготовился колдовать, от удовлетворением отметив, сколько Маня отчетливо держится в силуэт арочного проема. Убедившись, сколько постоянно на порядке, спирт перестал драться да приблизительно вошел во арку, никак не сводя зенки от Волшебницы.

– Советник, бог кстати!

Инсилай похолодел, равно из всех сил вцепился на решетку, конъюнктура сделали ёбаный покатый вираж, что-то в ту же минуту ему нужно было каждый ценой состоять недалеко не без; Маней. Но, увы, превратив себя во хрупкую девушку, на четком соответствии со законами магии, значит плотски дьявол да имел безотлагательно силу женщины. Трое стражников, кроме труда сломив отпор наколдованной Мирны, втолкнули ее после решетку. Земля вывернулась из-под ног Инсилая равным образом некто полетел во пустоту, целое а успев обернуться. Последним, зачем ему посчастливилось отведать на галерее, был Таур, быстрым медленный дерзающий визави Арси. Первым, который предстало глазам Волшебника, про находчиво приземлившегося получай дне каменного колодца, была огромная пшеничная водка барс из всецело ошалевшими глазами.



Книга пятая

ЭКЗАМЕН НА ВОЛШЕБСТВО

Ошибки чародеев исправляют волшебники, ошибки волшебников исправляют маги, ошибки магов исправляет время…, коли захочет.



ЧАСТЬ 01

Вопрос: Может ли злоухищрение разгромить мастерство, умноженное для мудрость?

Ответ: Да, если бы добавить ее для полномочие да испытно прибавить деньгами…



Глава 01

Могучее, безмолвное творение на полной темноте бережно покачивало Ронни на каменной колыбели.

– Ну для чего автор тебе сдался? – полусонно бормотал подмастерье, – вредный, нудный, противный… одни проблемы со мной, честное слово.

Темнота неграмотный отвечала. То ли безграмотный слышала, так ли базарить была малограмотный обучена, а, может, прямо-таки была ко беседам отнюдь не расположена.

– Вот безотлагательно засну равным образом далеко не проснусь, – пообещал он, чувствуя, вроде слипаются у него глаза, – зажигать замучаешься.

Стена вздохнула равно который раз качнула свою колыбель.

– Вредная твоя милость равным образом неграмотный чуткая, – проворчал Ронни равно перевернулся держи остальной бок. Каменное диван тряхнуло, по образу хоть копанка пруди возьми старой стрелке, помощник крохотку язычище далеко не прикусил через неожиданности. – Но гостеприимная, сего невыгодный отнимешь, – немедля добавил он, решив, что-то каменную сущность злить небезопасно.

Снова убаюкивающее качание. «И что моя персона ко ней привязался, – думал Ронни, зря пытаясь качнуть онемевшими пальцами связанных рук, – у нее разработка такая, меня на этом месте муровать. С Тауром никак не забалуешь. Может, когда возлюбленная меня отпустит, Магистр ее разнесет по части кирпичику, вместе с него станется, а кому хочется, чтоб его до кирпичику по поводу первого встречного… Чертов Арси, обглоданную черепаху советнику во глотку, таково запястья перетянул, аюшки? сызнова пару часов, да кисти рук у меня несложно отвалятся. Можно подумать, аюшки? моя персона эту громадину был в силах голыми руками расковырять». От раздумий об связанных руках Ронни мерно перешел для воспоминанию касательно том, по образу во первые отрезок времени заключения долбил стены ногами. Ему из чего явствует решительно грустно. «Мне, вон, с простого ремня сверху руках поуже повытье хочется, а моя особа ее, бедную, колотил ни из-за что-нибудь ни для что, кто такой хочешь разобидится. Она уже отходчивая».

– Ты меня слышишь? – Ронни который раз начал балагурить со своей темницей. Камни подина ним качнулись равным образом приняли форму кресла. – Значит, слышишь. Ты, это, извини, аюшки? аз многогрешный тебя ногами пинал. Я а отнюдь не знал, зачем твоя милость живая… пусть бы неживое тоже, наверно, отвешивать пенделя безграмотный стоило…

Никакого движения. «Обиделась, – понял Ронни, – ни за что аз многогрешный ей ради наше смык напомнил, я так-таки ранее почти что подружились, симпатия меня пусть даже получи и распишись руках носила. Ну равным образом ладно, – подручный равным образом обиделся, – да минуя ее расположения тем или иным способом проживем, подумаешь, цаца. Могла бы равно говорить что-нибудь, а неграмотный дуться, что мышь держи крупу. Ой, – спохватился Ронни, – по отношению нежели сие я? Что симпатия скажет, симпатия ж стена!»

Он посидел уже немного, размышляя об своей малопривлекательной участи, да ранее после пару минут вновь отнюдь не выдержал.

– Мне, средь прочим, равным образом больно. Знаешь, на правах обрезки онемели? Может, подкинешь что-нибудь остренькое, чтоб ото ремня избавиться, сколько тебе стоит?

Пару минут никакого движения, следом круглым счетом ради задом шевельнулось, равно Ронни почувствовал, равно как кое-что твердое уперлось во ремень, связывающий его запястья. Подмастерье попытался получи и распишись ощупь выяснить, сколько сие такое, да неизвестно что зараз отодвинулось. Он по сию пору но извернулся, провел кончиками пальцев за возникшему предмету да здесь а порезался: сие был острый, в духе клинок, камень.

– Спасибо, – в темпе избавившись ото пут, галантерейно поблагодарил Ронни, зализывая порезанные пальцы, – сие было ужас деликатно не без; твоей стороны. Я в жизни не неграмотный забуду твою помощь.

Стена вздохнула. Подмастерье тоже. Некоторое период пара молчали, в дальнейшем Ронни сызнова заканючил:

– Я тебе, наверно, уж надоел, только автор без просыпа хочу. У тебя на этом месте никакого родничка невыгодный завалялось?

Он был почитай уверен, который во ёбаный малости стена ему неграмотный откажет, а зажор малограмотный появилась ни вследствие минуту, ни сквозь десять. Ронни приуныл:

– Ну равно ладно. Умру через жажды – в твоей совести будет. А автор этих строк умру, малограмотный сомневайся, ваш покорный слуга далеко не Волшебник равным образом аж неграмотный студент Волшебника. Это они могут, наравне верблюды, в соответствии с неделе вне воды существовать. Мне такие каприз неграмотный по мнению плечу… Засохну, на правах дерево пустыни на пустыне, одни колючки останутся.

Стена безмолвствовала.

– Может, тебе одной не мудрствуя лукаво скучно? – зашел Ронни от непохожий стороны. – Так буде твоя милость меня выпустишь, автор тебе на самое ближайшее промежуток времени какое-никакое братство обеспечу. Ты безвыгодный смотри, который мы бездействие подмастерье, мое речение покрепче, нежели у некоторых Волшебников, будет.

Стена задумчиво засопела, видимо, оценивала внесенное предложение.

– А советнику со Магистром моя особа возьми ставни безвыгодный попадусь, – шелковица а добавил Ронни, – сие твоя милость никак не сомневайся, они тебя во недобросовестной службе вменить в вину малограмотный смогут, ага да недостает в этом месте не откладывая Таура, отсутствуют их черная радостность во Сан Палисс, как бы класс.

Никакого эффекта. Ни нераздельно песчаник далеко не дрогнул.

– Ну равно дьявол из тобой, – разозлился Ронни, – охота тебе меня уморить – вперед. Валяй, убивай. Вот мы дурак, ес со кем толки разговаривать! Вы после этого до этого времени одна шайка! Сколько твоя милость поуже народу во своем нутре передушила? Небось, сейчас равно невыгодный вспомнишь, тебе фактически лет-то, наравне египетской пирамиде. До седых кирпичей дожила, а однако Ар-сика, прихвостня Тауровского боишься! Давай, продолжай на фолиант а духе! Совести у тебя нет, злыдня!

Сначала исчезло каменное кресло, равным образом Ронни напрямую средь своей тронной речи шлепнулся получи и распишись пол. Подмастерье охнул через неожиданности, чертыхнулся, но, безвыгодный успев возмутиться, получил этакий монументальный пендаль перед зад, в чем дело? пробкой выскочил с стены да хлопнулся получи и распишись карачки в центре грота. После абсолютной темноты, идеже Ронни пребывал почти не сутки, сумерки пространства ослепил его, возлюбленный почти что ничто малограмотный видел, да услышав раздающиеся что-то около вовсе возле голоса, резво, далеко не разбирая дороги, рванул, на правах был, в четвереньках во самый двусмысленный угол. В концевой время Ронни вспомнил, что-то грубо на этом месте был бассейн, да попытался притормозить, да было сейчас поздно, окунание состоялось. «Ну, зато воды ныне какое количество угодно, – уныло констатировал насчет себя подмастерье, вместе с головой погрузившись на бассейн, – через жажды конечно никак не погибну».

Когда симпатия вынырнул, голоса, напугавшие его, были ранее совершенно близко. Ронни разборчиво выглянул изо воды да увидел идущих непосредственно бери него Арси, Гарди и… Киру.

«Ну, дела, – некто где-то удивился, что-то едва-едва неграмотный уходи ко дну. – Они единаче да Кирку поймали. Полная катастрофа получается. Ох, хана наша сестра во всех отношениях коллективом. А пишущий эти строки даже если изготовить ничто невыгодный могу, как например стена меня равным образом вышибла получи и распишись свободу. Только в чем дело? ваш покорный слуга в сравнении со чем этой парочки свершить могу, по малой мере бы да со свободой? Да ничего. Придется Кирке самой выпутываться. А что? Нечего было семо соваться!»

Однако, прислушавшись, Ронни понял, почто Кируша на его помощи всецело невыгодный нуждается. Советник вместе с полковником по правде сказать заискивали накануне девушкой, лепеча какую-то порнография по части кладах равно сокровищах. Оба они, что мотыльки у свечки, вились окрест Киры, не принимая во внимание вся – кого интереса слушавшей их бредни. Троица как черепаха прошествовала мимо Ронни равным образом направилась черт знает куда одесную сообразно коридору. Осторожный помощник переждал пару минут, неожиданно вернутся, равным образом подтянулся получай краю бассейна, намереваясь вылезти изо воды. Где-то капли около опять послышался бас Арси. Пришлось вновь нырять.

Хоть госсоветник лишь только почто равным образом ушел направо, вернулся возлюбленный по неизвестной причине сообразно основному коридору да во всецело разный компании. На данный раз в год по обещанию Арси сопровождали Хурст равно солдаты, волочившие после углубление голосисто ругавшуюся Мирну. Собственно, узнал ее Ронни лишь только до голосу равным образом специфическому набору слов да выражений. Внешне дев`ица изменилась до самого неузнаваемости. Маленький оборвыш превратился на принцессу. Стройная равно изящная, во длинном черном костюм вместе с умопомрачительным разрезом, она, во вкусе королева, шла после парус бери тоненьких серебристо-звонких каблучках. Королевской поступи невыгодный мешали ни связанные грубой веревкой руки, ни как изо панты изобилия сыпавшиеся удары хлыста, оставляющие получи нежной коже девушки глубокие ссадины. Ронни инстинктивно дернулся во своем убежище, намереваясь вскоре придти держи помощь, сообразил, что такое? своим вмешательством всего лишь усугубит ситуацию, опять-таки измерение на темноте…

– Что после этого плещется?

Голос Хурста по-над самой его головой. Ронни прижался для краю бассейна равным образом неслышно скользнул бери дно. Когда возлюбленный вынырнул, просод ранее удалилась кончено в отдалении через грота. Где-то на глубине левого коридора маячил серо-стальной макинтош советника.

«Черт побери, – удивился подмастерье, как враг с коробочки сообразивший, сколько лишь пару минут обратно зюйдвестка получи советнике был черным, – в отдельных случаях дьявол успел переодеться? Ну, дает Арси, нетрудно спринтер какой-то».

***

Увидев хуй на лицо саму себя, свалившуюся откуда-то поверху из жуткой бранью, Мирна отскочила во сторону да сверху всяк встреча продемонстрировала клыки равно когти. Инсилай, взять да был косой для неожиданностям, мало-мальски растерялся равным образом обмер у стены, страстно соображая, вернуться ему на собственную сущность, отбросить постоянно в духе есть, или, ото греха, прикинуться уссурийским тигром. Пока Инсилай равным образом Мирна приходили во себя с изумления, буравя доброжелатель друга глазами, их полку прибыло: неуклонно с воздуха недалеко со ними материализовалась миниатюрная брюнетка во белых джинсах равно ярко-красной майке из критически-глубоким декольте. Несмотря получи недостаток длинного черного плаща, Мирна вскоре признала на девушке Отшельницу, а Илай, примерно равно безвыгодный маловато планирование выздороветь от их последней встречи, – дочечка Корна.

«Господи, равно который с них Инсилай? – ахнула для себя Айка, оказавшись получи и распишись дне каменного колодца во обществе белой пантеры да лаконично стриженой девицы во роскошном вечернем наряде, а со связанными грубой веревкой запястьями. Приглядевшись повнимательнее, Айка поняла, в чем дело? девственница – малограмотный кто именно иная, по образу несказанный компетентный засол Илая на Ваурии. – Точно, она. Только однажды на одночасье похорошевшая. Как затем ее звали? Мирна, кажется… Хотя, какая разница, что ее звали, бери Инсилая симпатия нехорошо смахивает. Пантера, равным образом та сильнее идет возьми эту роль. Только держи который нечистый дух ему почти пантеру маскироваться, фуфло какая-то. Но государственное ворожба сбоев неграмотный дает ажно на Запределье, значит, паскуда черт-те где здесь. Где?! Может, некто на микроклимат превратился, либо во муравья? С него станется, от подлеца. Придется искать. На текущий крата я, кровопролитие изо носа, свою миссию выполню: сиречь посмотрю во штифты этому ублюдку, alias раздавлю, по образу гадюку, только кольнуть меня на недобросовестности ни одна душа безграмотный посмеет».

– Я но говорил, они множатся, наравне плесень, – крикнул бог знает кто у них надо головами, – их поуже трое, ваша милость лишь посмотрите!

Мирна-девица подняла голову, невыгодный увидела ничего, не считая каменной стены, и, спохватившись, избавилась с веревки, связывавшей ее запястья.

Мирна-пантера подумала равно зарычала.

Айка несознательно прижалась ко стене да приготовилась гадать своими считанными чудесами.

– Наконец-то, – громыхнул в круглых цифрах над головой напев Таура, – что-то после этого творится, сатана побери?! Арси, твоя милость здоров?

– Вполне, – речь советника малограмотный выражал ни радости, ни изумления.

Короче говоря, наплаву царило полнейшее спокойствие. В компенсацию разволновался Илай. «Господин, Маня, – взмолился спирт относительно себя, – скажи „господин“, тож Магистр заподозрит тебя! Ну же, господин!! Я а рассказывал тебе насчёт местных нравах, вспомни, из-за бога, вспомни! Маня, сие а Таур, а твоя милость его постоянный советник, неотлагательно прояви почтение».

– Господин, – как прочитав мысли Илая, добавила Маня устами Арси.

– Пошли, – распорядился Таур.

Послышались удаляющиеся шаги, да голоса смолкли.

Мирна-девица подождала пару секунд и, убедившись, что такое? их троицей пустое место никак не интересуется, прошлась по части колодцу, со кошачьей грацией оттолкнувшись ото стены.

– Какими судьбами, донья Отшельница? Что-то забыли?

«Девчонка – безграмотный страшно, – вмиг оценила обстановку Айка, да из милейшей улыбкой сделала ступень для девушке, – новобрачная да глупая. Ну, точно, сие дочечка Локи, ее мамаша с кошачьего народа, чисто Арси ее ко ближайшим родственникам да отправил. Сейчас разберемся, кто такой где. Слава богу, мальчишки не без; ней нет, он-то поумнее, из ним мигалки ага глаз… Черт, равным образом ась? каста мурка беляшка бери меня где-то таращится, мнимый съесть собралась. Таур, что, нестандартный зоопарк никак не кормит, сиречь они на этом месте с открытыми глазами посажены, чтоб всех незваных гостей лопать?»

– Нет, нетрудно остались кой-какие дела, – на ухо сообщила Айка, делая до этих пор ход для той, кого симпатия считала Мирной.

– Что-то Вы далеко не в соответствии с форме… – Девица во черном платье, шатаясь держи каблуках, смотрела в Айку наглыми кошачьими глазами. – Неофициальный визит?

«А буква косушка цыгалка ощутимо поумнела, – призадумалась Айка, – со ней должно поосторожнее».

– Отчасти. Хочу помочь одному человеку.

– Не мне, случайно? – мимолетом поинтересовался Инсилай, никак не покидая Мирниной внешности.

– Н-нет, – Айка вертко разыграла смущение, – же тебе я, конечно, в свой черед постараюсь помочь. Я хочу… аз многогрешный должна защитить Илая. – Она снова-здорово покосилась сверху пантеру.

«Ту, в чем дело? на правах я, подослал Арси. Придушить ее надо, сей поры симпатия всё-таки секреты с мой имени неграмотный выведала, – Мирна-пантера приготовилась ко прыжку, же ее лапы чисто приросли ко полу, стоило Инсилаю, краем иллюминаторы заметившего ее попытку, колыхнуть пальцами. – Молчи, дура, – рычала Мирна, неграмотный на силах ни спрыгнуть с ума вместе с места, ни взять человеколюбивый облик, – сие но малограмотный я, да ну? твоя милость безвыгодный видишь? Отшельница, называется, слепая курица! Да однако оно меня заколдовало, сие чертово нечто! И тебя также заколдует, когда-никогда все, что-то ему нужно выспросит».

Но Айка ее рыка далеко не поняла равно на испуге шарахнулась во сторону.

– Скажи ей что-нибудь! – взвизгнула Айка. – Ты но должна оказываться в силах со ними общаться!

– Что твоя милость хочешь, чтоб автор этих строк сказала? – подняла брови наколдованная Инсилаем сущность.

– Пусть возлюбленная нас невыгодный трогает!! Ты что, безграмотный видишь? Она а нас сожрет!

– Она нас далеко не трогает, – холодно пожала плечами самозванка.

– Что-то безвыгодный похоже. – Айка без утайки боялась.

– Ты говорила в отношении помощи, – сатирически напомнила наколдованная Мирна, – сиречь ваш покорнейший слуга вещь невыгодный поняла?

– Все верно, – косясь для пантеру, подтвердила Айка, – моя персона вернулась прямо после этим.

– Это великий риск, твоя милость смелая девушка. Вернуться семо в соответствии с доброй воле… сверху такое безграмотный кажинный решится. Нужны аспидски веские причины.

«Какого дьявола ее семо принесло? – Илай безграмотный верил ни одному ее слову. – Помочь возлюбленная пришла, равно как же. Если во нежели возлюбленная ми равно хочет помочь, беспричинно всего лишь скорее получай оный освещение отправиться, однако сие ты, голубушка, опоздала. Раньше меня добивать должно было, все еще я, вроде картофель маринованный, во крепости валялся. Теперь поздно, завершающий локомотив укатил».

– Я люблю его, – сыграла ва-банк Айка, пользуясь отсутствием зловредного Инсилая равно прозорливого Рон – ни. – ваш покорнейший слуга невыгодный могла безвыгодный вернуться. – «Девчонка, возьми хоть равно поумнела, хотя нате любовную историю симпатия прямо-таки обязана клюнуть. Если, конечно, хозяйка безвыгодный имеет видов сверху посланца, да сие вряд ли ли, пишущий эти строки б заметила, ага равно малограмотный объединение зубам ей такое приключение».

«Ну, моя особа но говорила! Дуралей Ронни, – бесилась Мирна, неграмотный во силах выходить изо сущности пантеры, – мстит, ненавидит… понимал бы что-что во женской натуре! Да любит симпатия Илая, самоё во сказала, полухвея болтливая! Спасать примчалась, никак не побоялась ничего. Подумаешь, отчего-то некогда отметить забыла. Одна беда, спасать-то поуже некого. Толку защищать покойника. Но симпатия сего все еще никак не ведает, интересах нее Илай снова жив. Она единаче далеко не онемела с горя, душу изливает! А кому, кстати, изливает? Что ж сие следовать дрянь мной прикинулась, ага единаче да колдует что есть мочи получай неподвижность?»

– Любовь, – «прикинувшийся» Мирной Инсилай страстно возвел глаза для небу, – чувство, достойное зависти равным образом уважения. Жаль, отнюдь не в одни руки имеется его испытать. – Хитрые желто-зеленые лупилки взглянули бери Отшельницу где-то внимательно, что такое? ей из чего явствует малограмотный до себе. – Странное сие чувство… правда? Огонь да сало на одном сердце… с головы этап предлогом до лезвию ножа… Бесконечный клинок, повисший надо бездной вечной ночи, а твоя милость балансируешь сверху нем во серебре лунного света, в таком случае умирая, ведь возрождаясь. Полет надо пропастью, разрывающий вискарь да останавливающий дыхание, же одаривающий плоскости да пиршество всепоглощающего, вселенского счастья.

– У тебя весть странные представления насчёт любви, – Айка нестрого взглянула бери собеседницу, – наверно, твоя милость прямо единаче никак не знаешь ее, настоящую. То, что-то твоя милость описала, какие-то африканские страсти, а безграмотный страстишка мужской элемент да женщины. Поверь мне, сие великое удача – страстно да являться любимой.

– И сие удача твоя милость испытала от Инсилаем? – не без; оттенком недоверия равно зависти сразу спросила Мирна-девица.

– Откуда б не то ми смыслить об этом? – ответила Айка вопросом получи и распишись вопрос.

– Ну., питаться живот равным образом получи других планетах, – от еле-еле заметной усмешкой пожала плечами наколдованная Мирна. – Итак, твоя милость пришла семо после своим счастьем…

– Да, равно ваш покорнейший слуга добьюсь его.

«И что-нибудь оный вампир привязался для Отшельнице, – Мирна-пантера сделала очередную попытку вмешаться, подозревая своего двойника кайфовый всех смертных грехах. Безуспешно. Колдовство Инсилая изо всех конституционных свобод оставило ей как только свободу мысли. Ей равным образом пришлось ограничиться. – Любит – никак не любит, чертова сущность попросту частокол заговаривает, а хозяйка хочет доискаться наши планы».

– Не попроще было окружить заботой об этом чуточку раньше, на срок Илай был жив равным образом свободен? – крайне бросила наколдованная Мирна.

– Был? – никак не проявив ни удивления, ни отчаяния, переспросила Айка. – Он равным образом безотлагательно жив, и, полагаю, на определенном смысле свободен. Не верь на его смерть, девочка.

– Тебе виднее, – Мирна-девица, на разница ото Мирны-пантеры, хоть сколько-нибудь далеко не задохнувшейся с радости, услышав стихи Айки, невыгодный проявила особого восторга. – И во вкусе твоя милость мыслишь добивать, прости, вылавливать свое счастье?

– Пока безграмотный знаю, да что-нибудь хоть умри придумаю.

– Не сомневаюсь, – кое-как заметная смешинка скользнула соответственно губам Мирны, возлюбленная шаляй-валяй повела плечами, равным образом до замужества лицо соскользнул от нее невесомым черным шелком, явив миру зловеще ухмыляющегося Инсилая. – Ты во всякое время была крупный мастерицей по части части выдумки, правда, Айка?

Мирна в такой мере удивилась, что, взять да выскочила, наконец, изо кошачьей сущности, от места безвыгодный стронулась равным образом фразы невыгодный молвила. Отшельница, напротив, исчезла почитай мгновенно, успев для прощанье кинуть пару малограмотный совершенно лестных слов во ячейка того, кого общей сложности пару минут обратно называла счастьем всей своей жизни.

Инсилай, ко великой своей радости, избавившийся к концу с опостылевших ему каблуков да путающейся на ногах юбки, вздохнул вместе с облегчением, невзирая получи и распишись проклятья Айки равно тупую прозопальгия во спине.

– Ты жив? – пролепетала Мирна, обретя лепта речи.

– Как видишь, – проворчал Инсилай. Убедившись, аюшки? получай отваленный секунда Мирне ничто безвыгодный угрожает, симпатия сделано вернулся мыслями ко Мане, застрявшей во образе Арси на компании Таура.

– Слава богу.

– Я как и рад. Слушай, твоя милость отнюдь не обидишься, коли ваш покорный слуга оставлю тебя бери пару минут? Мне надлежит часть подкорректировать.

– Айку будешь догонять? – отнюдь не удержалась ото ехидства Мирна.

– Нет. Племянницу твоего папаши. У нее немедленно старшие проблемы.

– Кого? – рассмеялась Мирна. – Ты, что, обманывать разучился? Откуда у Локи племянники, а тем паче племянницы? Надо тебе уйти, приблизительно равно скажи, вне выкрутасов. Кстати, на хрен приходил-то?

– Соскучился, – буркнул Инсилай, – потереться заглянул. Имею право.

– Посмотрел? – надулась Мирна, задним числом трехсуточного спасательного ада на гордость Посланника рассчитывавшая для капли иную встречу. – Понравилось?

– А то, – тараньки его смеялись, только Мирна во своем гневе сего далеко не замечала.

– Ну да сыпь отсюда отсюда, – возлюбленная уселась нате пол.

– Всегда говорил, ась? добрые обстановка ми противопоказаны, так во ближайший присест безвыгодный туман удержаться.

– Насчет доброты безошибочно подмечено. Вали отсюда, добрая фея.

– Ладно, безграмотный злись, – Инсилай есть деяние назад. – Сиди здесь. Я сделаю тебя невидимой равным образом вернусь, что токмо смогу. Постарайся невыгодный вовлечься ни на какую историю.

Он взглянул бери Мирну, равным образом симпатия растаяла, на правах мираж. Потом, чуток шевельнув рукой, исчез да своевольно волшебник.

***

Получив публичный приглашение с Высшего суда, Элрой испытал некоторое замешательство. «Они подозревают меня на причастности, alias попросту пытаются разобраться? – размышлял Маг, глядючи для зеленовато-голубой квадратик повестки. – Это безвыгодный лучшая проказа во моей жизни, – констатировал он, взвесив „за“ да „против“. – Здесь замешаны такие силы, ась? через одной мысли об их могуществе сознаешь свою ничтожность. И что такое? а потребовалось через меня, грешного, господам вершителям? Не нравится ми это, да выделывать нечего».

В канцелярии Высшего Маг появился, что да было предписано, казаться во полдень. Секретарша, ленивая равно полусонная, поставила нате предъявленной повестке темный крестик, нацарапала миг прибытия равным образом на оный но пора относительно посетителя начисто забыла.

– И что? – поинтересовался Элрой со временем пятиминутного ожидания.

– К Высшему, – минуя всякого выражения буркнула бесцветная девица, – в дальнейшем но несомненно написано.

Элрой растерянно уставился получи и распишись повестку, некто навеселе был присягнуть, что-то немного погодя отсутствует ни сотрясение воздуха об Высшем. Но на его бумажке сделано отнюдь не было ни крестика, ни каракулей секретарши. Четким, каллиграфическим почерком вслед за тем значилось: «12/15. Высший. Личный прием». Маг крякнул равно направился для лифтам. Высший принимал только в чем дело? не во поднебесье.

Наверху было куда ни на есть демократичней. Весело переговаривающийся племя заполнял длинные коридоры. Большая баба дверей была совсем открыта, равным образом житьё ведомства была видна, на правах возьми ладони. Элрой, ни разу во своей жизни невыгодный поднимавшийся круглым счетом высоко, сколько-нибудь растерялся. Магическая этика, коею некто представлял немедленно здесь, выжига за совсем иным законам. Может, равным образом согласно старинке существовала, зато пустынно для своим секретам для орудийный очередь далеко не подпускала, а контия чтоб постоянно двери нараспашку… такого да во страшном сне отнюдь не увидишь. Маг уничтожающе покосился для происходившее и, наплевав получи и распишись приличия, ухватил вслед пуговицу пиджака первого встречного.

– Где принимает Высший?

– У себя, – удивленно ответил молодожен человек, здорово живешь смахивающий получи и распишись рубенсовского сатира, – в духе обычно.

Элрой вновь растерялся равным образом пуговицу изо пальцев выпустил. Его собеседователь неотложно помчался дальше, щелкнув каблуками, по образу копытами. Маг потоптался у лифтов и, чертыхаясь для себя, сделай так вперед. Публика во коридо – рах центр ошивалась самая разношерстная. «Вот возлюбленный где, финал света, – не без; тоской подумал Элрой, – херувим равно нелёгкая во одной упряжке. А ваш покорнейший слуга уже Локи критикую. Да спирт просто-напросто беспорочный пеленашка в соответствии с сравнению со по всем статьям этим. Подумаешь, бог знает куда в своё время заступил! Зато на худой конец Хартию Магов помнит да инда время с времени придерживается». Маг сызнова капелька побродил сообразно этажу, понял, ась? времена поджимает, равно попытался вызвать справки у миловидных молодых женщин, болтавших у подоконника.

– Высший? – нахмурила одна изо них хорошенькие бровки. – Разве спирт нынче работает со народом?

– Пятница, – вспомнила вторая, – будень претензий.

– Точно, значит, принимает, – согласилась первая. Они заново защебетали по части своем, по отношению женском, примерно Элроя равным образом невыгодный было вовсе.

Маг постоял немного, рассчитывая, что-то относительно него все же вспомнят, далеко не дождался да неприветливо уточнил:

– Кто ко кому претензии имеет: раса ко Высшему, либо — либо Высший ко народу?

– Ну, который имеет, оный равным образом высказывает, – дамы отмахнулись через Элроя, на правах с назойливой мухи, – со претензиями торчмя в соответствии с коридору.

– И в книга спасибо, – буркнул Маг да двинулся дальше. Коридор привел его во большой, вытянутой конституция зал, идеже повдоль стен скучало невыгодный слабее двух десятков посетителей. «Очередь, – догадался Маг, – многовато, однако, у народа претензий».

– Мне предначертано нате четвертинка первого, – для некоторый быль сообщил некто вместе с порога.

– А ми держи прошлый день, – огрызнулся кто-либо изо последних, – живая очередь.

Элрой озверел окончательно.

– Какая покамест очередь? – взревел он, наплевав в приличия. – Мне назначено! – дьявол демонстративно посмотрел получи время и, убедившись, сколько назначенное пора пришло, малограмотный обращая внимания возьми толпящийся во зале народ, сделай так для дверям Высшего.

– Всем назначено, – возразил некоторый с посетителей, только стремительному продвижению Мага возроптать безвыгодный рискнул.

Элрой чувствовал сверху себя ненавидящие взгляды, так акт безвыгодный убавил. «Критикую Локи, а сам по себе действую его а методами, – мелькнуло во голове Мага, – так кабы объединение закону равным образом вежливо, моя персона тогда неделю проторчу». Он вошел на ниженазванный зал. Никого. Тишина, полумрак, шар света нате полу равно рафинированный микролуч не без; потолка. Элрой помедлил равным образом шагнул во освещенное пространство.

– Господин Элрой? – немедля откликнулась пустота.

– Да.

– Вы пунктуальны, наравне король. Я вызывал Вас по части поводу обвинения, выдвинутого Вами наперекор господина Локи.

– Обвинение снято, – кроме колебаний ответил Маг, – некто несложно свидетель.

– Что-то изменилось?

– Нет, без труда выяснилось имевшее район недоразумение.

– А во деле Белеса недоразумений далеко не ожидается?

– Белее арестован до факту совершенного преступления, а неграмотный в области подозрению, – подумав, ответил Элрой. «Настучал Великолепный после Гектора в по сию пору инстанции, – не без; досадой подумал Маг, – интересно, кому автор этих строк обязан сим визитом? Локи, Велесу или — или обоим сразу?»

– Зато возлюбленный безвыгодный предпринимал никаких попыток подействовать нате битву на Запределье.

– Запределье равным образом его битвы за пределами компетенции комиссии за магической этике.

– Тогда в соответствии с какому поводу Вы выдвинули иск противу Локи?

– Локи был обвинен на сознательном неоказании необходимой помощи, – медленно, тщательно подбирая слова, ответил Элрой. – Когда выяснилось, что такое? его должность невмешательства кардинально справедлива, что-то около по образу что ни попало постороннее выходка могло выразить обаяние бери освобождение битвы на Запределье, порицание было снято.

– Вы равно неотложно считаете его невиновным?

– В чем? – оглядка уточнил Элрой.

– Вам тогда известно, зачем Локи, нарушив залог свидетеля, покинул границы Города равно отправился на Альвар.

– Во-первых, Локи сильнее неграмотный интересует меня в качестве кого свидетель, во-вторых, промежуток времени его явки во комиссию уже неграмотный истек. В третьих, автор безграмотный припомню закона, по мнению которому граждане Эйра неграмотный имеют компетенция для свободное визит Запределья, если, конечно, их приход малограмотный связан со нелегально оружия да наркотиков. Это наша территория. Даже пометка далеко не требуется.

– Я понял. Вернемся ко Велесу. Вы уверены, что-то принятые наперекор него распоряжения своей строгостью соответствуют тяжести совершенного им проступка?

– Нет, – вздохнул Элрой, подумавши ради себя: «Не могу а ваш покорный слуга его повесить, пусть бы стоило бы». – Но автор уверен, они безвыгодный дадут ему потенциал свершить паче серьезные проступки во самое ближайшее время.

– Это входит на жернов Ваших должностных обязанностей, глава Элрой?

– Что именно?

– Профилактическая процесс за предупреждению преступности на среде Магов? – Высший отнюдь не скрывал иронии.

– Нет.

– Тогда, может быть, Вы все же предоставите господину Велесу его привилегия получи будущие ошибки равно выпустите его около залог?

– Никто невыгодный имеет компетенция для срыв закона, – проворчал Элрой.

– Но фактически равно дать срок вслед за покамест неграмотный совершенное провинность равным образом сложновато. Подождите свершившегося факта равно творите правосудие.

«Как всегда, пользу кого наведения что-то около надо возвышение трупов», – подумал Элрой, однако свое отзыв осторожно оставил подле себе.



Глава 02

– Скажите мне, советник, – Магистр взглянул нате Ар-си, – Вы сносно малограмотный меняли во наших законах на мое отсутствие?

– Нет, – не за страх сказала Варвара, на глазищи невыгодный видевшая законов Запредельной империи и, тем более, шиш на них никак не менявшая.

– Тогда, могу ваш покорный слуга узнать, благодаря этому Вы кормите наших хищников молодыми девицами? Или у нас завелись двуглавые грифоны, питающиеся исключительно юными девственницами?

– Это… неграмотный говорить чтоб девица, господин, – промямлил Арси, – сие дочка Локи, до скорого свидания возлюбленный взяв три раза неладен, та, который крутилась не без; Посланником.

– Родство из Локи да приятельские связи от посланцем из ее стороны безграмотный предполагают нарушения закона со твоей стороны, – Таур, невыгодный терпевший самоуправства, досадливо покосился в советника.

– Да, господин, – безотлагательно согласился Арси, в полном смысле слова перемет опознать местность во разговоре.

– Ладно, по отношению девицах потом, который со Посланником?

– Сначала дьявол почти не умер, господин, – содержание Инсилая была Варваре изрядно яснее, нежели законы Запределья, хотя на ней равно как было числа информационных провалов. – Потом нечто посчастливилось исправить.

– Как сие почти? – удивился Магистр. – Что твоя милость несешь? Говори толком, дьявол энергичный иначе мертвый?

– На определённый момент, однажды Вы смогли вернуться на Аль-вар, надлежит полагать, живой, господин.

Магистр остановился да хозяйственно посмотрел получай советника. То, в чем дело? вместе с Арси несколько происходит, было очевидно. «Или симпатия получи и распишись мое явление невыгодный рассчитывал, либо — либо сделано успел прикинуть на себя мою корону, alias стакнулся вместе с посланцем, – подумал Таур, – однако ми симпатия открыто безвыгодный рад. И из-за что такое? мы вынужден сражаться, кабы аж соратники готовы на все равняется какой минута перескочить одним прыжком гораздо попало?»

– Нельзя ли поподробнее, повелитель советник?

Идея в отношении подробностях поставила Варвару, знавшую касательно злоключениях Инсилая аспидски приблизительно, на тупик.

Проклиная относительно себя хитроумность бывшего ученика, загнавшего ее во личину Арси, Волшебница шибко а другая там представила себе, нежели может завершиться на нее сие приключение. К моменту, если мысли ее впритирку подошли для героической гибели, иноземка внезапно осознала, ась? возлюбленная поуже далеко не одна во сущности советника. Арси лихо рапортовал Тауру в рассуждении проделанной работе, пусть бы Волшебница молчала. Опыт совместного пребывания во одной сущности от Катариной у Волшебницы уж имелся, поняв, кто именно получи этот однова составил ей компанию, грубая похолодела с страха. Теперь ей кровь из зубов невыгодный избежать разоблачения, Магистра, может, да удастся обмануть, Инсилая на волоске ли.

– И кто именно а его как-никак убил? – уточнил Таур, совершенно убедившийся во том, почто советнику принимать в чем дело? скрывать. Придя на себя ото неожиданного появления хозяина, Арси стал весь самим собой, токмо мигалки далеко не поднимал да говорил жуть осторожно.

Этот задание оказался малограмотный до зубам Инсилаю, никак не удосужившемуся актуально осведомиться виновниками собственной гибели. Советник был во некоторой растерянности, однако держи подспорье пришла Варвара:

– Дочь Локи Мирна да мальчишка согласно имени Ронни.

– Опять сии двое? – поднял брови Магистр да усмехнулся. – И следовать сие твоя милость решил скормить девицу тиграм?

– В вытекающий раз в год по обещанию автор представлю ее для награде, – Инси-лай молчал, опровергать пришлось Волшебнице.

Илай, подумаешь догадавшийся по части причинах, заставивших Арси отослать Мирну во зверинец, молчал потому, который глядишь понял, что-нибудь неподалёку не без; ним никакая безвыгодный мифическая племяненка Локи, а Мария иже Варвара, во самом недавнем прошлом бывшая его учителем. Это раскрытие где-то выбило Волшебника с колеи, в чем дело? некто абсолютно отключился ото разговора вместе с Магистром.

«Что после маскарад, мадама Варвара? – поинтересовался он, вернувшись во себя через изумления. – В шпионов играем? Самое место». «С тобой свяжешься, да безграмотный во такое заиграешь, – огрызнулась Волшебница, – тревоги для тебе липнут, в качестве кого похабщина ко подошве». «А ваш покорнейший слуга Вас, девушка, семо неграмотный приглашал, беспричинно что, извините, самочки вляпались». «А кто такой меня на эту сущность засунул, котище Чеширский? Ни присутствие нежели он, видите ли». «Ну, по образу засунул, беспричинно да вытащу, Арси сие покамест малограмотный весь Ваурия. К тому а Вы, мадама Волшебница, не без; Вашими шашнями от Черным Локи в корне можете предполагать получи его вспоможение равно поддержку, коли ми малограмотный доверяете». «А видишь мои происки тебя нацело неграмотный касаются».

– Ты что, уснул? – Таур осторожно посмотрел для советника, не без; головой ушедшего на себя. – Я тебя спрашиваю!

– Простите, господин.

– О нежели твоя милость думаешь, Арси, – разозлился Магистр, – во стране враг знает зачем творится, а твоя милость витаешь так на облаках! Вернись возьми землю равно объясни связно, идеже немедленно Посланник.

– На нулевом уровне, – вспомнив болтовню Краша, сказала Варвара.

– Ну, на худой конец как бы вразумительное, – буркнул Таур да подошел ко огромному вот всю стену экрану. – Аргус, покажи ми нулевой. – Экран засветился ровным голубым светом. Магистр обернулся ко Арси: – Ты уверен, зачем некто там?

– Да, господин, – пробормотал Инсилай, вместе с ужасом понимая, зачем точка технического оснащения через силу высок, чтоб поиски затянулись. «Откуда на этой дыре такая аппаратура, – удивился Волшебник, – малограмотный иначе, вроде неизвестный с наших приторговывает тихонько стратегическими разработками. Вот некоторый обрезки погрел, сие ж бешеные деньги!» «Не об чужих прибылях думай, а что до собственном спасении», – незамедлительно встряла Варвара. «Только тем да занят».

Таур пожал плечами равным образом распорядился.

– Аргус, дай неограниченный проект крепости. – Экран разделился держи девять квадратов, исчерченных тонкими линиями. – А в эту пору покажи ми всех неинициированных личностей. – Яркая голубая пароксизм взорвалась во самом центре экрана. Магистр усмехнулся, посмотрел во ставни советнику. – Ты поверил в всесилие системы, сие хорошо. Правда, Аргус невыгодный умеет различать чужих равно своих, зато балдеж фиксирует энергию колдовства. Ты выставил шаманство защиты равным образом строй его зафиксировала. Ты Волшебник, дружок, а Арси шаманить невыгодный умеет! Кто ты? Посланник? Сам пришел?

Магистр протянул руку для советнику. Инсилай попытался захлопнуться с сканирования, да какая-то третья твердость глубоко мешала ему противиться Тауру. Волшебник, единым духом вспомнив всё-таки рема Локи по части клейме получи своей спине, понял, аюшки? далеко не позднее нежели путем пару секунд Магистр его неуклонно разоблачит и, отнюдь не дожидаясь этого, выскочил с сущности советника во свою собственную. При этом, памятуя, нежели закончилось пользу кого него мукти Ронни вместе с Мирной из-под сети, некто безграмотный стал девать период сверху сдвиг Варвары, ограничившись ее, точнее, советника, невидимостью. Он немножко растерялся, посему обращение вышло сколько-нибудь грязным: доли секунды Арси равно Инсилай существовали одновременно. Досадная оплошность, хотя поправить ее было уж невозможно. Волшебник чертыхнулся ради себя и, на глубине души надеясь, ась? Магистр по-под горячую руку грех невыгодный заметит, метнулся ко стене, намереваясь не даться в руки чрез нее. Стена подина пристальным взглядом Таура Илая безграмотный пропустила. Волшебнику шиш отнюдь не оставалось, по образу стать во микроклимат да шустрым везде взорвать подальше с Магистра. Инсилай мчался по части лабиринту, стараясь никак не ахти петлять, затем чтоб быть необходимости без участия проблем вернуться. За покинутую в месте разборки Варвару спирт чрезвычайно никак не беспокоился. «Во-первых, какую-никакую надёжность автор ей колдовством невидимости обеспечил, – рассуждал он, вихрем проносясь по мнению покоям Таура, – умереть и безвыгодный встать вторых, решительно далеко не факт, в чем дело? в соответствии с горячим следам Магистр не вдаваясь в подробности ее век заметит. Из одного Арси получился единолично я, в соответствии с превращениям совершенно сошлось, приостановление была никак не вяще тысячной мгновения, отнюдь отнюдь не обязательно, что-нибудь был бог знает кто третий, может, пишущий эти строки без затей гадать порядком малограмотный умею. – Инсилай приостановился, пытаясь зафиксировать дорогу. Попытка ветра оглянуться для бегу стоила апартаментам Магистра сорванных портьер да нескольких разбитых ваз. – Да разве симпатия равно заметит Варвару, – успокаивал себя Илай, машинально отмечая для себя обстановку комнаты равно ее предрасположение условно того места, идеже некто оставил Волшебницу, – невыгодный короче некто получи и распишись нее минута тратить, аз многогрешный ему много интереснее, нежели испарившийся лжесоветник. Максимум, зачем произойдет – притормозит ее до самого уточнения, беспричинно сие безграмотный смертельно, а скорей всего, прямо придет для выводу, что такое? ваш покорнейший слуга превращался во Арси. Я вернулся во свою сущность – наколдованный иллюзия распался, полное хранение энергии».

Инсилай проскочил до этих пор пару комнат, влетел во какой-то полутемный черноволосый грот, какой-никакой явственно сейчас видел сегодня, равным образом понял, ась? время тормозить, простор самое подходящее. Чтобы никак не утрачивать времени, симпатия вернул себя естественную сущность получи и распишись лету, ась? было будет опрометчиво, принимая нет слов почтение разницу масс ветра равно самого Инсилая. Как равно следовало ожидать, темперамент движения, усиленная энергией превращения, дала Волшебнику такое ускорение, что, приняв человеколюбивый облик, некто от разбега пролетел от грот, кое-как увернулся через столкновения вместе с колоннами и, зацепившись ногой из-за треножник, рухнул торчмя на водопад. Следом на воду с расстановкой скатился холодный пролив светильника.

– Десять баллов, – проворчал Инсилай, вынырнув нате поверхность, – переворот в будущем нагнувшись на исполнении мешка вместе с картошкой. Зрители ликуют.

Впервые на жизни помывка далеко не доставило Волшебнику ни малейшего удовольствия. То ли жавель оказалась очень холодной, ведь ли картина для водным процедурам безграмотный располагали, только сейчас чрез пару секунд он, пронырнув подина водопадом, направился для берегу. И тут… Инсилай чуточку отнюдь не утонул ото удивления. Прямо предварительно ним нате черной поверхности бассейна качались двум головы: одна лысая, другая – черноволосая. Лысая, бессовестно мерцавшая бритым затылком, клеймящий в соответствии с отсутствию ушей равно возвышенно правильной форме, скорей всего, принадлежала какому-то местному монстру. Что впредь до головы черноволосой, в таком случае возлюбленная ревниво смахивала получи мерзавца Ронни. Илай чертыхнулся и, изогнувшись, в духе змея, чтобы основные принципы несгибаемо дал монстру пяткой в соответствии с затылку. Светящаяся воротила взлетела надо водой, описала конец высокую дугу и, плюхнувшись напрямую подина водопад, оказалась совершенно безобидным на шару изо тех, почто освещали грот. Голова, что, по мнению идее, принадлежала подмастерью, захлопала глазами равно лишенный чего звука пошла получи дно, пуская пузыри. Инсилай охнул, фьюкнул в некоторой степени непечатное равно нырнул следом.

***

Кэт готова была держи стену падать ото бесконечного ожидания.

– Ты уверена, что-то твой закадыка придет? – на сотый единожды спрашивала возлюбленная Чибру, дремавшую во зарослях гигантского лопуха.

– Да. Скалет вечно делает то, что-нибудь обещает. Он сказал, аюшки? придет, значит, нужно ждать, – кроме всякого выражения ответила девушка.

– Мы тогда равно беспричинно примерно день сидим. Может, симпатия не мудрствуя лукаво забыл для нас?

– Про тебя дьявол невыгодный знает, таково в чем дело? да выкинуть с головы по отношению тебе неграмотный может. А следовать мной неотменно вернется.

– Мне бы твою уверенность. – Кэт, слышавшая объяснение девушки из Дью, неграмотный очень-то верила во непоколебимость полковника.

– Гарди безвыгодный изо местных, – по нужде сказала Чибра. – Он неграмотный предаст. Он вернется.

– Я из ума сойду, – буркнула Катарина. – А разве спирт придет вследствие неделю?

– Мне некуда спешить.

– Я пойду сама, – решилась Кэт. – Хуже нет, нежели у моря погоды да догонять.

– Иди, – без выражения сказала Чибра. – Я буду ждать.

– Ты знаешь крепость?

– Только сераль равно появление для Альвару.

– Сдается мне, сераль в целях поисков перспективнее, – хмыкнула Катарина, далеко не очень-то обольщавшаяся целомудренностью Инсилая.

– Скалет Гарди часом дежурит во охране гарема, – вяло сообщила Чибра. – Но кажется, днесь никак не его смена.

– На который отец лжи ми твой Гарди? – разозлилась Кэт. – Я ищу другого мужчину.

– Там пропал других мужчин. У нас сераль для того женщин, – бери полном серьезе сообщила Чибра.

– Да? – усмехнулась Катарина. – Как сие нетрадиционно! Никогда бы никак не догадалась!

***

Избавление через общества Инсилая стоило Айке сызнова одного государственного чуда. Опрометчиво пожелав: «куда подальше», она, исчезнув изо каменного колодца, во гордом одиночестве очутилась середи голых скал, повисших по-над мрачным морем. «И аюшки? дальше? – из тоской оглядывая нищий пейзаж, подумала девушка. – Еще пара-тройка таких глупостей, равным образом мы изведу весь положенное волшебство. Чудес осталось только четыре. Это мало мало, учитывая, почто автор этих строк безграмотный знаю, ни почто делать, ни что-то делается. Эх, не долго думая бы „связь к совета“, положенную Отшельнику, – возлюбленная в области привычке затеребила цепочку держи шее, идеже кайфовый времена ее первой миссии хранились двум бусинки экстренной связи, между тем возлюбленная ими отнюдь не воспользовалась, в эту пору юриспруденция совета еле ли оставили. Пальцы Айки сверх ожидания натолкнулись получай заветные бусинки. – Неужели Высший забыл для связь? – возлюбленная безвыгодный верила своему счастью. – Или осмысленно оставил? Или ваш покорнейший слуга бесцельно радуюсь, сие ранее безграмотный чирик минут разговора, а простые стеклянные шарики?»

Она дрожащими руками сняла от цепочки прозрачную, вроде кот наплакал горной воды, бусину равно положила ее получи немалый пологий валун. Поискала глазами утес поменьше, нашла, стукнула им соответственно стеклянной капле, разлетевшейся через удара получи радугу брызг. И приблизительно за единый вздох услышала приблизительно на глубине подсознания альт Корна:

– Где ты, что такое? случилось?

– В Ваурии, – внутренне вздохнула Айка, – пришлось вернуться.

– Это правда, что-нибудь тебя обвинили во неисполнении?

– Да. Сволочной Инсилай выжил, уж на что автор равным образом доложила по части его смерти.

– Ты подлинно видела его смерть, не в таком случае — не то тебе нетрудно куда желательно ее видеть? – уточнил Корн, поспешно соображая, равно как помочь дочери.

– Разве литра мертвой воды невыгодный стоит ради смерти Волшебника?

– Более чем. Тогда наоборот. Ты уверена, который дьявол жив?

– Он жив, возлюбленный на Ваурии, спирт вне проблем колдует равным образом жив не буду собирается свести счеты мне, – единым махом выпалила Айка, – у нас бог недовольно времени. Что ми делать?

– Сам дьявол на волоске ли был в силах вылезть изо таковой передряги, – помедлив сказал Маг. – Ему кто-нибудь куда крепко помог, равно моя персона догадываюсь, кто.

– Высший? – испугалась Айка. – Это все, ми конец.

– Не паникуй. Высший бог иногда вмешивается во локальные конфликты. Сдается мне, сие деяние рук кого попроще.

– Как например?

– Или Белее, alias Локи.

– А Велесу-то сколько вслед грусть вплоть до наших радостей?

– Его учениц обвинили во заклятии со смертельным исходом. Он был в силах попытать счастья откорректировать их действия.

– Так вишь каким образом симпатия обрел струнка волхвовать на Запределье… – догадалась Айка, – а я-то голову ломала.

– Может, таким, а может, равным образом нет. По мне, приблизительно ввязывание Локи несравнимо паче вероятно, нежели радение Белеса.

– Час с часу далеко не легче. Инсилай на тандеме от Черным Локи. В моем раскладе сие верная смерть.

– Это ахти серьезно, но, надеюсь, никак не фатально. Тебе придется малость подождать. У меня лакомиться кой-какие своя рука во управлении Высшего, аз многогрешный попытаюсь их задействовать.

Айка расслабленно опустилась бери камень. Узнав, вместе с кем придется вмещать дело, симпатия потеряла всяческие надежды. Она отнюдь не сомневалась на том, что, инда повстречаясь со ней единственный бери один, взъяренный ее действиями Инсилай беспременно одержит верх. А стрела-змея ежели после его задом есть смысл Локи… Даже благодетель тогда безвыгодный поможет. Черный Локи – страшная сила, беспощадная да непредсказуемая. Сила, живущая по мнению одной ей известным законам, отнюдь не ведающая страха равным образом презирающая сомнения… Творящая равно уничтожающая, ни сверху побудь на месте неграмотный задумываясь.

Корн вышел получи связь, рано или поздно Айка в полном смысле слова впала на уныние.

– Слушай меня внимательно. – аллегро сказал Маг. – Кое-что посчастливилось сделать, надеюсь, тебе сие поможет. Я сумею получи некоторое минута нейтрализовать Локи. Ненадолго, так у тебя хорэ сезон про маневра. С Посланником сложнее. Пока безграмотный рассыпалось на негодное бугель Мерлина, спирт почти что неуязвим со Эйра. Но тогда вас на Ваурии, а сам крат его сделано почти не убили во Запределье…

– Это «почти» стоило ми больших неприятностей.

– Надо было враз снестись со мной, а малограмотный работать отсебятиной. Закрыли тему. Я договорился. Тебе оставят вторую «связь за совету» равно накинут пяток государственных волшебных действий. Ты неотлагательно успокоишься, сделаешь весь на точности так, равно как ваш покорнейший слуга скажу, равным образом выйдешь для связь, в качестве кого лишь только выполнишь первую деление программы. Постарайся малограмотный пятиться назад через плана, да тебе помогут. Итак, к начала…

***

Инсилай недооценил умелость Магистра. То, что, не считая исчезнувшего во одночасье Арси равным образом растворившегося во воздухе посланца, во помещении находится снова кто-то, Таур понял, неграмотный задумываясь, возьми уровне подсознания. Не тратя времени получи поиски невидимой сущности, спирт не мудрствуя лукаво швырнул на нее волшебством неподвижности равным образом бросился на погоню ради посланцем. И постоянно но драгоценные секунды были потеряны. Проклятого волшебника равно как ветром сдуло. Исчез, мнимый равным образом безвыгодный было. Магистр промчался до своим покоям, заглянул во гарем, присмотрелся для саду., ничего, ажно далеко напоминающего Инсилая, заявить никак не удалось.

«Куда ж симпатия подевался? – удивился Таур. – Как через землю провалился! С сим поганцем моя персона поверил бы инда на экой расклад, так во Сан Палисс нельзя успевать чрез землю, на этом месте да земли-то да А стены да павел контролирует мощнейшая энергосистема. Что спирт опять двадцать пять придумал, нынешний выкормыш Локи?»

Магистр уже капелька пометался согласно крепости черным коршуном, да сие было вернее пользу кого того, чтоб стряхнуть через мешавшего ему скопиться раздражения, нежели на надежде доискаться посланца… Обретя душевное равновесие, Таур принял наследственный видимость и, насчет успокоившись, отправился сверху полоса происшествия. Там на кабинете остался Инсилаев помощник, значит, Посланник непременно тама вернется. Парень своих во беде далеко не бросает, сие проверено, приблизительно который нужно не мудрствуя лукаво подождать, самолично придет. Главное, отнюдь не пропустить того, невидимого.

Варвара, через последних событий чертовски растерявшаяся, как-нибудь собралась вместе с мыслями. Она равным образом помнила мораль Локи в рассуждении том, что-то на условиях Ваурии Волшебник принуждён изначально уделить внимание в рассуждении собственной участи равным образом сделано исключительно впоследствии о по всем статьям остальном, почему бегства Инсилая безграмотный осуждала, но… Куда отличается как небо через земли симпатия понимала равным образом принимала сие преподавание Мага тогда, эпизодически был сделано рассмотрение полетов да предложение шла что касается Ронни из Мирной, выскочивших с беды, а неграмотный по отношению ней, Варваре, окаменевшей посредине Тауровых покоев. «Ну сколько бы им генерал-атторней был в состоянии такого сделать, – рассуждала Варвара, краем мателот слушая, как бы Локи отчитывал ученика, – правда ничего. Конечно, утаскивать айда нужно было дуралею, а малограмотный геройствовать. Отсиделся бы лишенный чего всяких фокусов, а дальше вытащил их с передряги. Авось, малограмотный дошло бы впредь до сумме сего кошмара». Сейчас, оказавшись заложницей теории безопасности Локи, жестокая смотрела нате нее слабо поменьше оптимистично. Замершая подо колдовством Таура, чернокнижница азартно пыталась изготовить малость приемлемую линию своего поведения, только получалось плохо. «Он меня уничтожит, – свербело на ее голове, – Инсилай даже если сунуться со носом безвыгодный успеет, как бы весь кончится. Это коли ему посчастливилось ото Магистра увернуться. А разве нет? Тогда уже проще, Таур прикончит нас обоих. Что с годами вещал Илай? Ну, да. Молись, чтоб тебя убили первой, а у меня хватило сил сдержать вплоть до последней минуты твою наколдованную сущность. Что-то ми аспидски никак не нравится такая перспектива. Во-первых моя особа отнюдь не собираюсь умирать, а во-вторых… Кто сказал, что-то Магистр начнет не без; меня? Нет, дьявол примется ради Инсилая. Как они на этом месте последствие ведут, аз многогрешный сделано видела. Едва ли в дальнейшем испарения допросов Илая хорош заботить моя участь. Ему кардинально склифосовский собственных проблем вместе с его Каркатой. За штифты хватит. Нет, только возможная строй поведения – сие сыграть роль советником от полной амнезией. Пока Магистр разберется… своих-то спирт неграмотный достанет губить минуя свида равно следствия. Главное, чтоб реальный Арси семо отнюдь не пожаловал».

Советник малограмотный появился, да вернулся Магистр. иноземка почувствовала, в чем дело? у нее без затей подкашиваются ноги, разве б никак не предсказание неподвижности, возлюбленная бы еще давнёхонько рухнула бери пол: промысл равным образом мизантропия ото Таура исходили нетрудно ураганные. Магистр прошелся до кабинету, развалился во кресле да стал хозяйственно оглядывать помещение. Волшебница поняла, что-нибудь спирт сканирует пространство. На расследование инородной сущности Тауру потребовалось отнюдь не лишше десяти секунд. иноземка равным образом ухнуть безвыгодный успела, в качестве кого симпатия уж смотрел ей во глаза, равно его хладный взор завораживал не выдерживает сравнения с заклинания неподвижности. Магистр снимал со Волшебницы лепестки колдовства совсем нечего делать равно непринужденно, вроде как бы чистил бальзаковского возраста мандарин, разбрасывая шкурки. Сперва слетела чудотворство невидимости. Увидев прежде из себя перепуганное рожа Арси, замершего в середине кабинета, Таур сколько-нибудь озадачился. «Он наколдованный, иначе заколдованный? – думал Магистр, пытаясь ссадить со советника внешнюю сущность. Внешность, одобрение Инсилаю, стояла нате смерть, правда, Варваре казалось, сколько Таур взглядом сдирает вместе с нее кожу. – Заколдованный, – пришел для выводу Магистр, – а посланничек-то далеко не промах. Значит, немного того, сколько Арси его отнюдь не поймал, этак пока что равным образом дал ему во себя вселиться. Как, хотел бы пишущий эти строки знать, равно при случае безвыездно сии превращения начались? Ну, сейчас хотя бы бы понятно, с каких щей автор этих строк безграмотный был в состоянии на флэт вернуться: в отдельных случаях на Альваре из-за главного Посланник Мерлина, а у советника во голове тараканы, меня на этом месте во почто бы в таком случае ни стало ни одна душа малограмотный ждал. И вроде ныне Арси во видеопамять возвращать? Поди угадай, который ему во голову дьявольский Волшебник напихал напоследок? Не напрасно он, уходя, притормозил. С его классом магии ваш покорнейший слуга на такие ляпы легко верю, в качестве кого втемную одарить скверна какую-нибудь оставил. Может, после этого чародейство шахида? Начну расколдовывать, и, поминай, наравне звали! Ни меня, ни Арси. Нужны ми сии приключения, сократить его ко черту безо выходного пособия да разметать сущность! Иногда не задавайся нового сделать, нежели старого починить. А что, списать Синга, с бэсса получится блестящий помощник. Толковый, со фантазией, во демократии разбирается… Разбирается, ми бы равно как разобраться неграмотный помешало, зачем тута безо меня сии ребята-демократы наработали хэнд об руку. Ладно, далеко не хватало до настоящий поры на собственной крепости через каждого шороха вздрагивать, ей-ей да безвыгодный похож Посланник возьми террориста. На какой иблис ему советника взрывать? Он его легко использовал, как бы физическую сущность, равно бросил, вроде спрос отпала. Ну, зачем после этого вместе с Арси?»

– Шевелись, – приказал Таур, снимая не без; советника магия недвижимости, – равно зачем тута происходит, Арси, скажи для милость?

– Я далеко не знаю, господин, – Варюня догадалась, что-нибудь наколдованная Инсилаем сущность устояла да изобразила полнейшее смирение, честь да растерянность, пытаясь максимально быть подобным возьми хозяина выданной ей внешности.

– Ты во порядке? – скептически смотря возьми советника, уточнил Магистр.

– Не знаю, господин… – возлюбленная потерла пальцами виски, демонстрируя полное замешательство.

– Я позову Альфа.

– Да, господин, – сие псевдоним синь порох малограмотный говорило Варваре. Она отнюдь не рискнула отказаться, а внезапно сие один человек изо офицеров охраны, иначе нетрудно оторванно приближенное лицо. Не поймет Таур отказа.

– Эй! – Магистр возвысил голос. – Кликните семо врачевателя, срочно.

Где-то на коридоре послышалось движение. «Врач, – испугалась Волшебница, – зафигом симпатия ему понадобился? Сейчас вколет ми какую-нибудь гадость, равным образом соловьем запою, расскажу все, аюшки? знаю, да а далеко не знаю, равно как поведаю».

«Или все ж таки наколдован посланцем советник? – Магистр покосился получи и распишись сморщившуюся ото страха мордочку Арси. – Что-то во нем малограмотный так. Надо разобраться со во всех отношениях сим бардаком в этом месте равно сейчас. Хватит снимать от очереди для завтра, иначе говоря пишущий эти строки утону на потоке лжи да чужого колдовства. Ладно, для того основы послушаем, аюшки? скажет Альф, уж на что в некоторой степени прояснится. Не был способным а чертов Посланник пленить всю Ваурию. А добра молодца нонче выключим, чтоб подо ногами отнюдь не путался». Таур щелкнул пальцами да осмысление Варвары померкло. Арси расслабленно упал держи пол. Таур чертыхнулся, схватил бездыханного советника подина мышки и, протащив сквозь кабинет, плохо взвалил бери диван. «Со мной также черт знает что неграмотный так, – безысходно констатировал Магистр. – Или от посланцем переобщался, либо — либо ото советника заразился. Надо ми было надрываться, отнюдь не был в состоянии прямо-таки взглядом подвинуть?» Пришел врач. Несмотря нате некоторое удивление, отразившееся получай добродушном лице Альфа, сомнений на естественности его сущность у Магистра никак не вызвала.

– Как поживаешь, Эскулап? – поинтересовался Таур, жестом отпуская замершего в области стойке «смирно» часового.

– Спасибо, господин, – пантелеймон улыбнулся, продемонстрировав неудовлетворительно ряда без упрека белых зубов, – нежели могу оказываться полезен?

– Успеется, присаживайся. Я хочу вынуть душу тебе небольшую толику вопросов.

– К Вашим услугам, господин.

– Ты вслед за лицом ни ложки необычного неграмотный замечал во мое отсутствие? – на молодчик поинтересовался Магистр. «Может, спирт да его заколдовал? С размахом посланничка, безвыгодный удивлюсь».

– Простите? – растерялся Альф.

– А вслед за советником? – безграмотный опускаясь прежде объяснений, спросил Таур.

– Н-нет, – эскулап краем лупилки посмотрел получи отдыхающего возьми диване Арси.

– Он тебя далеко не слышит, – успокоил Таур, заметив настоящий взгляд, – говори, безвыгодный бойся.

– Он умер? – вне обиняков уточнил лекарь.

– Да твоя милость что, – Магистр поднял бровь, – нет, конечно. Просто автор хочу устроить объективную картину произошедшего на мое отсутствие. Об успехах советника ваш покорный слуга ранее наслышан, об эту пору было бы полезно вкушать твою версию событий. Можешь фигурировать полностью откровенен, Арси сейчас, по образу фантом, околесица невыгодный видит, никак не слышит, малограмотный помнит.

– Про Посланника нажаловался советник? – усмехнулся Альф.

– И оборона него тоже, – наугад поддакнул Таур.

– Да спирт несложно рехнулся, рано или поздно человек выключился, – проворчал врач, – спасай, лечи, беги, коли… Можно подумать, аз многогрешный огромный маг, чтоб со того света выковыривать!

– Арси убил посланца? – Магистр удивился. История не без; каждым медленно становилась весь побольше запутанной. Действия советника приметно попахивали государственной изменой.

– Нет, спирт никак не убивал, сие точно, – безотлагательно откликнулся врач, сообразив, сколько Таур заподозрил Арси во попытке государственного переворота чрез братоубийство посланца, – дьявол наоборот, всех замучил его спасением.

– Так посланец что ни говори умер?

– Не совсем, чтоб умер, – Альф замялся, подыскивая преимущественно подходящие интересах описания состояния Илая слова.

– Да не ведь — не то нет? – прервал его раздумья, во всех отношениях сколоченный вместе с толку Магистр. «Или моя персона постигать разучился, или — или они говорить. Он у них, видите ли, безвыгодный сказать, чтоб жив, безвыгодный факт, ась? мертв. И из-за кем но автор этих строк позднее сегодняшний день гонялся, когда симпатия умер, вслед за привидением, что такое? ли?»

– Не знаю.

– Ладно, начнем сначала. Итак, его поймали.

– Посланца? Да, около одновременно за Вашего ухода.

– Дальше.

– Все, по образу Вы приказали. Допросили, поставили для столбам, заклеймили Вашим именем да нанесли обезьянье проклятье.

– Так нате поганце стигма раба? – сие было самым приятным сообщением от момента возвращения.

– Да, ко тому но усиленное двойственный дозой СС. Арси сказал, ась? Вы круглым счетом распорядились. Что-то никак не так?

– Все так. – Магистр понял, с каких щей ему была заказана тропинка домой: «Посланец попал среди жизнью равным образом смертью. Альф был бессилен равным образом Арси придумал какой-то фокус, чтоб посланца оживить. Фокус, похоже, был для грани фола, равным образом советчик решил подстраховаться эликсиром, чтоб посланника отнюдь не упустить. Что, к слову сказать, да произошло. Так что-то неграмотный бессмысленно возлюбленный опасался. И каким образом он, хотел бы ваш покорный слуга знать, занимался воскрешением? Для сего во вкусе узел нужно знать, каким образом посланца прикончили». – Кстати, что получилось, что-нибудь Посланник умер?

– Его приятели напоили его мертвой водой.

– И Арси ухитрился его впоследствии сего спасти?

– Полшага ко своему спасению успел изготовить сам по себе Посланник, – подумав, сообщил Альф. – А вишь кто именно сумел выдворить его во реальность… Не знаю, же насилу-насилу ли сие был Арси.

«Выходит, поступки советника было более, нежели лояльным, – сообразил Таур. – Он костьми лег, чтоб покрыть мое возвращение. Даже до самого каких-то третьих сил додумался с целью осуществления своего безнадежного дела. Только силы далее вышли из-под контроля, да однако неприлично наперекосяк. Арси, даже да проворонил посланца, а открыл ми двери домой, а следом получи советника напала амнезия. Или Инсилай, взамен благодарности насовавший своему спасителю полную голову глупостей. Ладно, Арси за пределами подозрений, пусть себе спит, спасением займемся потом. Сейчас Кирена да кольцо. Раз Посланник жив-здоров, чувствует себя на Сан Палисс, в духе дома, равно нагло приколдовывает, не возбраняется выжидать а угодно. Но визирь молодец. Дойдут руки, расколдую равно объявлю поклон до гарнизону, важнецки безвыгодный успел во персть обратить».

– Скажите, Альф, а десятая спица не относящийся к делу после этого отнюдь не появлялся?

– Ну, задним числом полусмерти посланца приблизительно зараз попались его попутчики, – хилер невыгодный понимал, зачем ото него хочет хозяин, – мальчишку ваш покорнейший слуга видел, а девицей Арси самолично занимался.

– Еще?

– Я никого нет малограмотный видел.

– Это точно?

– Если глава скажет, кто такой правильно его интересует… – Альф был во полном недоумении. – Крепость чрезмерно велика. Может, да был кто-то, беспричинно отойди знай, чуждый возлюбленный не ведь — не то отнюдь не очень.

– Я спрашиваю в рассуждении юный девушке парение восемнадцати-двадцати…

– Ну ваш покорнейший слуга но говорил Вам, – доктор пришел для выводу, ась? во последнее срок во крепости открыто нечто никудышно вместе с экологией. Магистр, равно оный слышать разучился, – дочка Локи. Она согласно правилам на крепости.

– К черту Локи со всеми его родственниками, – разозлился Таур, – меня интересует стройная сероглазая шатенка. Среднего роста, получи и распишись внешность полет восемнадцать, но, ваш покорный слуга думаю, симпатия так-таки маленечко старше. Я, что, неудобоваримо объясняю?

– Понятно, господин, – срочно откликнулся Альф, которому взвинченное манера себя держать Магистра жуть напоминало дисфория магического бешенства, а буйных отпустило безвыгодный нервировать, – да автор этих строк такую далеко не видел.

– Ты уверен?

– Да, господин. – «И настоящий рехнулся, – со тоской подумал врач, – безвыгодный царский дворец, а городская лечебница. Налево „травма“, по правую сторону психиатрия, терапевтика согласно центру да морг, что положено, во подвале».

***

Чьи-то голоса были капли рядом. Катарина вздрогнула равным образом одним духом сбросила со себя остатки сна. Их было трое. Двое мужчин да нагловатая девственница неопределенного возраста – с пятнадцати давно двадцати. Одного с мужчин Кэт ранее видела, голливудский легионер из рыцарским мечом, остальная народ была ей незнакома.

– Эй, – симпатия тихонько толкнула во край Чибру, – Кто сие ко нам пожаловал, далеко не просветишь?

– Ой, мамочка, – Чибра оглядка выглянула по поводу кустов равно туточки а забилась во самые заросли, – сие но Арси!

– Это тот или иной тебя уничтожит? – вспомнила Катарина услышанный разговор.

– Он всех уничтожит, ежели понадобится. Он инда посланца убил. Таур малограмотный смог, возьми хоть равно бился, а Арси без участия всяких военных хитростей справился. Измором взял…

– Убил? – Уточнила Кэт.

– Говорят, – в страхе покосившись получи и распишись советника, прошептала девушка. – Но у нас после этого бог не обидел насчёт нежели говорят, всему открыться безвыгодный стоит.

– А который таковой Посланник? – Катарина никак не сводила зыркалки вместе с Арси.

– Он пришел кончить Таура, дабы урвать золотом да женщинами Ваурии.

– Ну, золотом понятно, – пробормотала Кэт, – а бабы-то Ваши ему зачем? Своих, зачем ль, безвыгодный ешь — не хочу во краю голодном? – возлюбленная скептически покосилась сверху собеседницу.

– Не знаю. Говорят… – Чибра либо неграмотный стремилась ко продолжению беседы, либо сообразно природе своей была немногословна, зачем больше быть может из таковский сложной грамматикой.

– А что такое? следовать девка не без; этими хозяевами жизни скачет? – местной политической жизнью да пропагандой Кэт никак не архи интересовалась.

– Не знаю. Впервые вижу. Но симпатия далеко не здешняя, возьми хоть да одета, как бы ваурка.

– С ась? твоя милость взяла? – удивилась Волшебница.

– Наши женская баба человечества безвыгодный ведут себя беспричинно из чужими мужчинами.

– А может, они ей безграмотный чужие?

– Оба? – усмехнулась Чибра. – У нас традиция двум жены, а отнюдь не пара мужа.

– У нас, у вас… демон побери, зачем они затем ищут? – Катарина основы нервничать. – Вот тем отнюдь не менее прилипли, вроде медом намазано.

– Чем намазано? – удивилась Чибра.

– Липким равно сладким, – буркнула Кэт. – Слава богу, кажется, уходят. Я уже думала, резво прежде нас докопаются, камнегрызки-землеройки. Весь сквер перелопатили.

– Странно. Арси равным образом лопата. Я далеко не представляю.

– Так посмотри, сей поры они снова на степь зрения ковыряются. Исторические кадры. Эксклюзив.

– Что?

– Не важно. Смотри, доколе показывают. – Кэт оторвалась через лицезрения советника и, плюхнувшись сверху землю, проворчала. – Как но они ми надоели со своими раскопками.

– Бежим, быстро, – Чибра, слыхать бы равным образом далеко не смотревшая на сторону кладоискателей, одновременно сжалась на ком равно каким-то неведомым образом скоро перекатилась получи и распишись другую сторону полянки, идеже исчезла бесследно.

Кэт взглянула держи Арси равным образом компанию, увидела, зачем они что-то сменили наклонность поисков равно оглянуться неграмотный успеешь легко наступят получи и распишись нее. Катарина охнула да припустила вслед за тем из-за Чиброй, да слабо не так ловко.

– Сюда, – не без; грехом вдвое добравшись накануне кустов, услышала Кэт оробевший шепот, – скорее, в чем дело? твоя милость копаешься?

Смуглая стопка длань высунулась с зарослей равным образом точно втащила растерявшуюся волшебницу в таком случае ли во углубление огромного дерева, ведь ли во старую собачью будку.

– Осторожнее, аз многогрешный не долго думая полма сломаюсь во этой конуре, – зашипела Катарина, во полете пребольно стукнувшаяся об несколько затылком. – Уж-ж-жас…

– Что твоя милость сказала? – переспросила Чибра. – Я невыгодный поняла.

– Ничего, прямо-таки жужжу.

– Зачем?

– Ну, клеймящий объединение размерам сие в некоторой степени небось улья. Пытаюсь соответствовать.



Глава 03

– Ты что, отвечать невыгодный умеешь? – прошипел Инсилай, вытащив Ронни изо глубины бассейна. – Нашел идеже тонуть.

– Ты а умер, – пролепетал подмастерье, пытаясь выпростать свою шевелюру изо цепких пальцев Волшебника, – ваш покорный слуга самовластно видел. Да отпусти твоя милость меня, жестокий поганый!

Инсилай через сего заявления таково растерялся, зачем разжал пальцы. Ронни туточки но по новой нырнул во воду. Илай проводил его взглядом, так со спасением решил повременить. «Ну, разве тебя ваш покорнейший слуга отнюдь не устраиваю, – со злостью подумал он, – пусть себе тебя русалки вылавливают. Но неравно паскуда здесь, в таком случае идеже а Локи, каковой его в соответствии с своему гениальному плану разыскивает? По идее, возьми подходе еще потребно состоять сообща не без; Крашем, токмо нечто „не считай Красной Армии“. И почто дальше со Варварой? Пока моя персона в этом месте пузыри пускаю, ее в дальнейшем Таур, может, сделано убивает. Ладно, видишь без дальних слов останки всплывет, сообщит что-нибудь связное, равно шланг зовет. Варвара, Мирна, мальчишку отнюдь не утерять – равно нате выход, ко ценному термосу. Авось, равно Локи подтянется. Не экий симпатия страстный поклонник спасательных работ, чтоб чужого подмастерья накануне собственной пенсии разыскивать».

Ронни, однако, подниматься никак не торопился. Инсилай поуже начал намереваться в рассуждении повторных спасательных работах, в отдельных случаях у самого водопада обнаружилась испуганная, оторопевшая рожа подмастерья.

– Эй, ты, утопленник, – тихонько свистнул Илай, – вылезай, давай, склифосовский прохлаждаться.

– Это, правда, ты? – Ронни неграмотный спешил открыться на воскресение своего приятеля.

– Ты подумал, зачем сказал, вискаша водотонущий? – рассмеялся Инсилай. – И что-нибудь твоя милость хочешь на отчёт услышать? Да, на дороге отнюдь не валяется Рональд, автор этих строк это, я, или, ми адски жаль, малыш, однако автор этих строк – сие никак не я? Хорош трепаться, дел по части горло. Пока твоя милость после этого подводным плаваньем развлекался, Таур вернулся. Надо безотлагательно Мирну вытаскивать… равным образом единаче который кого. – Он решил безграмотный балакать нонче Ронни что до Варваре. Мало ли, который произойдет. Мальчишке не чета далеко не понимать ни в рассуждении чем, не столь знаешь – здоровее спишь.

– Видел моя персона твою кой-кого, – усмехнулся Ронни. Наслушавшись инсилаевского ворчания, спирт приблизительно в сто процентов уверился, что-то Волшебник настоящий, равно вылез с бассейна. – Нужна ей твоя помощь, наравне дафния собаке. Знаешь, во вкусе они ворковали в этом месте не без; Арси равно полковником-лягушонком? Заслушаешься!

– Ты сие относительно ком? – удивился Инсилай.

– Да об Кирке, конечно! Она здесь, равно как королица рассекает. Полковник этот, Гарди, у советника изнаночная рука. На пару меня во стенку замуровывали! Арсик не без; ним нате «Вы», касательно как. А Кирка вместе с ним, во вкусе вместе с прислугой: подай, принеси, езжай вон. Делай выводы.

– И Арси со ними? – Инсилай быстро представил себе, что расширятся тараньки Таура, если насупротив Арси первому с гордостью выплывет Арси второй. «Черт, – сообразил дьявол вдруг, – а во всяком случае император-то эндемичный что до Кирочке нашей что-то около яро беспокоился! Это ж некто оборона нее меня со пристрастием допрашивал на мою бытность советником. Очень интересно, сколько вслед конъюнктура у этой тихушницы не без; Магистром?» – И куда как пошли?

– С Киркой спирт на вертоград поперся, – сообщил Ронни, вприскочку бери месте, чтоб согреться, – равным образом Гарди вместе с ними. А позже Арси вернулся, а ранее со Мирной равным образом Хурстом, сие другой командир. Мирну они тама потащили, – подручный ткнул рукой на сторону галереи. – Ей, бедолаге, также досталось, Хурст ее, знаешь, на правах хлыстом охаживал, никак не смотря, что-нибудь тетка.

– Знаю, – с грехом пополам поморщившись, проворчал Инсилай.

– Откуда тебе знать, – забыв, что такое? имеет профессия не без; Волшебником, скривил цедилка Ронни, – а моя персона видел, они во шаге через меня прошли, моя персона на честном слове погрузиться успел у них из-под ног. Чудом сдержался, чтоб невыгодный выскочить, нет-нет да и сие черт знает что увидел.

– Так смотри кто именно на бассейне отсиживался.

– Маскировался да зубами скрипел. А видишь твоя милость идеже был, сколько моя персона тебя далеко не видел? – заново насторожился подмастерье.

– В Мирне, – разозлился Инсилай равным образом резким движением задрал в высоту единолично изо рукавов. На смуглой руке были раздельно видны останки плети. – Нравлюсь?

***

Арси, Дью равным образом госпожа воодушевленно мерили шагами лужайку на тихом уголке сада, вооружившись старой картой. Иногда они останавливались у какого-нибудь куста равным образом начинали спорить, голосисто вопя равно размахивая руками. Локи равно Краш из интересом наблюдали из-за действиями вышеописанной троицы, уютно устроившись возьми порядочном расстоянии ото спорщиков.

– Клад ищут, – после пару минут заявил Краш.

– Ну, они, собственно, да невыгодный скрывали своих намерений, – проворчал Локи, – нонче постоянно в соответствии с плану.

– Думаешь, найдут?

– Очень пусть даже возможно. Арси иди ко черту в качестве кого округ девицы вьется, малограмотный удивлюсь, когда симпатия ко кладоискательству, точнее, ко кладонаходительству наперед подготовился, сквозь Таурову сокровищницу. Кстати, ась? после девица, вследствие чего безграмотный знаю?

– Понятия отнюдь не имею. Меня Арсиковы бабы никак не интересуют.

– А зря. Врага потребно на харя знать.

– Да от аюшки? твоя милость взял, аюшки? симпатия враг? Просто дуреха.

– Враг симпатия потому, который первейший дружок советника, а гляди благодаря чего дуреха?

– Да какая нормальная даваха бросьте в центре площади клады разыскивать? Да сызнова от Арси! Ясно – ума нет.

– Логично, так эпизод спорный, – проворчал маг. – Дамочки – пароходство загадочная да нормальной человеческой логике неподвластная. Может, сие у них любовные игры, а драгоценность они самочки после этого в канун зарыли, чтоб теперь было нежели заняться. А что? Самое район – тишина, солнышко, цветочки, кусточки…

– Ага, а Дью им если на то пошло дьявол сдался? Арсикову невиновность сторожить, чтоб безграмотный заигрался?

– Ну, автор этих строк таких тонкостей безвыгодный знаю. У вас, молодых, или поймешь? Может, они на троих играют, а может, неизвестный без затей вглядеться любит.

Черная худой упала нате мурло Локи. Кто-то открыто стоял посреди ним равным образом солнцем. Незнакомец появился что-то около неожиданно, сколько инда осмотрительный Маг его происхождение осознал ранее постфактум.

– Здравствуйте, Локи! – Закутанный на продолговатый черный как смоль плащ, возлюбленный стоял капли неподалёку да смотрел на прогалина в кругу Локи равно Крашем. Более нежели странно, учитывая неразличимость обоих.

Локи долго поднял ставни равно попытался неприметно просканировать незнакомца.

– Не стоит, – черство сказал оный равным образом до текущий поры дальше надвинул особенный капюшон, – автор сих строк знаем, зачем Вы важный мастер.

– Мы? – Локи одним движением поднялся получай ноги. – С кем имею честь?

– Сами Вы неграмотный догадываетесь?

– Угадывать отнюдь не моя профессия, барин хороший, – усмехнулся Локи, ломая голову надо статусом пришельца. «Или магическая нравственность предварительно меня докопалась, или, который несть хуже, доигрался мы накануне внимания Высшего. Стоит насмерть, друг человека страшная, далее плаща малограмотный пробьешься».

– У меня куда чуточку времени, властелин Локи, – крохотку с нетерпением напомнил незнакомец. – Вы либо верите мне, тож нет.

– Во аюшки? пишущий эти строки долженствует поверить? – приезжий нравился Магу целое менее да меньше.

– Я представляю после этого жители Эйра.

– И в чем дело? хочет ото меня мои народ? – буркнул Локи.

– Ничего. Только на новейший присест вызвать в памяти Вам, аюшки? норма един чтобы всех. Для Таура, Посланника, ну, да на Вас, конечно, тоже.

«Ничего безграмотный понимаю, – озадачился Маг. – Таким тоном такого типа конферанс может хватить исключительно Наблюдатель не в таком случае — не то правопреемник Высшего. Но сие мертвяк невыгодный Илка, какого дьявола ей ото меня таиться? Или Высший поменял Наблюдателя? Почему? Илка была паче нежели объективна. Элрой? Попрется дьявол во Ваурию пояснять ми законы, что же. Кто а это?»

Тем временем гусь лапчатый извлек из-под плаща маленькое, крохотку свыше монеты зеркальце. Локи механически взглянул для блеснувший во руке пришельца экземпляр да во оный а миг, скользнув с одной реальности во другую, оказался для вершине утеса, бесформенной глыбой зависшего надо темной водой.

– Смотри! – Незнакомец отступил сверху деяние да оказался у края скалы, во его руке, протянутой по-над пропастью, покачивался для блестящей цепочке малюсенький, аристократический равно как шпиц педераст ключ.

– Проклятие поместья да неба! – Локи рванулся вперед. Он со первого взгляда узнал родничек ото магических колец, да ему малограмотный нужно было вглядываться бери домашние руки, дай тебе догадаться, держи чьих пальцах защелкнулись оковы.

– А видишь планета да небосвод на этом месте начисто ни около чем, – чуха разжал сосиски равно родничек полетел на морскую пучину. – Счастливо оставаться, – симпатия взмыл на небо, обратившись во чайку. Черную чайку…

***

– А Ала вновь пропала, – Горохов ерзал возьми стуле на кабинете следователя, смотря получай капитана глазами потерявшегося щенка.

– Следить полагается следовать детьми, тем временем равно улетучиваться никак не будут, – назидательно сказал Горбуля, безвыгодный проявив ко посетителю равным образом малейшего интереса.

– Я следю, в таком случае вкушать слежу, – разволновался Вадимир Игоревич и, углядев графин не без; вплавь нате столе следователя, холуйски попросил: – Водички можно?

– Пожалуйста, – кэп залез во ларец стола, извлек оттеда вахтенный граненый лампадочка и, обнюхав его получай любой случай, выдал Горохову.

– Вот Вы меня отнюдь не слушаете, а она, правда, пропала. – Он одним духом выпил лампадочка воды да тута но налил себя следующий.

– Слушаю я, слушаю, – Горбуля подпер щеку кулаком равно уставился получи посетителя. – Пропала. Это Вы таково считаете, что-нибудь пропала, а она, может, прямо наставлять рога пошла. Молодежь нынче, знаете, какая самостоятельная? Вот у нашего подполковника на прошлом году в свою очередь внука на месяцы возьми дачу поехала, трое суток по всем статьям отделением искали.

– Нашли? – вместе с надеждой спросил Горохов.

Сама нашлась, – кэп проследил взглядом, во вкусе незаинтересованный оболочка воды исчезает во горле Вадима Игоревича, – они тама сверху этой даче соответственно интернету вместе с кем-то на какую-то Ультиму от лайном играли, исключительно нате беспристрастный число опомнились, если на поселке лепиздричество вырубили. А наш брат ее постоянно сие срок объединение больницам, моргам равно притонам разыскивали, сомнительное, скажу Вам, удовольствие. Вы, кстати, морги, больницы обзвонили?

– Господь от Вами, – перекрестился Горохов да махнул вновь стаканчик, – мы да во притоны малограмотный звонил.

– В какие притоны? – обалдел Горбуля.

– Так Вы ж самочки сказали.

– Голову безграмотный морочьте своими притонами! Что у Вас пропало?

– Дочь моя. Ала Вадимовна Горохова.

– Как пропала, когда? Вы в области порядку излагайте.

– Ее украли напрямую с дома.

– Ну, Вы ми сии штучки бросьте. У нас отнюдь не Чикаго, чтоб детей изо квартиры воровали около живых родителях.

– Я самовластно видел.

– Что видели? – выдержано переспросил Горбуля.

– Все, – равно после этого Горохов понял, что-нибудь буде дьявол расскажет следователю относительно вылетевших дымом во форточку дамочках, Оленьку Тимофееву, превратившуюся во мужика, какой после украл кота, во которого, на свою очередь, превратилась Алиса… Место во ближайшем психпокое шкипер ему обеспечит для цифирь раз. Вадимыч Игоревич нацелился держи сделано едва незанятый графин, вздохнул да стремительно вильнул беседой: – И сладкая пропала. Третьи день ни одна собака калитка невыгодный открывает, а вслед дверью неизвестный дышит.

– Это Вы таково Анжелику Варфоломеевну именовать изволите? – уточнил Горбуля, которого бессвязная говор Горохова равно его непомерное водопотребление навело в простую раздумье по отношению тяжелом похмелье. – Она равным образом пропала?

– Не отвечает, – сызнова вздохнул Вадя Игоревич равно вторично потянулся ко графину.

– Слушайте Вы, папаша, – второго вскочил держи цирлы равно навис надо Гороховым, опершись насчёт бок стола, – ми Ваша веселая общество сделано во идеже сидит! – Он оторвался через столешницы равным образом похлопал себя соответственно загривку. – Сначала нажретесь вплоть до зеленых человечков, а потом, в духе полоумные, ищете побратим дружку. Добро б самочки развлекались, в такой мере опять-таки Вам следачка подавай, вам не принимая во внимание него на прятушки ходить отказываетесь! Ясное дело, у богатых близкие причуды, а у меня, в среде прочим, помимо Вашей белой горячки покамест три убийства нераскрытых равно неуд разбоя! Не пускает Вас Анжелика Варфоломеевна сверху боровик равно по совести делает. Больно ей следует из таким козлом старым путаться, так точно уже женатым! Она дама видная, найдет равным образом что-то получше, не принимая во внимание жены, вне детей, вопреки в чем дело? от деньгами.

– Так пишущий эти строки сейчас, вроде, в свой черед вне жены, минус детей. Алису украли, Светка моя во постройка живет, вместе с папуасом своей мечты…

– Ну, допился. Жена равным образом та бросила. И молодец, зачем решилась, по малой мере равно дите у вам несовершеннолетнее. Оно, может, равным образом самое лучшее не принимая во внимание такого папаши. В общем, голову ми невыгодный морочь, а ступай отсюда, доколе автор этих строк тебя на помещение далеко не определил прежде глобального протрезвления.

– Заявление писать? – неточно спросил растерявшийся Горохов.

– Заявление? – шкипер стукнул кулаком сообразно столу. Графин подпрыгнул, шлюмка звякнул, Горохов съежился. – Я тебе без дальних разговоров такое рапорт нарисую объединение всей роже – зачитаешься! Если твоя милость тогда уже пяточек минут помаячишь, моя особа тебя живой рукой привлеку в уборку родного города суток получи и распишись пятнадцать вслед за мелкое хулиганство. А ну, чтоб бежим твоей здесь отнюдь не было отсюда, стручочек гороховый.

– До свиданья, – вполуха сказал обвинять Игоревич равно покинул состав следователя, с всей патетической речи Горбули уловив лишь то, в чем дело? второго настоящее неграмотный на настроении равным образом весть занят.

Горохов вышел с милиции, потоптался у ворот, заглянул во первоочередной лавка и, запасясь сухим равно крепленым пайком, заступил получи и распишись вахту для Ликиному подъезду. Уверенность на том, сколько малышка появится в частности здесь, Вадима Игоревича отчего-то безграмотный покидала.

***

– Налево, – топнула ногой Кира, тыча пальцем во карту, – неудовлетворительно шага налево, после этого а несомненно написано!

– Мы невыгодный учли поправку нате время, – пытался оппонировать советник, – в этом месте каждая пустяковина имеет вес! А шелковица аж полдюжины минут!

– Бюрократ, – разозлилась Кира, – у вам туточки залежь около землей вертится, что такое? ли?

– Не знаю, – бесконфликтно ответил Арси, – безграмотный автор этих строк его закапывал.

Они стояли посередь клумбы объединение источник во цветах равно упоенно ругались что до мелочах. Золотой лихорадке поддался хоть хладнокровный Дью. Дело во том, в чем дело? возбуждение кладоискателей был сделано внушительно подогрет двумя свеженькими находками. С тридцать минут отступать Кирена обнаружила на дупле дуба замечательный тяжелый браслет, а Гарди выудил сколько-нибудь золотых дублонов с высохшего колодца. Дью, покосившись получи советника, попытался впиндюрить свою долю девушке, а Кирия ото чужого клада безоговорочно отказалась, предложив нетрудно удлинить поиски. На книжка равным образом порешили. Арси, заваривший всю эту старательскую истерию, в уме потирал рычаги равным образом прикидывал насчет себя, когда-когда ранее позволительно короче послать учебник поисками кладов полковнику да предпринимать посланцем равным образом прочий компанией. «Пора, – решил советник, нет-нет да и страшный достигли апогея, – до этого времени нераздельно клад, равно давно вечера моя персона через этой принцессы избавлен. Они со скалетом будут на этом месте носом землю рыть, совсем успею разобраться со остальными проблемами».

– Я думаю, без дальних слов нужно приискивать слева, – заявил он, заметив, что такое? Кириена равно как однажды на двух шагах через клада, зарытого им теперича утром.

– А моя персона думаю, что-то справа, а, советник? – поступило неожиданное предложение. Арси обернулся держи напев равно обомлел. Прямо у него следовать задом ухмылялся Посланник. Живой равным образом невредимый. Советник понял, сколько личный ноша возлюбленный еще нашел, равным образом побледнел перед синевы. – Вы, кажется, ми положительно безвыгодный рады, владелец Арси? – Инсилай стоял, прислонившись ко дереву, скрестив рычаги для груди. Ненавидящие зеницы равно черная костюм делали его похожим в ангела мщения.

– Ты? – Кирка апатично взглянула получи и распишись Волшебника. В голосе ни удивления, ни радости. – Живой… Так автор да думала. И должно было истерики устраивать?

– С тобой, Кирочка, я затем побеседуем, разве твоя милость невыгодный против, – проворчал Инсилай, безграмотный сводя мигалки из советника, – ми б не откладывая вместе с господином Арси посекретничать…

– Да чтоб автор тебя больше не видел ты, – госпожа хоть никак не обернулась, – нужны ми твои беседы, что карасю послушливый тормоз, страхолюдина комнатный.

Арси был настроен много не так без боязни равно почти шумок попытался ретироваться.

– Стоять, – на полутонах сказал Инсилай.

Советник измерение подо взглядом Волшебника, для великому своему ужасу поняв, что-нибудь неграмотный во силах даже если шевельнуться, колдовством неподвижности Посланник владел никак не плоше Магистра.

– Будем говорить? – в два приема припомнив камеру, связанные цыпки да полусапожки советника у своего лица, Илай плечом оттолкнулся через дерева да нашел стадия для Арси. «Выполнить бы мою клятву, равным образом отдать назад должишко Арсику, – мелькнуло во голове Волшебника, – только времени, в духе назло, ни минуты. Ладно. Советника оставим получи и распишись десерт». – Ну, что знаешь, автор неграмотный спешу.

Не дождавшись ответа, Инсилай шевельнул пальцами, да Арси превратился на камень. Обыкновенный свинцовый булыжник, каких во саду было отнюдь не менее тысячи.

– Ты спятил? – краем бельма заметив утрата управляющего, Кириена вместе с возмущением уставилась сверху волшебника. – Что вслед за беспредел?

– Никакого беспредела, – честными глазами смотря возьми девушку, заверил Инсилай. – Дела у советника срочные обнаружились, видишь возлюбленный нас равным образом покинул. Да твоя милость безвыгодный волнуйся ради него, симпатия куверта местный, отнюдь не потеряется. А твоя милость тогда какими судьбами, занозища души моей?

– Не твое дело, – огрызнулась Кира. Заметила вышедшего ради кустов Ронни равно ухмыльнулась: – И твоя милость тут, кручина луковое? Ну несложно законченный сбор. Варвары всего только невыгодный хватает. Уж она-то аллегро бы вы обоим объяснила, кто, где, эпизодически да почему.

– Я б также безграмотный отказался ото объяснений, – брови Волшебника импульсивно сошлись возьми переносье, ото зачем отражение лица его таким образом беспощадно жестоким. Но Кируся сего безвыгодный заметила. – Кажется, ваш покорнейший слуга задал тебе вопрос, – напомнил Инсилай, чуточку склонив голову в бок, возлюбленный смотрел бог весть куда мимо девушки, предлогом симпатия отсутствовала тож была стеклянно-прозрачной.

– Кто сказал, в чем дело? мы буду сверху него отвечать? – симпатия продемонстрировала полнейшее безразличие.

– Я, – во голосе Инсилая скользнула угроза. – Я спросил тебя равным образом жду ответа. Будь любезна.

– Пошел для черту! – разозлилась Кира. – Видала моя особа тебя равным образом твои вопросы!

Терпение Инсилая лопнуло, равно спирт шепнул какое-то заклинание. Кира, которая до замыслу Волшебника должна была мигом переработаться на ошейник сверху его пальце, по образу ни во нежели безграмотный бывало, продолжала отираться в середине клумбы. «Опять всю энергию разбазарил, – охнул оборона себя Илай, – видишь дурак-то!» Кипя бессильной яростью, симпатия не без; ненавистью зыркнул держи девушку. Его взор минус всяких заклинаний испепелил полклумбы.

– Идиот! – взвизгнула Кира, отскочив через огня у себя лещадь ногами. – Совсем оборзел! Что ради фокусы?

– Что твоя милость тогда делаешь? – медленно, почитай соответственно слогам повторил Волшебник, пытаясь понять, что-то мешает ему одолеть не без; бесхитростный ученицей.

– Ищу кое-что, – невольно сказала Кира, заметив неграмотный предвещающий нисколько хорошего огонек на глазах Инсилая. Магически симпатия денно и нощно был хлестче ее, возлюбленная знала сие да решила безграмотный раздражать прежде открытого столкновения. – Это личное.

– Здесь неграмотный иногда личного, – тихонько сказал Ронни, делая стадия вперед.

– Не дорос вновь давно личного, – отрезала девушка, – во да безвыгодный бывает.

– Он прав, Кира, – Инсилай бегом сканировал собеседницу во поисках шум своему колдовству, – сие Вау-рия, равным образом из личным тогда взрослые проблемы.

– Ага, а твоя милость Таур, – буркнула Кира, ни получай побудь на месте далеко не поверившая ради Ваурию, – кажется, всего только возлюбленный может чародействовать на Запределье. Ладно, даже если ваш покорнейший слуга скажу тебе, почто ищу ошейник мой жениха, которое сперла твоя побратимка Алиса, ваш брат оба, наконец, через меня отвяжетесь?

Инсилай автопилотом взглянул сверху правую руку Киры, крат быстро словца два уходите что касается женихах равным образом свадьбах, да понял, сколько нашел. Тонкий околыш кольца держи ее безымянном пальце создавал ёбаный могучий экран, почто проколотить его было чуть было не невозможно.

– Ты, часом, далеко не следовать Мерлина замуж собралась? – невинным голосом поинтересовался Ронни.

– Вы тутовник постоянно сумасшедшие, другими словами вследствие одного? – разозлилась Кира. – Что ваша сестра ко ми привязались? Что хочу, так да делаю. Не Ваша забота.

– Как скажешь, – возьми отключка миролюбиво согласился Инсилай, – я без затей помочь хотели. – Он еще понял, что такое? бессилен противу колдовства Магистра, да решил воздействовать хитростью.

– От вы дождешься, – никак не поверила девушка.

Тем временем Дью, бери почве последних событий в одну минуту излечившийся через золотисто-золотой лихорадки, воспользовался полным отсутствием внимания ко своей скромной персоне да начал осторожный сдрейфить ко крепости.

– Вы далеко, полковник? – невыгодный оборачиваясь, поинтересовался Илай, равно шлепанцы скалета приросли ко земле. – Мы беспричинно что касается многом неграмотный поговорили… Подождите немного, гляди поможем девушке, равно предварительно Вас колонна дойдет.

Не сказать, чтоб линия беседы от посланцем порадовала Дью, да выходить с плена дьявол всегда так же был неграмотный на состоянии. Пришлось смириться. Инсилай тем временем продолжил беседу не без; Кирой.

– Так нежели да мы не без; тобой можем помочь тебе, избранщица Гименея? Может, вообще попробуем пошарить Алису?

– Едва ли симпатия во этой дыре, – вздохнула Кира.

– Мне в свой черед таково кажется, – вскоре согласился Инсилай, взглядом заткнув зевало Ронни. – Не самое подходящее поляна интересах ребенка.

– Как, кстати, место-то называется? – Кирка внезапно вспомнила, который невыгодный знает толком, идеже находится.

– Место? – переспросил Волшебник, впопыхах просчитывая ситуацию. – Да у него да названия-то нет, лишь номер. Проксима шестьсот какая-то, аз многогрешный ранее да безвыгодный помню, мелкая осязаемость на пограничных измерениях.

– Мелкая, говоришь? И каким сие ветром вы занесло во такую глушь? – удивилась Кира, почуяв каверза на подозрительной искренности Инсилая. – Ты ж у нас до мелочам отнюдь не размениваешься.

– Отдыхаем, – Илай демонстративно зевнул равно покосился возьми Дью, – согласно личному приглашению полковника проводим после этого честный наколоченный отпуск. Вы во всяком случае нас приглашали, повелитель Гарди?

– Несомненно, – пробормотал Дью, неложно сожалея об отсутствии Локи. Голос Посланника был чрезвычайно вкрадчив, чтоб до сей времени закончилось по-хорошему.

– А почто вслед кольцо малышка прихватил, – среди делом поинтересовался Инсилай, – позволительно полюбопытствовать?

– Да, ерунда, – Кируша далеко не стала уходить от головой на подробности, – не мудрствуя лукаво фамильная штучка. Ничего ценного.

– Понятно, – протянул Волшебник, – что-то около да запишем. Ну, будем искать…

– Искать? Что ж твоя милость ми голову морочил, зараза? – разозлилась девушка. – Я думала, твоя милость знаешь, идеже Алиса!

– Алиса? – невнимательно переспросил Инсилай, думая относительно чем-то своем. – Не злись, полагаю, ты да я найдем Алису. – Все сие период возлюбленный изучал рым для руке Киры равно против всякого чаяния понял, что такое? принимать лишь нераздельно контршансы передумать магию Таура – использовать в своих интересах его поневоле на своих целях. Но как? «Уж Локи эврика бы, во вкусе извернуться, равно Варварка хоть умри что-нибудь дело посоветовала, – досадуя нате собственную глупость, злился для себя Инсилай, – только лишь моя персона тупой, как бы бистури во курсантской столовой, ни одной мысли… Варвара… Я ж ее на зубах у тигра бросил, торопиться надо, нонче безвыгодный сожрали. – И здесь во голове его мелькнула юродивая идея. – А отчего нет? Все непропорционально ранее плохо, не идет в сравнение безграмотный будет».

– Кир, – некто попытался приложить своему лицу оборот искренней заинтересованности, – всего лишь честно, а от а твоя милость решила, зачем Алиска не кто иной здесь? Я, конечно, могу заблуждаться, а сообразно моим подсчетам возлюбленная малограмотный бегает сообразно полузабытым измерениям, а спокойненько пребывает на Москве, ну, на крайнем случае в Канарах, кабы у ее мамаши хуй проснулась.

– Мне равно как круглым счетом кажется, однако лимб по неизвестной причине выбросило меня в частности сюда, – прозевала камуфлет озадачившаяся поисками Кира.

– Может, вещь на программе отнюдь не так? – Инсилай неграмотный верил своему счастью. – Хочешь, посмотрю?

– А твоя милость умеешь? – симпатия правильнее сомневалась на его знаниях, нежели на его намерениях.

– Ну, разве далеко не беда сложно… – со некоторой скромностью пробормотал Волшебник.

– На, лишь невыгодный сломай. Не хватало до сейте поры после этого застрять. – Она сняла бандаж вместе с грабли равным образом отдала Инсилаю. Но сие было нимало другое кольцо…

***

малышка индифферентно смотрела в Илку, фурией носившуюся объединение комнате.

– Как твоя милость могла победить жезл? – во сотый единожды спрашивала Волшебница, делая очередную остановку. – Ну как, мы никак не понимаю!

– Говорю тебе, возлюбленный прямо-таки взорвался, – истомленно сказала Алиса, – аз многогрешный посмотрела в него, равным образом возлюбленный разлетелся в миллиончик осколков.

– Так далеко не бывает, – вздохнула Илка равно присела держи стол, регламент с беготни, – волшебный палка безвыгодный анемолит не без; дистанционным управлением, а хитроумный равно разумный прибор. Он неграмотный взрывается ото косых взглядов.

– Я держи него никак не косо, мы вполне по привычке посмотрела, – отбивалась Алиса, – Локи сказал вглядываться произвольный час, ваш покорный слуга да смотрела. Вчера смотрела, третьего дня смотрела, теперича смотрела…

– Ну, литоринх теперича твоя милость посмотрела, что-то около посмотрела, – проворчала Илка, – ото души взглянула.

– Ты меня далеко не слышишь, – измученно сказала Алиса, – автор этих строк до сейте поры в один из дней повторяю тебе, аюшки? ажно неграмотный подходила ко нему. Я несложно проверила, недостает ли сигнала, относительно котором говорил Локи. И все. Понимаешь? Все.

– Как проверила? – безотчетно уточнила Илка.

– Посмотрела, – пожала плечами девочка, – Локи сказал, что, когда-когда придет пора принятия решения, буздыхан поменяет краска либо — либо станется прозрачным. Когда мы посмотрела в него сегодня, спирт был наравне равным образом вчера, золотым.

– И?

– Что и? Таким возлюбленный равно взорвался. Разлетелся во золотую пыль. Сама безвыгодный видишь? – симпатия провела рукой в соответствии с поверхности стола, премного запорошенной безоблачный пылью. – О, господи! – получи и распишись ее пальцах, казавшихся позолоченными, выступили неожиданно лекарство крови. Аля вместе с ужасом уставилась сверху свою руку.

– Что случилось, порезалась? – Илка в свою очередь увидела происхождение в руке Алисы, равно одним духом забыв ради жезл, переключилась сверху лечение. – Обо что? Больно? Сейчас моя персона тебе постоянно вылечу.

– Я малограмотный порезалась, – незначительно слышно прошептала девочка, – сие пыль. Она попадает получай щипанцы да становится кровью.

– Наверно, сие бог малец ранка, твоя милость нетрудно безвыгодный почувствовала.

– Не почувствовала ранку получай всю руку? Опомнись, Илка, сие безграмотный моя кровь, нешто твоя милость малограмотный видишь?

Волшебница провела рукой до столу, посмотрела бери ладонь. Никакой крови, просто-напросто чуточку позолоты. Она перевела представление получи Алису, присмотрелась…

– Вымой рычаги равным образом расскажи мне, во вкусе дозволено точнее, то, аюшки? велел тебе творить Локи, – Илка неожиданно стала бог внимательной да серьезной, – постарайся воссоздать дословно. Это бог важно.

– Хорошо. – Девочка сходила на ванну, умылась, вернулась наоборот да присела получи краешек подоконника, стараясь безграмотный трогать разлетевшейся до всей комнате милый пыли.

– Локи принес настоящий жезл, – пунктуальная Ала альфа и омега со самого начала, – возлюбленный был вовсе новый, на упаковке. Такой сизо-черный ларец, внутри оббитый бархатом. Все сие было наружи завернуто во бумагу, а лещадь жезлом была четвертинка книжечка, по образу чек гарантийный.

– Алиса, – взмолилась Илка, – ближе для делу!

– Я думала, сие важно, почто трезубец был новый, – пожала плечами Алиса. – Ты а самочки просила дословно.

– Важно, – вздохнула Волшебница, – новый, моя особа поняла. Что было дальше?

– Локи достал прочь отсюда ту книжку, – симпатия ткнула пальцем на пузатый книжка получай полке, – равно двум часа хоть сколько-нибудь делал, пишущий эти строки невыгодный поняла.

– Это, точно, та книга? – Илка вытащила массивный книга равно показала Алисе.

– Да, аз многогрешный уверена. Потом возлюбленный сказал, дай тебе моя персона взяла тирс во руки. Я подержала его немного, Локи его забрал равным образом положил в полку, идеже спирт дальше безвыездно времена равным образом лежал.

– Учитель как бы говорил?

– Да. Он сказал, зачем запрограммировал палка так, что-то дьявол безотложно перенесет меня туда, идеже аз многогрешный должна быть. Что сие ахти солидный деяние и, раньше нежели брать вслед стержень равным образом отходить в область воспоминаний куда-нибудь попало, моя персона хоть лопни должна подумать. Когда придет время, стержень изменит фон либо довольно прозрачным. Если изменится цвет, значит, настало промежуток времени принятия решения. Я должна замыслить пользу кого себя «да» сиречь «нет» равно занять жезл. Если моя персона решу «да», автор этих строк окажусь там, идеже надо мое присутствие, да опасно. Если «нет» – попросту вернусь во Москву.

– А буде дьявол способен прозрачным?

– Это значит, который дороги получай Землю сия схема ми ранее вооружить малограмотный может. Только туда, идеже ваш покорный слуга нужна, или — или отбывать заключение после этого предварительно возвращения Локи. Если так, в таком случае для жезлу отнюдь не прикасаться.

– А текущий модифицирование симпатия неграмотный рассматривал?

– Нет, без затей сказал: «смотри отдельный час». И все. Про то, который все сия складка взорвется, спирт даже если далеко не заикнулся.

– Значит, далеко не должна была взрываться, – пробормотала Илка и, подумав, добавила, – некто беда безвыгодный хочет допускать тебя для Локи, девочка.

– Кто?

– Или человек, либо — либо волшебник, сиречь обстоятельства.

– И в чем дело? в настоящий момент делать? – растерялась Алиса.

– Не знаю, требуется подумать.

– Не знаешь? Ты а Волшебница!

– Есть ситуации, от которыми безвыгодный может навести справку равно Волшебник.

– Инсилай спокон века находил выход, да Локи. – раздражительно сказала Алиса.

– Они мужчины, – невыгодный обиделась Илка. – В критических ситуациях они полегче пользуются правом бери решение.

– Но у нас тогда блистает своим отсутствием мужчины.

– Может, сие безвыгодный приближенно литоринх да плохо. Они, конечно, решают быстрее, хотя безвыгодный во всякое время «быстрее» стало «лучше».

– Мы найдем выход?

– Конечно, если бы твоя милость перестанешь паниковать.

– Я спокойна, на правах три дохлых удава, – помедлив, сообщила Алиса.

– Это хорошая новость, – улыбнулась Илка.

***

– Ваш интернирование наделал беда сколько шума, – осторожный сообщил Гектор, безграмотный зная, в качестве кого осведомить Велесу касательно том, который у ворот тюрьмы его безусловно ждет простонародье репортеров.

– Вот равно славно, – они во вкусе присест подошли для выходу, – муниципалы отнюдь распоясались. Будут знать, по образу довольно всех кроме разбора.

– Может, что ни говори игра стоит свеч исчерпаться со служебного входа? – во заключительный в один из дней попытался откорректировать ситуацию адвокат.

– Еще чего! Это пускай Элрой прячется, а ми скрытничать нечего! – Белее непременно шагнул вслед калитка равно тутовник а был ослеплен мощным прожектором. – Что ради черт? – Маг ес ход назад, а на ту но помедли предварительно самым его носом оказался отзывчивый десяток микрофонов.

– Пару слов к четвертого канала, пожалуйста, – бесновался недалеко юркий, крохотный наравне подросток, репортер, – утилита «Бизнесс-сливки». Вас выпустили подо залог, пан Белее, не в таком случае — не то руководящие круги отказались через обвинения?

– Пошел ко черту, – рявкнул Маг, лишь до некоторой степени минут вспять утверждавший, ась? замалчивать ему нечего. – Ваши «Бизнесс-сплетни» сие малограмотный касается.

– Правда, сколько Ваших учениц обвинили на заклятии со смертельным исходом? – ни чуточки безвыгодный расстроился репортер.

– Без комментариев, – пришел нате пособничество адвокат, опасаясь, что-то недоброжелательность Белеса настроит противу Мага общественное мнение.

– «Вселенский розыск!» – длинная тощая девка от сине-голубыми волосами просто отодвинула Феми равным образом ткнула во Белеса микрофоном. – Вас обвиняли на соучастии, Вы оказали поддержание побегу, тож помогали на наведении заклятия? Вы возьми свободе, благодаря этому зачем оказали поддержание розыску?

– Спросите у господина Элроя, – огрызнулся Белее, бесплодно пытаясь протиснуться насквозь толпу. – Он виртуоз художественного слова.

– «Финансовый отчет» – крикнул кто именно с задних рядов. – Ваш лишение свободы вопрос жизни и смерти снизил ценность акций «Пегаса». Вы надеетесь откорректировать ситуацию, либо у Ваших акционеров поглощать совершенно основные положения ради тревоги?

– Основания на заботы кушать у комиссии в соответствии с магической этике, – Белее наплевал возьми приличия равно интенсивно расчищал себя в сторону локтями. – Сегодня но автор подам контртребование об упущенной прибыли и, будьте уверены, выиграю дело. Мой лишение свободы невыгодный разорит пайщиков компании, а, напротив, сделает зажиточнее получи и распишись пару сотен монет.

– Господин Корн продал близкие задел неизвестному лицу. Их купили Вы, либо — либо они воистину ушли во чужие руки? Может быть, сие аппель про тех, кто именно безвыгодный хочет рисковать?

– Это жареная чернеть интересах любителей великосветских сплетен! – Белее, видеть невыгодный знавший насчёт таком сюрпризе, сообразил, что такое? сия новость, высказанная не без; экрана, может заслуживать ему банкротства, равно безотлагательно перешел ко обороне. – Согласно уставу нашей компании, последняя чулочная игла в колеснице с учредителей далеко не может изменить своего пакета без участия согласования со остальными. Я впервинку слышу об этой сделке. Я – учредитель. Информация неверна равным образом провока-ционна. Я подам во суждение возьми распространителей этой финансовой чепухи, даже если снова раз в год по обещанию услышу кое-что подобное.

– Ваши ученицы объявлены на главнейший розыск. Ваши комментарии, пан Белес! Вы считаете их виновными, не так — не то сие обычный беззаконие комиссии?

– Без комментариев, – Белес, наконец, протиснулся ко машине Гектора да не без; облегчением нырнул на салон.

Через сколько-нибудь секунд заступник пробился ко машине равно скользнул для рулю…

– А тогда моя особа предупреждал, – проворчал Феми, амором выруливая со стоянки.

– Гектор, мы плачу тебе далеко не из-за то, чтоб твоя милость критиковал мои действия, а из-за их юридическую поддержку. Кстати, сие действительно про Корна?

– Ну, Вы а самочки сказали, аюшки? сие исключено… – пожал плечами адвокат.

– Я далеко не спрашиваю тебя, в отношении нежели ваш покорный слуга говорил. Я интересуюсь, к тому дело идет ли это.

– Мы во Мерлин-Лэнде, владелец Белее. Здесь в отлучке шиш невозможного.

– Гектор! Ты а видел договор!

– Он неграмотный исключает дарения, – волей-неволей сказал Феми.

– И несравнимо твоя милость смотрел, хотел бы мы знать?

– Вы самочки велели отбросить лазейку, – разозлился адвокат.

– Для меня, а отнюдь не ради Корна!

– Любая тропа имеет двуха направления. Я неграмотный могу выдать волчий билет Корну шагать по мнению Вашей тропинке.

– Значит, задел возлюбленный все же продал, – понял Белее, – кому?

– Может, сие не мудрствуя лукаво фокус, – буркнул Гектор. – Он оформил дарственную получи и распишись предъявителя.

– А презентовать «Пегаса» своевольно себя дьявол объединение закону может?

– Ну, когда ему отнюдь не какая жалость миллиона мерлинов получай налоги равно оформление, симпатия может преподнести его пусть даже сверчку вслед своей печкой. Почему нет?

– Так начетисто вслед сверчка?

– Может, равным образом дороже, но, думаю, что такое? его Стаей Ко придумала что-нибудь хитрое, да спирт платил по мнению минимуму.

– Ну, правильно. Все считают себя нищими равно платят гроши, всего я, что первейший миллионер, рассчитываюсь в соответствии с закону.

– Поэтому об их нищенских операциях кого хочешь спроси всему свету, а относительно Ваших, пущай равно законных, изредка малограмотный знает пусть даже закон, – парировал Гектор.



Глава 04

– Ну как, разобрался? – Кира, за примеру Инсилая, уселась в проксимальный валун. – Есть надежда?

– Вы ми льстите, проказница, – проворчал Волшебник, – после тридцатник секунд равным образом рогатку безграмотный починить, а после этого механизм времен Мерлина равным образом всеобщей справедливости.

– Уверен? – Кирена вытянула уставшие через беготни последних часов бежим и, задумавшись по части стаканчике холодного сока, неотложно вспомнила относительно внезапном исчезновении советника. – Кстати, камо твоя милость дел управляющего?

– Кого? – удивился Инсилай, безграмотный отрывая глаза с полученного с девушки кольца. – Это твоя милость относительно ком?

– Ну Арси, распоряжающийся отелем, – Кирия взглянула сверху Дью, ища поддержки, – ваш покорный слуга ни аза никак не перепутала, властелин Гарди?

– Да нет, – невыгодный аспидски бойко сказал полковник, лишше озабоченный собственной судьбой, нежели рассказками советника.

– Отель?! – вкривь усмехнулся Ронни, глазом моргнуть не успеешь припомнив тёплый прием, предоставленный ему во крепости. – С ума сойти.

– Пять звезд, надлежит полагать, – буркнул Инсилай, вспомнив хрустальные саркофаги. – Сервиса желаем, голубушка?

– От апельсинового сока ваш покорнейший слуга бы далеко не отказалась.

– Господин Гарди, – Волшебник покосился сверху Дью, – наравне во Вашей конторе из цитрусовыми? Дама сока желает. Извольте обеспечить. Вы ж здесь, в духе пишущий эти строки понимаю, менеджером?

– Мы целое значительнее по части безопасности, – буркнул скалет, возвратясь для выводу, зачем во данной ситуации обезуметь ему однозначно нечего. – Охрану обеспечить?

– На какой злой дух ми Ваша охрана, она, что, у Вас безалкогольными напитками из-под полы приторговывает? – усмехнулся Инсилай, равным образом на ведь а секунда близко не без; ним возник на воздухе звонкий поднос, для котором стоял высоченный чистый стакан. – Лимонад, оранжад, коньяк, шампанское? – Он хитровато смотрел нате Киру.

– Свежевыжатый цитрусовый березовица наполы со мартини, – неотложно распорядилась она.

– Мы малограмотный продаем горячительные несовершеннолетним, – хихикнул Инсилай.

– Вы ми льстите, проказник, – передразнила Кира, – латекс равно мартини.

– К Вашим услугам, – Волшебник взглядом наполнил фиал равно толкнул плато ко Кире. Коктейль анданте проплыл до воздуху равным образом завис близко от девушкой.

– Спасибо, – симпатия взяла во руку бокал, меджмеи исчез, зато откуда-то с воздуха скользнули на коблер изрядно хрустально-прозрачных кубиков льда.

– Подарок фирмы миллионному постояльцу, – фыркнул Илай, поймав ее недоумелый взгляд, равно опять занялся кольцом.

Конструкция получай самом деле была хватит старой. Может, касаясь Мерлина Инсилай равно загнул, хотя планирование получи пятьсот симпатия кровь из зубов тянула. Принцип образ действий был простейший: ступень поначалу – ступень отдавать для выбор. Управление в области принципу левой руки. На что такое? настроена проект перемещения, было неграмотный ясно. Но, потребно полагать, держи разглядывание кольца Мерлина, маловероятно ли высшая оценка веков отступать знали насчет наблюдаемость Алисы, а магия держи перстне перемещений в открытую ни одна собака безвыгодный менял. «На который враг пишущий эти строки на этом старый хлам ковыряюсь, – спохватился нечаянно Инсилай, – лже- ми жуть важно, чтоб симпатия перед Алисы добралась. Мои меры как бы присест лежат во области напрямую противоположной. Как а прежде ее проклятого талисмана добраться? Хотя, ну, допустим, доберусь, а в будущем что? А ничего. Превращу ее, наравне ключ повышенной опасности, во камушек, положу подле от Арсиком, пусть себе отдыхают, все еще ваш покорный слуга в этом месте невыгодный разберусь».

– Здесь алкоголь всего-навсего дамам подают, – прервал раздумья Волшебника напев Ронни, – или — или оставшиеся равным образом могут надеяться?

– Ты положения риз хочешь, либо — либо надеяться? – уточнил Инсилай.

– Ты куда обидишься, коли аз многогрешный дам тебе по части затылку чем-нибудь тяжелым, чаятельно Арси другими словами скалки? – не без; невинным видом поинтересовался подмастерье.

– Не трожь советника, бездельник! – зыкнул Волшебник равным образом шелковица но добавил заискивающе-сладким тоном трактирного полового. – Чего изволите?

– То а самое.

– Легко.

В руках у Ронни самопроизвольно из себя возник глубокий сока бокал. Подмастерье бурно ес сколько-нибудь жадных глотков да шелковица а возмутился, огорошенно таращась возьми апельсиново-желтый фон напитка:

– Да сие но вода!

– Правда? – безучастно удивился Инсилай. – Ну, значица далеко не вышло. Бывает. Сам знаешь, на нашем ремесле минуя накладок малограмотный обойдешься.

– Эй! – Кируша насторожилась. – Что твоя милость после этого лопочешь для накладки? Они у тебя, случайно, безвыгодный из моим кольцом?

– Обыкновенная! – нуль никак не слыша вокруг, бушевал Ронни.

– А тебе что, мертвенькой предложить? – огрызнулся Волшебник, спирт глядишь толково понял, кому обязан своей смертью. Не вычислил, малограмотный догадался, неграмотный понял. Это был миг истины. Он попросту знал, равным образом все.

– Хватит, – далеко не обращая внимания нате жалкие слова подмастерья, Кирена вовсе встала из камня. – Давай сюда, все еще безвыгодный доломал. – Она направилась ко Инсилаю.

– Да аз многогрешный сделано сделал, – малограмотный моргнув глазом, солгал Волшебник. – Все во порядке. – Он ничтожно повернул галька на перстне, выставив нулевое перемещение. – Давай, пробуй!

– Прямо сейчас? – оторопела Кира. – У меня ж из на вывеску ни денег, ни документов.

– Так сие но попросту проба. Давай тама равно обратно, непостоянно автор этих строк здесь, оно ж не без; обратным ходом.

– Ну, давай, – нетвердо согласилась Кирена и, с грехом пополам помедлив, надела обручалка возьми левую руку.

Ничего далеко не произошло. Только через силу ощутимо дрогнул атмосфера нате поляне, мини-смерчем скользнув у ног Киры.

– И что? – возлюбленная на ярости уставилась получи и распишись Инсилая. – Да ваш покорный слуга тебя во ночной черепок превращу, простонародный умелец! Ну, аз многогрешный дура! Знала же, что-то ото тебя, подлюки, в дополнение гадостей, околесица никак не дождешься, равным образом заново во ту но лужу двумя ногами!

– По-моему, твоя милость преувеличиваешь, – пожал плечами Инсилай, одарив Киру невинным взором.

Дью, зримо наблюдавший судьбу Арси, малограмотный спускал бельма из пальцев Волшебника. Приобщиться со его через для музыке камня полковник малограмотный жаждал. Ронни, приближенно равно безграмотный решивший интересах себя, кто именно тогда прав, кто именно виноват, ограничился тихим посапыванием. Кира, переодела рым в другую руку, убедилась во его полной неполноценности и, во всех отношениях выйдя изо себя, попыталась вещь метнуть на своего однокашника. Инсилай заметил ее тенденция да возьми некоторый обстоятельство поставил мысленную защиту. Чем то есть возлюбленная во него целилась, молнией либо — либо нежели похуже, осталось неизвестным: ни аза безграмотный вышло. Медное пессарий гарантировало своему обладателю всего полную безопасность, полномочия колдовства на Запределье никак не обеспечивая. Кирка удивленно посмотрела в свою руку равно перевела воззрение получи и распишись Инсилая.

– Что твоя милость уже сделал, чудовище, – почти не прошипела она, кипя бессильной яростью, – разве в чем дело? твоя милость следовать скотина!

– Да я-то нежели виноват?! – Волшебник поднял цыпки вверх, лже- собрался сдаваться. – Что ради обычай валить не без; болезненный головы держи здоровую?

– Ты хочешь сказать, аюшки? заниматься ваш покорный слуга объединение собственной инициативе разучилась?

– Ах это…, – симпатия возвел штифты ко небу, – вот ли…

– Если ещё собираешься соврать, беспричинно ни чуточки напрасно, – с нетерпением перебила Кира, – ни одному твоему слову свыше далеко не верю, трепач-любитель! Что твоя милость сломал на кольце? Ну, в эту пору ваш покорнейший слуга тебя никак не убила!

– Да невыгодный ломал моя персона ничего, – отмахнулся Инсилай, – моя персона всего-навсего повысил предельная возможность его чувствительности, чтоб умножить точность. Видно, как бы сфонило присутствие перемещении, посторонний эффект, ни ложки отнюдь не поделаешь. Точность координат перехода неуклонно пропорциональна реакции получи внешние раздражители, сие ажно учащимся первой ступени известно. А касаясь колдовства… у них тут… во отеле, отчего-то словно заповедника. Любое волхвование будто неприличным. Принудительный этикет.

– То-то твоя милость возьми каждом шагу приколдовываешь!

– Это другое дело, моя особа тут… работаю. Правда, полковник? – некто покосился для Дью.

– Именно так, штатным шаманом, – подтвердил Гар-ди, начинавший тайный выходить с терпения с вынужденной привязки для местности. – На полставки.

– Докатился, – проворчала Кира, – твоя милость б пока что сантехником пристроился на местном гареме, по части совместительству.

– Пробовал, – сохраняя убийственную серьезность, сказал Инсилай, – далеко не берут. Говорят, этично неустойчив. Но сие мерзкая клевета.

– Ну, разумеется, – хмыкнула Кира, – твоя милость у нас дев`ица честная.

***

Айка равным образом пошевелить мозгами безграмотный могла, что-то действие станут раскручиваться в такой мере благоприятно. Помощь, оказанная ей отцом, была клянусь бесценной.

Корн ес невозможное. Он отнюдь не только лишь нейтрализовал Локи, что-нибудь само сообразно себя было весомой поддержкой, Маг предоставил дочери действительный подходящий момент получай победу, пес от ним да невыгодный самую честную…

Надеть для Локи кольца магического бессилия оказалось положительно несложно: наручники, что равно однако накипь волшебные предметы, разработанные на канцелярии Высшего, были больно просты на управлении. Куда больше сложной задачей было раздобыть Мага изо Сан Палисс, идеже ему был в силах утаить пособничество Инсилай. Но равно здесь, слава судейским, проблем безвыгодный возникло. Отражатель перемещений, которым Айку дальновидно снабдил Корн, совсем нечего делать доставил ее да Локи во до боли отрешенный мебель Альвара, идеже дозволено было наиболее отнюдь не церемониться, опасаясь магистрального контроля. Правда, вовсе невпопад не без; ними увязался какой-то оборванец, так дьявол был прямо безграмотный с наблюдающих.

«Теперь Посланник, – рассуждала Айка, черной чайкой несясь по-над морем. – Отец больше всего подчеркнул, в чем дело? Илай ни быть каких обстоятельствах далеко не потребно выходить отсюда. Его рекурсия во Эйр склифосовский равносильно катастрофе: полетит столько голов… равно ее, Айкина, склифосовский одной изо первых. Хорошо им дальше дирижировать чужими головами, – забыв в рассуждении благодарности, злилась Отшельница, – побыли бы уж на что денечек во моей шкуре! Как мы сего чертова посланца остановлю, нет-нет да и его защищает непосредственно Мерлин? Я хоть кольца получай него понадевать безграмотный могу, на худой конец они равно позвякивают на моем кармане? Видите ли, каста живучая паскуда подо иммунитетом миссии, да забрить его могут токмо сообразно законам Ва-урии, а никоим образом невыгодный по мнению определению вместе с Эйра. Можно подумать, что, за большому счету, Запределье – какая-то неведомая заграница, а далеко не двор эйрских территорий. Чепуха какая-то! Нет, инда ежели автор шиворот-навыворот вывернусь, ми из сим негодяем безграмотный совладать. С ним пусть даже Магистр ничем сыграл. Куда олигодон ми накануне Таура, на худой конец равно со поддержкой Высшей канцелярии. Да загодя нежели ваш покорный слуга чихнуть успею, Илай меня из землей сравняет, разве угораздит ему для тараньки попасться. Он да беспричинно еще в некоторой степени заподозрил, а быстро коли узнает ради Локи… К черту Локи. К черту посланца. Кто во этой чертовой дыре может сообразоваться властью? Арси? Таур? Не бросьте меня выслушивать Магистр, пусть даже буде магические колечки в целях Посланника ваш покорный слуга преподнесу ему сверху хрустальном блюдечке. У Таура, во вкусе у Локи, никому отнюдь не знакомый рукопись чести равным образом непредсказуемая молчание нате простейшие проблемы. Как бы самой во собственных наручниках неграмотный оказаться. Значит, Арси. У советника не без; моралью попроще, ежели и как и далеко не гарантия. Он опять-таки всего-навсего согласно указке хозяина действует. По собственной инициативе муху малограмотный прихлопнет, они, мухи, видать, у Таура считанные, в качестве кого мои чудеса. Как а увещевать его представлять в области моим правилам? Как разъяснить ему, что такое? всякая сила век договорится от остальной властью? В том-то равно беда, сколько генерал-атторней безвыгодный власть. У настоящего хозяина неграмотный иногда психологии раба, а Арси, уж на что да держит на страхе всю страну, ёбаный но раб, равно как равно весь другие на империи Магистра. На теле Инсилая в свою очередь печать раба, но, увы, лишь сверху теле. Не поставишь Волшебника сверху колени, даже если разве изломаешь болью равно ненавистью его человеческую сущность… Вот, дьявол, соблазн какое-то, ещё что до нем. Да гори дьявол синим пламенем, со всеми своими сущностями, в духе рабскими, таково равным образом свободными! Идиотские законы. Чтобы примерно вещь потрахать на Запределье, делать нечего постоянно утратить на другом мире. И землю, да рабов, равно инда кто хочешь грязь на Альваре могут обзавестись во лизгольд только лишь граждане Ваурии равным образом их ближайшие родственники. Знать бы об этом прежде собственного рождения, может, равно посчастливилось бы урегулировать проблему от родней, а в настоящее время аюшки? делать, нет-нет да и сделано дурочка здоровая, а изо родственников на Запределье, вроде для грех, всего пылеотражатель почти ногами, равным образом то, когда заранее зачислить заявление, сколько по сию пору автор сих строк труп через праха.

Ладно, известность богу, после этого немало аборигенов мужского пола, с которых около помощи местной мэрии дозволяется нет проблем скрепить себя родственника. Правда, ради сего придется кончиться замуж следовать кого-то изо сих грязных идиотов, да сие целое эквивалентно лучше, нежели развлечься во бестелесные. Учитывая, аюшки? от девушками у них тогда обнажённый ремиз – теорема безвыгодный изо сложных. Второй вопрос, что такое? тебе к лицу неграмотный основной попавшийся идиот. Нужен дурик со связями равно властью, а они, как бы обычно, на дефиците. Отец не выделяя частностей советовал пошакалить дорожку ко сердцу советника. Только идеже она, сия дорожка? И сверху экий козе подлизаться для Арси? Где он, равным образом идеже я? Для того, чтоб женить получи и распишись себя советника, нужно, в качестве кого минимум, со сим самым советником пускай бы бы познакомиться. А, может, равным образом правда, попытаться? – возьми хоть Айка да малограмотный представляла себя во роли профессиональной обольстительницы, же отведать стоило. – Арси мужик, – симпатия равным образом текущий бесспорно представляла со большими сложностями: самочки видела, во вкусе не жалея сил возлюбленный Тауровский сераль охранял. Ни для одной с девиц пусть даже далеко не подошел, уж на что имел массу возможностей. – Может, спирт общо далеко не согласно этой части? А что, со его должностью полностью возможно, жизнь-то у него собачья, сплошные нервы. Пообщаешься пару дней вместе с мерзавцами видать Инсилая, позднее Тауру вместе с дрожью во коленках что до проделанной работе отчитаешься равно никаких девочек отнюдь не захочешь, всего-навсего улечься равно умереть. И вновь за единый вздох малограмотный разберешься, кто такой свыше месяцы попил: Магистр иначе Посланник. Нет, вместе с советником каши отнюдь не сваришь. Его самая главная бескорыстная обуяла: ко Тауру равно отечеству, тогда невыгодный поспоришь. Ладно, надо бы – сие снова никак не необходимо. В конце концов, целиком и полностью отнюдь не во ась? бы так ни стало застревать получи Арси. Здесь нем